Дорогой сорхов. Фьель (СИ) - Жарова Анастасия - Страница 40

— Неужели только дошло. Скажу больше, если бы не та мерзкая девчонка. Он бы давно помер, еще когда пил. Как я старалась. С каждым моим приходом, твой драгоценный хозяин, все больше погружался в пучину безразличия. Еще бы пару дней и он стал бы бездумным овощем, — Кристен глухо заворчал, в глазах разгорелись зеленые огни. Девушка между тем присела и уперев руки в пол, стала меняться. Кристен последовал ее примеру. А я, каждой клеточкой своего тела ощущала волну черной ненависти, исходившую от Марианны. И еще, она излучала что-то страшное, но не опознаваемое. Надеюсь, оборотень сможет ее сдерживать достаточно долго.

Кристен стоял напротив Марианны, он не мог поверить, один вилаф напал на другого. Как может, эта прекрасная самка, которая так волнующе пахнет желать смерти хозяину, даже больше, главе клана? Его сомнения прервал другой запах, Марианна вдруг резко вскинула голову и ее красивые глаза из зеленых, стали темно-бардовыми, резкая вонь сменила нормальный запах, так оборотни не пахнут. Кристен невольно сделал шаг назад, но уперся в кресло, на котором сидел сорх, самый злейший враг их вида и самый преданный друг хозяина. А в Марианне тем временем, происходили новые изменения, красивая морда поросла чешуей, шерсть побелела и стала редкой, неприглядной, на фоне черной чешуи выделяясь еще резче. Клыки удлинились чуть ли не вдвое, из открытой пасти, тонкими вязкими каплями, стекала ядовитая слюна. Кристен всей шкурой ощутил волну непробиваемой мощи, исходящую от этого монстра, оборотень еще более угрожающе зарычал и приготовился продать свою жизнь как можно дороже, лишь бы сорх выжил. Без этой худосочной девицы, хозяину не жить. Монстр, с мерзким скрипом провел когтями по полу, оставляя на камне четыре глубоких царапины. Присел на толстые задние лапы и издал вибрирующий низкий рык. Люстра на потолке зазвенела кристаллами, стол за которым я все еще сидела, задрожал, маленький саркл свернулся калачиком и затрясся мелкой дрожью, только мне осталась пара узелков… все. Разворачиваюсь как раз чтобы увидеть, оборотень заслоняя меня собой, приготовился к прыжку, это будет его последний прыжок. Распустила когти и вскочив кинулась на монстра. Саркл почувствовав, что свободен, взвился под потолок и повис на многострадальной люстре. Марианна, издав нечто вроде смешка лениво взмахнула лапой, размечталась. Полоснула по протянутой пятерне, заставляя кончики когтей светиться от магии… не может быть. Когти отскочили от чешуи монстра, не оставив даже следа. Марианна разразилась хриплым издевательским смехом.

— Что сорх, не по когтям моя чешуя. А мы-то поджидали, когда глупый смесок сам попадется к нам в руки. Какая удача, что в этом городе проживает клан оборотней. Было несложно внедриться к ним. Хозяин будет очень мной доволен, — Я в панике сделала первое что пришло на ум, швырнула в монстра сгустком сырой силы, кошачья магия стекла по морде страшилища, как будто это просто вода. Тут мне действительно стало страшно. А монстр начал наступать… ярость вспыхнула в груди. Неужели я, Фьель, из рода Ночных Охотников сдамся этому мутанту. Нечто древнее, необъяснимое зажглось в недрах моего сознания, саркл спикировал мне на плечо и обвив предплечье своим длинным тонким хвостом, вцепился в шерсть на шее. Весь мех маленького существа буквально искрился магией. Перстень отца на груди засиял голубой звездой, крылья раскрылись, по ним пробегали голубые разряды. Монстр на миг замер, потом ухмыльнулся.

— Глупый сорх. Тебе не поможет твоя магия. Хозяин сделал меня неуязвимым, — Только я его уже не слышала, в голове громом разнеслись слова. Древняя как мир Песнь сорхов поплыла по комнате, казалось она льется со всех темных углов, камни пола и деревянные балки потолка вторят многовековым шепотом, многократно усиливая слова. Когти ткали необъяснимый узор, я наблюдала со стороны за собой и за монстром. Саркл на моем плече светился маленькой звездочкой и повторял за мной удивительно тягучие слова, Кристен стоял рядом, злобно скаля зубы. Что удивительно, по его темной шерсти пробегали разряды моей, кошачьей магии. Его рык резонировал со словами песни, усиливая ее, вливая нотки дикой, необузданной силы. Марианна сначала торжествующе хихикала, потом замолчала и с тревогой посмотрела на меня, попыталась рвануться и не смогла пошевелиться, плетение все туже опутывало ее тело и вот уже мутант не может издать ни звука, а песнь все льется. Тело монстра распрямилось под волей плетения и начало обратную трансформацию, только не как всегда, а отслаивая мутировавшие клетки и возвращая все к исходному состоянию. Монстр в коконе магии извивался и сбрасывал все новые и новые слои поврежденной плоти. На пол натекла огромная лужа темной крови. Тело монстра зависло над полом и все уменьшалось и уменьшалось в габаритах, наконец стихли последние слова Песни, магия потекла уже тонкой струйкой и вот иссякла вовсе. На мокрый пол опустилось маленькое худенькое тельце десятилетней девочки. Кристен удивленно захлопнул челюсть и стал меняться, приобретая человеческий вид. Я тоже сложила крылья и оделась, накинула морок, малыш саркл, так и остался сидеть на моем плече, просто стал невидим. В таком состоянии он, не встречая сопротивления, легко проходил сквозь одежду. Подошли к ребенку, обнаженное тельце было красным от крови, темные волосы прилипли к голове и лицу. В дверь заглядывали перепуганные прислужники. Кристен рявкнул и тут же все забегали, убирая, моя. Сам оборотень взял девочку на руки и понес в комнату с ванной, я шла следом. Помогла ему вымыть ребенка. Потом девочку одели в длинную, не по размеру ночную рубашку и уложили в кровать.

Удивительно, но с того момента как я подозвала на рынке мальчишку-карманника и по сей момент, не прошло и сорока минут. Я посмотрела на девочку, такая маленькая и хрупкая, сколько ей пришлось всего пережить… вдруг она застонала и прижала тонкие ручки к груди, потом открыла большие глаза и посмотрела на Кристена, потом перевела взгляд на меня, на себя и в панике забилась в дальний угол кровати, собрав все одеяло.

— Не бойся дитя, мы не причиним тебе зла, откуда ты и где твои родители? — Тихий, заботливый голос оборотня успокаивал девочку. Она все еще дрожа рассказала, что зовут ее Мари, она сирота, жила в пригороде Каррстока у тетки. Потом тетка решила переехать в Южную долину, они пристали к небольшому каравану. По дороге на них напали монстры, всех убили, а Мари долго тащили куда-то в глубь леса, потом, был высокий мужчина в черном, он сказал, что все будет хорошо и не надо плакать… дальше, темнота и страшные сны, как будто она взрослая и делает ужасные вещи. Кристен вздохнул и покачав головой сказал.

— Мари, ты поживешь пока тут, ничего не бойся, тебя никто не обидит. Вернется хозяин и скажет куда тебя определить потом. — Успокоенная девочка тут же уснула, свернувшись маленьким калачиком. А мы с оборотнем тихонько вышли за дверь. На мой вопросительный взгляд Кристен со вздохом ответил. — Она и вправду оборотень, только превращаться не умеет и если ей не помочь, так и не научится. Таких как она, дремлющих, очень много ходит по земле, они всю жизнь могут прожить, так ни разу и не обратившись. Но решать будет Селерин, он глава клана. Расскажи ему Фелиция, что здесь произошло, он должен знать все.

ГЛАВА 16. Сумасшедший вечер, продолжение.

"Кошка будет играть с любым предметом, кроме неподвижного"

Происхождение неизвестно

В общем, на территорию школы я вернулась очень задумчивая, перед воротами ждал Селерин. Странно, вроде выходить ему нельзя, но не до того сейчас. Молча отдала пакет с тетрадями и пошла в сад, до ужина время еще есть. Необходимо поговорить. Села на скамеечку рядом со своей красавицей яблоней, меня встретили приветственным покачиванием кроны. А вот по поводу оборотня поймала странную картину, ее слал мне дубок, какое-то смазанное темное пятно… но дерево было молодо, еще плохо контролировало потоки образов, так что мелькнувшую, тревожную картину, тут же заменил образ яблоньки. Селерин уселся рядом. Я молча сняла с плеча, свернувшегося маленьким пушистым клубочком саркла, причем его длинный хвост все равно обвивал мою руку, где-то в области предплечья. Склонилась над спящим существом и прошептала на языке сорхов.