Локи. Где начинается ложь (ЛП) - Ли Маккензи - Страница 15

Но кем бы он был, если бы Амора не была изгнана? Более сильным колдуном? Лучшим претендентом на трон, с ее знаниями, полученными от Карниллы? Уроки колдовства его матери укрепили его контроль над собственной силой, но она никогда не заставляла его испытывать себя, как это сделала бы Амора. Возможно, он не был бы в Альвхейме; его колени не хрустели бы так громко, когда он выпрямлялся, а Тор не смотрел бы на него так, словно ему было неловко.

— Мы приготовили пир, — сказал Асмунд, поднимая костлявую руку и указывая на коридор позади них.

— Нас послали не пировать с тобой, — ответил Тор. — Только чтобы проинформировать тебя о ситуации…

— Но мы можем поговорить за ужином. Следуй за мной, ты, должно быть, умираешь с голоду. Я настаиваю.

— Мы будем рады присоединиться к вам, — прервал Локи, и когда глаза Асмунда медленно, как ледник, скользнули по его лицу, он снова поклонился, хотя на этот раз не так низко. Он боялся, что никогда не сможет встать, если опустится до самого пола. — С позволения Вашей Светлости.

И Тор, и Асмунд посмотрели на него так, словно он был чем-то, застрявшим у них под ботинком. Локи метафорически вскинул руки и решил отказаться от всего изученного протокола.

Судя по всему, двор ледяных эльфов заботился о хороших манерах лишь выборочно.

Ледяные эльфы подали им двенадцать блюд, каждое из которых было холоднее предыдущего, и разговоры разрешались только между ними, так что единственным звуком во время еды было влажное чавканье, которое полностью разрушило аппетит Локи.

Тор ерзал рядом с ним все это время, поглощая еду, а затем плохо имитировал ожидание, чтобы обсудить дело, за которым они пришли. Сидевший напротив них Асмунд ел медленно, облизывая пальцы и обгрызая кости белоснежных зайцев, которых им подавали свежими и целыми, находя на тарелке все, что можно было поковырять, пока не будет приготовлено следующее блюдо, так что никому не разрешалось произнести ни слова. Даже Локи изо всех сил пытался скрыть свое разочарование из-за этой очевидной задержки. Он уставился в потолок, своды которого были угловатыми и мерцали, как фракталы снежинки, каждый из которых был покрыт синими шарами, излучающими свет, но не тепло. Стены банкетного зала выглядели так, словно с них когда-то капала замерзшая вода, а вокруг их основания были вырезаны сцены из истории Альвхейма.

«Как бы разъярились художники, — подумал Локи, — если бы климат вдруг изменился и вся их тяжелая работа была бы уничтожена». Он подавил внезапное желание устроить пожар.

Когда с последним блюдом было покончено, Асмунд вытер уголки рта салфеткой и аккуратно сложил ее пополам. Её кружевные края были слегка испачканы едой.

— Итак. Дело, которое привело вас сюда, сыновья Одина.

Тор наклонился вперед, поставив локти на стол. Вена на его лбу пульсировала от усилий, которые он прилагал, чтобы сохранить молчание.

— Без сомнения, до тебя уже дошла весть, что у колдуньи Карниллы украли набор Норнских Камней.

Асмунд поднял руку, чтобы наполнить бокал, и Локи заметил блестящие кольца, украшавшие его пальцы, каждый из которых был заострен так, что костяшки пальцев оказались под защитой сосулек.

— Ах, да. Норнские камни Карниллы. Самые мощные магические усилители в Девяти Мирах.

Локи взглянул на Тора, пытаясь понять, испытывает ли его брат то же самое чувство страха, что и он.

— Именно, Ваше Величество.

— И ей удалось их потерять.

— Она лишь несколько, — сказал Тор. — Пять штук.

— И она их не потеряла, — уточнил Локи. — Они были украдены.

— И она не может их почувствовать? — спросил Асмунд.

— Пока они не используются — нет, — ответил Локи. — А отважные воры их еще не использовали.

— Но мы здесь по приказу нашего отца, чтобы обсудить с тобой планы Асгарда по их возвращению, и как ты и твои люди могли бы помочь нам в этом.

— А что будет с Норнскими камнями, когда их отберут у воров? — спросил Асмунд.

— Они вернутся к Карнилле в Норнхейме, — ответил Локи.

— Откуда их уже однажды украли.

— Ни одна крепость не может быть неприступной, — возразил Локи. — Но безопасность была усилена с момента кражи.

Один из слуг встал между Локи и Тором, держа в руке серебряный графин, чтобы наполнить их кубки. Белая жидкость походила на ледяную жижу. Локи достаточно было понюхать бокал, чтобы понять, что напиток был слишком сладким на вкус.

Асмунд поджал губы, водя пальцем по ободку бокала.

— Если Асгарду потребуется наша помощь, чтобы вернуть утраченную реликвию, тогда мы хотели бы обсудить более широкое распространение опасных артефактов Девяти Королевств.

— Ты хочешь Норнские Камни? — спросил Тор.

Асмунд приподнял бровь.

— Только один набор. Каждое царство должно обладать им, чтобы усилить свои собственные силы и защитить себя, а не позволять Асгарду делать это за нас.

— Ты в безопасности под защитой нашего отца, — ответил Тор.

— А Норнские Камни нет?

— Асгардцы — защитники Девяти Миров. Так было на протяжении веков. Мы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать серьезный сдвиг в политических силах. Тебе говорят, что произойдет после инцидента, который может повлиять на твой Мир, в надежде, что ты сможешь лучше защитить себя от него. Это любезность, которую мы не обязаны были тебе предоставлять.

— Мой брат имеет в виду, — возразил Локи, когда рука Тора сжалась в кулак, — что Норнские Камни принадлежат Асгарду.

Асмунд сделал еще глоток сладкого вина.

— Они принадлежат Норнхейму.

— Провинции Асгарда, — отрезал Тор.

Локи стиснул зубы.

— Норнские Камни охраняются нашей королевской чародейкой как способ усилить ее силу, чтобы люди во всех Девяти Мирах могли извлечь из этого пользу.

— Это также означает, что Асгард обладает магией, которая может быть спроецирована на мое королевство, — ответил Асмунд. — На любое королевство.

— Асгардская чародейка никогда не использовала свою магию против другого царства, — прервал его Тор. Вероятно, это была единственная информация, которую он смог вынести из уроков истории.

— И все же она умудрилась уступить мешочек обычному вору. — Асмунд уставился на Тора, потом снова улыбнулся, но глаза оставались серьёзными. — Ты понимаешь, какой силой обладают Норнские Камни? Они ограничены только воображением их обладателя. Они могут изменять материю, создавать порталы между мирами, создавать иллюзии, увеличивать способности, воскрешать мертвых. Почему колдунья Асгарда должна иметь все эти силы у себя? Удержание Норнских камней в одном месте делает их слишком могущественными для любого Мира. Их сила должна быть разделена.

— И ты считаешь, что твой мир достоен обладать ими? — спросил Тор.

Лицо Асмунда оставалось безмятежным, но Локи видел, как заострилась линия его челюсти, когда он стиснул зубы.

— Такой же достойный, как и Асгард. Я также пользуюсь поддержкой Южного Двора ледяных эльфов, и наша делегация на Ванахейме заверила меня, что они присоединятся к нам.

— Таким образом, существует Союз Девяти Королевств, собирающихся против Асгарда, — сказал Тор. — Ты вызвал нас сюда только для того, чтобы заманить в ловушку?

— Если Один хочет обсудить этот вопрос дальше, он может прийти сам, а не посылать своих двух мальчиков.

— Мы говорим от имени нашего отца, — ответил Тор.

— Ваш отец никогда не был бы таким прямолинейным и неуклюжим, как вы, сыновья Одина.

Тор встал, его ноги так сильно ударили по столу, что тот дернулся. Ледяное белое вино выплеснулось из бокалов на стол, впитываясь в кружевную ткань на столе. Локи тоже встал, схватив брата за руку… как будто это могло остановить Тора, но иногда одного его присутствия было достаточно. Он произнес небольшое заклинание, чтобы замедлить сердцебиение и успокоить человека, попавшего в беду. Тор глубоко вздохнул, кожа на его руках задрожала.