Любава Вокс Одинокая волчица (с тремя детьми) желает познакомиться (СИ) - Вокс Любава - Страница 18

Выходит, не просто, – пораженно согласилась я.

Именно поэтому, увидев на стене Марининой квартиры волчий знак, тень сообщила Марку внезапную новость – кто-то из потомков Альдоранских волков остался жив.

Погоди, – не поняла я, – почему такие выводы? А если бы камею вынесли с пожарища люди? Случайные мародеры? Они тут, конечно, крайне редкие гости, но все-таки?

Невозможно. Вынести печать за границы района мог только кто-то из волков, наделенных правом власти.

А потом? Ее ведь могли украсть, например?

Тоже исключено. Печать Волчьих Рун можно только дарить. И я уверен, что твой предок запретил это делать строго-настрого.

Точно, – в моей памяти начали всплывать кадры из детства, незаметные на первый взгляд. Вот мама передает мне сундук со старьем, смеется, шутит, говорит, что ей бабуля строго-настрого велела все это добро детям передать, а потом внукам… – а я, дура, отдала такую важную вещь.

Ничего удивительного, просто магическая связь ослабла.

Пояснил Гел, а мне вдруг пришел на ум один принципиальный вопрос:

Скажи, что сучилось бы с печатью, если бы у того оборотня, спасшегося из пожара, не было потомков?

Печать бы потеряла свою колдовскую силу и стала бы просто обычным куском старого гипса. Но этого не произошло.

Понятно.

Так вот, – продолжил вампир, – Марк узнал про тебя и решил с тобой разделаться.

Из-за старой вражды?

Не только. Если вампиру удается победить оборотня и выпить его кровь, его сила приумножается в несколько раз. Обычно подобное сложно устроить, но с тобой у Марка были все шансы – ты не познала волчью ипостась и оборотневую магию, поэтому не можешь защищаться.

Беззащитная, значит? – с досадой пробормотала я. – Ну, это мы еще посмотрим!

Глава 13. Время теней

До «Айсберга» мы доехали быстро.

Уютный бар прятался в тени кленовой аллеи. Рядом с ним на крошечной стоянке огромный пикап теснил к проезду пару брутальных байкерских чопперов. Нашей с Гелом «Хонде» места не нашлось – пришлось припарковатья за углом.

Помещение бара встретило нас пивной, потной духотой. Сломался кондиционер. Высокий худой администратор, перекрикивая шумных посетителей, пытался вызвать по телефону мастера.

Да, Кленовая аллея, 75… Что? Через час? Через час мы тут все задохнемся, вы не…

Похоже, на том конце линии его возмущения слушать не стали – положили трубку.

Добрый день, Клару увидеть можно? – Гел задал вопрос с порога в лоб, видимо, время экономил, на что получил короткое:

Она сегодня не вышла. Заболела, думаю.

Адрес дадите? Нам срочно.

Да, конечно…

Администратор нацарапал на картонной подложке для пивных кружек адрес и передал вампиру. Я восхитилась умением Гелиоса входить в доверие к людям и получать свое – не теряя драгоценного времени развязывать любые языки.

Оказалось, что Клара живет на соседней улице. Мы отправились туда пешком, чтобы не петлять лишний раз по сетке старых улочек с односторонним движением. Там обнаружился старый дом с двором-колодцем, оказавшись в котором я сразу почувствовала себя крайне неуютно. Взглянув на вампира поняла, что он ощущает примерно то же.

Длинная лестница привела нас в коммуналку под самой крышей. На долгий стук – звонка не было – открыла недовольная женщина с книгой в руках и шепотом поинтересовалась.

К кому вы?

К Кларе.

А-а-а, к этой, – женщина нахмурилась и махнула в конец длинного темного коридора. – Туда. И потише, тут люди после ночной смены отсыпаются.

Мы, вроде, и не шумели.

Тихо прокрались в указанном направлении и встали перед дверью. Переглянулись. Она была чуть приоткрыта. Вошли.

Я, честно, больше всего в тот момент боялась увидеть труп. В голове почему-то сразу появилась уверенность – с Кларой случилось что-то плохое. Но трупа, к счастью, не было.

Клары, к сожалению, тоже.

Посреди огромного круглого ковра с черно-красным рисунком обнаружилось черное выжженное пятно, увидев которое, Гел выдал сдержанное:

Понятно.

Что произошло? – тревожно уточнила я.

Уничтожили нашу тень. Узнали как-то, что мы собрались с ней парой слов перекинуться, – ответил вампир.

Он был расстроен, да и я, если честно, тоже. Желая подбодрить вампира, я положила руку ему на плечо:

Ты расстроился из-за того, что мы не успели? Я тоже. Но, жизнь ведь продолжается, пока что…

Не только, – вампир повернулся ко мне и произнес тихо, – не только из-за тени. Я думаю, что кто-то из моих парней – предатель.

Предатель? – я удивленно вскинула брови и остервенело потерла наглую рожицу татуировки. – Почему ты так думаешь? Разве не следящий демон виновен в том, что враг нас опередил?

Не думаю, что это он. Клара не вышла на работу с утра. В то время мы еще не отправились к Марине, а ведь по идее именно это действие должно было вызвать такую реакцию – убийство своего же подчиненного. Значит, Марк узнал о наших планах еще до поездки. Понимаешь?

Да, – согласилась я, чувствуя, как по спине пробегает неприятный холодок. Если среди сотрудников Гелиоса есть кто-то, кто помогает врагу, мои дети не в безопасности! – Гел, нам надо срочно поехать ко мне домой. Я должна убедиться, что с семьей все в порядке.

Так и сделаем, – не стал спорить вампир.

Всю дорогу я теребила заусенец на пальце – всегда делала так, когда нервничала. Гелиос поглядывал на меня взволнованно. Кажется, мое нервозное состояние передалось и ему – обычно такому спокойному и уверенному.

Когда подъехали к дому, ничто не предвещало беды. Дверь оказалась плотно закрыта, вокруг никого не было. Меня это успокоило, а Гелиоса, наоборот, взволновало.

Вокруг должны находиться мои сотрудники, но их нет, – тихо предупредил он. – Пойдем, попробуем пройти внутрь.

Хорошо, – кивнула я.

Мы выбрались из машины и подошли к забору. Я подергала дверь, прислушалась к звукам, пригляделась к замку.

Закрыто снаружи ключом Ангелины. Она ушла куда-то, похоже.

На душе стало немного легче. Ангелина не убегала, дверь не ломали, она даже нашла время ее запереть – ничего вроде бы настораживающего. Кроме одного – домашним нельзя было выходить, а они вышли. Или ушла одна Ангелина? По какой-то важной причине… Вот только по какой?

Хреново дело, – разрушил ход моих мыслей Гел, – они не должны были уходить. Что-то случилось. Моих ребят нет на месте, – он прошелся туда туда-сюда вдоль забора, толкнул дверь. – Ключи с собой?

Да, – я протянула ему тощую связку.

Ключи от калитки и от дома. Все.

Вампир отпер дверь и первым прошел во двор, огляделся по сторонам.

Будь осторожна, приготовься к тому, что на нас могут напасть.

Этого еще не хватало, чтобы на меня в моем доме нападали, – возмутилась я, стараясь не показывать страха, охватившего меня с головы до ног ледяными лапами.

Они сражались… – бормотал себе под нос Гел, меряя шагами тропинку, вымощенную тротуарной плиткой, что тянулась между цветниками. – Они были здесь, вошли внутрь, значит, дело приняло серьезный оборот. Дом открыт.

Он всегда открыт, когда кто-то в нем есть, в таких случаях мы только дверь на улицу запираем, – с надеждой пояснила я.

Быть может, Гелиос ошибся… Только бы ошибся! А запертую снаружи дверь тоже можно объяснить… Жаль, не получается.

Мы прошли в холл. На полу в неестественных позах лежали два парня. Одного я узнала – Зэб. С ним мы уже встречались. А кто второй? Шон или Грей? Именно такие имена я слышала из уст Гела. И вообще, причем сейчас их имена! Они вообще живы?

Оказалось, что живы.

Услышав взволнованный возглас Гела, Зэб пошевелился и приоткрыл глаза. Их затягивала мутная пелена.

Света, дайте мне света прошу!

Сейчас, дружище, – кивнул Гелиос и, взвалив подчиненного на плечи, потащил его во двор.

Это был он, шеф… Он – Марк… – хрипло стонал по пути Зэб.

Наконец, уложенный на мой газон, он раскинул руки, ладонями к солнцу, и замер.