Любава Вокс Одинокая волчица (с тремя детьми) желает познакомиться (СИ) - Вокс Любава - Страница 8

Уткнувшись носом в стекло, я разглядывала плывущие мимо проспекты и улицы. Центральный мост, изогнувшийся горбом над все той же Леру, Староцарский дворец по правую руку и здание биржи по правую. Оказавшись на другом берегу, «девятка» обогнула дворец и направилась в район Пролеран. Миновав массивные старые здания, многоэтажные, серые, она ускорила ход. Мелькнули за высокими липами парка неохватные колонны все того же Староцарского дворца – бывший парадный въезд. После парка снова потянулись дома, и так до самой площади Эмбера. Там я и вышла, чтобы свернуть в переулок и направиться к череде торговых новостроек.

Самая большая из них вздымала стеклянный купол над остальными. Торгово-офисный центр «Рай». Там находился «Саламандр» – самый лучший тату-салон Хоттена, если верить интернет-рейтингу.

Я зашла в шумный холл, освещенный сотнями ярких ламп. Обогнув искусственный бассейн с фонтаном, взошла на эскалатор и поднялась на второй этаж. Там длинный коридор змеей уходил в сторону от стеклянной середины здания. Перед глазами чередой замелькали двери под яркими вывесками салонов красоты, соляриев и маникюрных кабинетов.

Вот и «Саламандр». Я без стука прошла внутрь и поспешила к стоящему за стойкой брутальному администратору.

У вас можно свести татуировку? – спросила в лоб.

Не вижу проблемы, – флегматично ответил мужчина.

Озвучил цену сеанса. Дорого, конечно, но не ходить же теперь с непонятным клеймом на запястье? Я кивнула:

Меня устраивает.

Тогда пройдите в кабинет к мастеру. Он посмотрит, оценит ситуацию и прикинет, сколько понадобится сеансов.

Я прошла в кабинет. Мастер уже ждал меня. Предложив присесть на кресло, он взял мою руку и внимательно вгляделся в рисунок. Поинтересовался:

Вы уверены, что это тату?

В смысле? – не поняла я.

Изображение на вашей руке не похоже на татуировку.

А на что же оно, по-вашему, похоже? – начала закипать я.

Почему-то мне казалось, что собеседник издевается – неуместно шутит надо мной. Однако выглядел он вполне серьезно.

Я не знаю. Похоже на родимое пятно, на узорный загар, на какую-то странную пигментацию. Я не могу объяснить, что конкретно у вас на руке, но точно скажу, что это не тату. Не вбитая иглой под кожу краска. Поэтому, простите, но сводить изображение я отказываюсь. 16ff323

Моей первой мыслью было – возмутиться и потребовать свое, но здравый смысл тут же осадил – если это не татуировка (а мастер наверняка знает, о чем говорит, иначе какая ему выгода отказываться от клиента?), то что? Какая-то кожная пакость? Нужно прямо сейчас пойти в поликлинику и записаться к врачу…

Буркнув пару неразборчивых извинений, я покинула здание «Рая». На улице тяжко выдохнула. Мне воздуха не хватало. На сердце будто каменные плиты навалились.

Решив не соваться в душный транспорт, я пошла в сторону набережной. Дотопаю до поликлиники пешком, проветрюсь и подумаю.

Я прошла по переулку, ведущему к реке. Дома спускались по склону и терялись в густых липовых зарослях. У самой воды тянулась узкая каменная набережная. Чугунные фонари стояли вдоль нее, как мрачные часовые. На другом берегу виднелись красивые жилые здания, скрытые от любопытных взглядов в дымке декоративного кустарника.

Дойти до поликлиники мне не удалось. Сначала позвонили из салона красоты, потом опять из финтес-клуба. Снова куча мелких вопросов и привычных проблем, незначительных и решаемых. Пообещав немедленно приехать и туда и туда, я со вздохом взглянула на запястье. Мысленно сказала ехидному лицу: «Видно, не судьба нам с тобой сегодня разобраться».

Вместе с этим в душе зрела уверенность, что появление загадочного клейма никак не связано ни с моим здоровьем, ни с беспамятством. Оно связано с чем-то потусторонним, а, значит, не нужно ходить по врачам и тату-мастерам. Бессмысленно.

Постойте-ка!

Я резко остановилась. В памяти нарисовался полуголый продавец. «Если что-то случится с вашей рукой, найдите меня», – кажется, так он сказал на прощание.

Глава 7. Преследование

Я твердо решила – разберусь с рабочими вопросами и пойду к продавцу. А что мне остается? Ведет он себя, конечно, странно, но если этот товарищ действительно сможет объяснить мне хоть толику происходящего, то уже будет неплохо.

Окрыленная родившейся мыслью, я прыгнула в автобус, что шел вглубь района Пролеран. Там находился один из моих салонов, самый проблемный и самый дальний. Давно хотела перенести его поближе к дому, но с такими переездами всегда связаны риски потери клиентов. Большая часть отвалится, придется набирать новых – а это дело нелегкое и хлопотное. Кто-то, быть может, и пойдет за любимыми мастерами, но таких, как показывает практика, далеко не большинство, да и пыл ездить на другой конец города обычно оставляет подобных «патриотов» через полгода-год.

Пока ехала, связалась с финтес-клубом. Оказалось, что там моего личного присутствия не требуется и можно обойтись звонками. Слава богу, одной проблемой меньше. До салона красоты я добралась быстро. Там тоже потратила времени меньше, чем думала.

Через полтора часа я вновь стояла на остановке, на самой окраине Пролерана, ожидая общественный транспорт. Длинный проспект уходил к горизонту, окаймленный высокими липами и тополями, за которыми начиналась промзона. Там находилась конечная «девятки», которую я ждала.

На остановке рядом со мной никого не было. Лишь в отдалении, за бетонным фонарным столбом маячила какая-то черная тень. Сперва она не волновала меня, но потом, от скуки, я пригляделась и обнаружила, что не могу найти предмет или существо, которое эту тень отбрасывает.

На душе заскреблись кошки, нехорошее предчувствие тяжелым камнем заворочалось в груди. Я попыталась себя успокоить – подумаешь, тень? Тень не материальна и вряд ли сможет причинить мне какой-то вред. К тому же недавно, вырвавшись с Алькой на выставку одного новомодного художника, я своими глазами созерцала невероятную инсталляцию, напоминающую кучу какого-то невнятного хлама, освещенного лампой. Удивительно, но тень от этой странной кучи являла собой очень подробную и четкую картинку, изображающую женщину в старинном платье и мужчину, держащего в шляпу в опущенных руках.

Вот и тут, наверняка, то же самое. Просто причудливая игра света и не более того…

Я победоносно посмотрела на тень, и та вдруг шевельнулась. К моему ужасу. Показалось? Я нервно потерла глаза, а тень шевельнулась снова.

Почувствовав, как холодеют ноги и руки, я прижалась спиной к стеклу остановки. Оцепенела, судорожно пытаясь отыскать глазами кого-то живого, но не нашла.

Спасло меня оглушительное «би-бип» автобуса. Он уже с полминуты как подошел – я даже не заметила. Быстро прыгнув внутрь, я села на первое сиденье, спиной к водителю, чтобы иметь возможность обзора всего салона. Людей в нем было немного: влюбленная парочка на сдвоенном месте, старушка с болонкой в корзинке в хвосте салона.

«Быстрее, закрывайте двери, прошу», – мысленно умоляла я водителя, внимательно наблюдая за пугающей тенью. Но он будто специально медлил. Наконец стеклянная дверь с шипением закрылась, ослепив меня на секунду ярким бликом отраженного солнечного луча. Я зажмурилась, потом, когда автобус тронулся, снова посмотрела на злополучный столб. Тени возле него уже не было.

Фу-уф, – я облегченно выдохнула.

И тут же вздрогнула, оглядев салон. На заднем сиденье, рядом с бабушкой, откуда-то появился гражданин в шляпе, черных очках и пальто. Он прятал за воротник лицо, а руки держал в карманах. Разглядеть его черты не получалось – все скрывалось в тени.

Откуда он взялся? Когда успел сесть? Никто, кроме меня, его появлением, кажется, не шокирован? Я пристально посмотрела на парочку – эти и слона бы не заметили, так заняты друг другом. Но она – я перевела взгляд на старушку – уж точно бы что-то заподозрила. Бабушки, они такие – проницательные и внимательные, от них ничего не укроется. Спокойна она, значит, ничего сверхъестественного не произошло. Значит, странный мужик просто быстро вскочил в автобус – и все.