Леди Удача (СИ) - Каммингс Мери - Страница 29

— Нет, — честно ответила Лорен.

— Ну где ты там шляешься? — прервал животрепещущую беседу рык высунувшегося из-за занавески шеф-повара. — Тут заказов полно.

Обращено это было явно к ней — и Лорен побежала "формировать" подносы, расставляя на них заказанные кушанья, с тем чтобы другие официантки могли отнести их на столики.

Руки действовали независимо от головы, в которой крутилось и повторялось: "мымра к твоему мужу шастает" Не то чтобы Лорен ревновала: миссис Йенсен уже под пятьдесят, трудно поверить, чтобы Майкл на старуху польстился, — но да, было неприятно. Очень. И требовало проверки.

Вечером, придя с работы, Лорен никого (и ничего) подозрительного в комнате не обнаружила. Неподозрительного тоже — ни Майкла, ни Чалмера дома не было.

Появились они минут через пять, мокрые с дождя. Чалмер полез лизаться — Лорен еле спасла юбку от мокрых лап, а Майкл подошел и поцеловал ее — коротко, но с душой, сказал:

— Ну наконец-то. Я суп сварил, тебя ужинать жду.

После такого спрашивать "Послушай, а не шастает ли к тебе мымра?" было даже как-то неудобно.

На следующий утро, часов в девять, в отгороженном тяжелыми темно-синими занавесями предбаннике между залом и кухней внезапно объявилась все та же Энни — в наспех одетом платье, с замотанной полотенцем головой. Едва завидев Лорен, кинулась к ней, воскликнула полушепотом:

— Лорен, послушай — она сейчас снова у него, у него.

Преодолев желание огрызнуться: "А тебе-то что, в конце концов?", Лорен кивнула:

— Ясно.

В руках у нее был полный еды поднос: колбаски, два кофе и блюдо слоек — поэтому она сначала разнесла все по столикам, и лишь потом, оставив поднос в предбаннике, бросилась по лестнице наверх. Сердце колотилось и было невыносимо думать, что Майкл, как когда-то Флинн, тоже… и сейчас она это увидит… и что тогда делать, черт возьми?

"За белобрысые патлы — и рожей об колено" — со сладострастной ненавистью подумала она перед тем, как распахнуть дверь.

Представшая перед ней сцена выглядела вполне мирной и приличной. Точнее, почти приличной — если бы не две расстегнутые верхние пуговицы костюма миссис Йенсен, образовавшие более чем глубокое декольте (э, господа, а у нее вообще под пиджаком что-то есть — или только вислые сиськи?), и если бы сама миссис Йенсен не полулежала на кровати, опершись на локоть.

Впрочем, Майкла весь этот полустриптиз не слишком впечатлил — сидя за столом вполоборота к мымре, вид он имел вежливо-скучающий и наверняка с радостью вернулся бы к пишущей машинке с заправленным в нее листом бумаги.

При появлении Лорен в глазах его мелькнуло что-то похожее на облегчение, зато миссис Йенсен была крайне недовольна:

— Ты почему не на работе? — рявкнула она, выпрямляясь и садясь нормально.

— Чулок зацепила, — безмятежно ответила Лорен. — Сейчас новый переодену и снова пойду.

Потянулась к окну, приоткрыла — духами в комнате не просто пахло, а воняло, французскими, по двадцать долларов за флакон — и присела на кровать, задирая юбку, чтобы отстегнуть "потекший" чулок.

— Ладно, я пожалуй, пойду, — поспешно вскочила миссис Йенсен.

— Да-да, конечно, — вежливо улыбнулся Майкл и, когда за ней захлопнулась дверь, ухмыльнулся: — Слушай, как ты вовремя пришла. Она уже почти час здесь сидит — работать не дает.

— А послать куда подальше — слабо было? — огрызнулась Лорен.

— Не могу. С детства воспитан быть вежливым с женщинами.

На этом беседа закончилась — натянув новый чулок, Лорен через две ступеньки понеслась вниз, обратно в зал. Разумеется, наткнулась на лютующую там мымру и получила очередной выговор — на сей раз за "получасовое отсутствие".

Разговор возобновился днем, когда она пришла с работы уже окончательно.

— Ну что — миссис Йенсен больше не появлялась? — легко, словно невзначай спросила Лорен, когда Майкл, учуяв запах жареного бекона, оторвался от своей машинки и сдвинул ее на край стола, дав таким образом понять, что готов вкусить ленч.

— Нет.

— А что ей вообще от тебя надо?

— Меня ей от меня надо, — поморщившись, буркнул он.

Лорен обернулась — нет, на шутку это было не похоже. На всякий случай переспросила:

— Тебя?

— Ну да. — Майкл вздохнул. — Она еще в прошлом году, когда я о ресторане ее писал, на меня, что называется… глаз положила. Всячески намекала, что не против была бы со мной помимо работы пообщаться, я сделал вид, что ее намеков не понял — на этом и разошлись. А сейчас, — он нервно пожал плечами, — ну, ты сама видела.

— Так вот почему она ко мне придирается все время. А я-то думала…

— Что — сильно придирается?

Лорен вздохнула и покивала, добавила вслух:

— И, главное, совершенно на пустом месте.

— Хочешь, я с ней поговорю?

— Да нет — зачем, — отмахнулась она. — Две недели всего осталось.

Две недели… Казалось Лорен заразилась легкомысленным настроением Майкла — вместо того, чтобы переживать, что обретенная ненадолго стабильность вот-вот снова сменится неопределенностью, она, стоя перед выговаривающей ей в очередной раз мымрой, мысленно хихикала: "Еще две недели — и только ты меня и видела. И Майкла тоже"

Разумеется, предупреждать миссис Йенсен о том, что они собираются съехать, Лорен не собиралась и злорадно представляла себе физиономию датчанки, когда та об этом узнает (желательно постфактум).

Возвращаясь днем с работы, она нередко чуяла запах духов, но Майкла больше ни о чем не спрашивала, тем более что он, по его собственным словам, "зашивался" со своей писаниной. И впрямь — с утра, когда она уходила, он уже сидел за машинкой, возвращалась — все еще сидел. Иногда, отодвинув машинку в сторону, перечитывал напечатанное, что-то вычеркивал или наоборот, делал рукописные вставки; даже за едой был весь "в себе", так что порой с трудом удавалось перемолвиться с ним одной-двумя фразами.

Можно себе представить, как бесили его непрошенные визиты миссис Йенсен.

Лорен втайне мечтала, чтобы он наконец-то хоть раз отшил ее как следует, но вместо этого, когда до "дня Д", иными словами, до их отъезда оставалось десять дней, он с кислым видом сообщил:

— Ваша эта… мымра сегодня опять заявилась.

"И вчера тоже — когда я днем пришла, вся комната ее прилипчивыми духами провонялась" — подумала Лорен, но вслух не сказала, лишь, обернувшись к нему, с вопросительным видом приподняла бровь.

— Хочет, чтобы я написал рекламную статью про ее ресторан, — пояснил Майкл.

— И?..

Он, пожав плечами, опустил глаза.

— И пригласила меня продегустировать некоторые блюда — иными словами, поужинать. У нее в апартаментах. Я отговорился тем, что не смогу почувствовать там атмосферу ресторана. Так что ужин состоится в зале.

— А вообще отказаться ты не мог? — преувеличенно вежливым тоном разъяренной гадюки поинтересовалась Лорен. По слухам, апартаменты миссис Йенсен, занимавшие весь второй этаж здания, были отделаны шелковыми обоями и включали в себя спальню с огромной резной кроватью, сделанной на заказ в Италии.

— Ну, ты же сама говоришь — денег нет, а она заплатить обещает, и неплохо, — снова пожал плечами Майкл. — Я подработку обычно в журналистском баре находил — а сейчас там уже недели три не был.

— Так что же ты тогда печатаешь все время?

— Поклянись, что никому не скажешь, — усмехнулся он.

— Чтоб я сдохла, — Лорен, как это делал мафиози в каком-то фильме, поцеловала ноготь собственной правой руки.

— Тогда смотри, — Майкл покопался в разложенных на столе листах и достал из-под низа один, показал ей — там, заглавными буквами, было напечатано: "Маленькие истории большой стоянки".

Лорен перечитала дважды, прежде чем поднять на него глаза, спросила с восторженным ужасом: