Академия древнего лабиринта (СИ) - Лесникова Рина - Страница 6

— Она девственница.

— Как я и думал. Я снимаю с тебя долг крови, Танир. Рассчитываю на твое молчание.

Бледный гость молча поклонился и удалился.

— Очень интересная складывается ситуация, — сказал сам себе ренд Прадос. — В твоих же интересах, девочка, как можно быстрее избавиться от этого недостатка. Как не жаль, но придется предоставить этому деревенскому ловеласу довести дело до конца.

Наутро ренд Прадос сообщил, что ему принесли несколько адресов домов, хозяева которых согласны были продать их, и, чтобы не терять время, которого и так очень мало, следует сразу же после завтрака осмотреть их и выбрать подходящий. Так они и поступили. Ясиане понравился первый же дом, который они осмотрели. Кухня с чудесной печкой и целых две комнаты. Каждому по комнате — об этом в их деревне можно было только мечтать. Но ренд Прадос обругал угодливого человека, сопровождавшего их, аферистом и потребовал показать более подходящее жилье для его подопечных. Все последующие дома, показанные им сопровождающим, пугали Ясиану своей величиной. Да в них пока уберешь в одном конце, можно опять начинать уборку в другом.

Только после обеда они нашли домик, который удовлетворял требованиям всех. Во дворе стоял сарай с большими воротами, куда Растен мечтал разместить чудо-экипаж, называемый здесь всеми кордрет, перед домом была небольшая клумба и несколько деревьев, что несказанно радовало Ясиану. В самом доме, помимо кухни, наличествовало две спальни для хозяев на втором этаже, пара небольших комнат в мансарде для прислуги, холл в половину первого этажа, как пояснил ренд Прадос "для приема гостей", а еще там была комната, которую предстояло переделать в классную комнату. Именно в ней Ясиане и Растену предстояло получать знания, столь необходимые для дальнейшего обучения.

Молодые люди готовы были остаться в доме уже сегодня, но ренд Прадос остановил их.

— В доме необходимо сделать ремонт и купить мебель, — заметил он, а потом обратился к облегченно вздохнувшему агенту: — Нэйтес, когда дом приведут в порядок?

— Три дня, высокий ренд, всего три дня, и домик засияет, как магический фонарик.

— Отлично. Тарсита Ясиана, тар Пирет, не согласитесь ли вы воспользоваться моим гостеприимством еще три дня? А чтобы не терять время, уже сегодня начнем обучение.

— Ладно, так уж и быть, три дня поживем у вас, ренд, — ответил за обоих Растен. — Только мы заплатим за постой и кормежку.

— Как вам будет угодно. А теперь приглашаю вас посетить еще одно место.

И они отправились к ювелиру — крепкому коротконогому коротышке, который долго осматривал пояс, удивленно цокал языком, а потом сказал:

— Если бы я не знал вас очень хорошо, ренд Прадос, я бы решил, вы уж простите, что эта вещь украдена из императорской сокровищницы. Но, так как я понимаю, что вы не могли ограбить императора, то мне остается только удивляться, откуда же она взялась.

— Удивляйтесь, Медон, удивляйтесь, — не стал раскрывать любопытному происхождение пояса ренд Прадос, — надеюсь, это не помешает вам оценить его по достоинству и выплатить стоимость его хозяйке?

— Вот даже как? Хозяйка пояса прекрасная тарсита?

— Медон, — ренд Прадос прервал попытки ювелира узнать, откуда же взялась эта вещь, — мы пришли к вам, как к честному, умеющему держать язык за зубами, торговцу. Вы приобретаете у тарситы этот пояс?

— Конечно, никто вам не даст цены справедливее, чем я. Только, вы же понимаете, благородный ренд, что стоимость этого изделия очень высока, и мне затруднительно будет выплатить все сразу. Я предлагаю часть суммы, — Медон написал на листке несколько цифр, — выплатить сразу, а остальное буду выплачивать, скажем, раз в месяц. И тарсите будет удобнее, денежки-то в сохранности лежать будут, никто не сможет добраться до них.

— Будешь платить тарсите Рутенге проценты с оставшейся суммы. Знаю я вас, торгашей, своей выгоды не упустите.

— Ох, ренд Прадос, вы, хоть и маг, а тоже не позволите получить лишний медяк скромному ювелиру.

— Только не говори, что я пустил тебя по миру, Медон. Я знаю, что ты хорошо наживешься на этой вещице.

— На том и стоим, ренд Прадос, а как же иначе, деток-то кормить надо. Вот вам расписочка, что денежки в надежных руках, — ювелир протянул бумагу молчащей Ясиане.

Прадос согласно кивнул. Как и все в столице, он знал, что ювелир Медон ссужал деньгами не только простой люд, но и императорскую казну.

— Еще день пропал, — вздохнул ренд Прадос, когда они, получив деньги, сели в кордрет, а нужно еще купить вам одежду. — Едем в магазин.

Поначалу он привез их в магазин, где продавались дорогие и роскошные наряды, но Ясиана и Растен дружно воспротивились столь нерачительному расходованию средств — крестьянская жилка давала о себе знать. Ренду Прадосу с трудом удалось узнать адрес лавки недорогого готового платья, где молодые люди смогли подобрать себе несколько нарядов. Причем Ясиана на свой страх и риск приобрела себе сразу несколько панталон. Благо, мужчины не последовали за ней в женский отдел. Если уж свадьба сорвалась, значит, можно опять их надеть, решила она.

Ужинать сели поздним вечером. Сразу после него Ясиана удалилась в выделенную ей комнату и, с наслаждением надев купленные панталоны, улеглась спать.

А утром началась новая жизнь. Сразу после завтрака им сообщили, что их ждет учитель правописания. Мэтр Рисой не показал удивления знаниям, которыми владели его подопечные, видимо его заранее предупредили, что придется обучать начальной грамоте взрослых людей. Он рьяно принялся за дело, и уже через пару часов от букв и слогов голова гудела не только у учеников, но и у него самого. Оставив задание, мэтр распрощался с ними, пообещав прийти завтра и проверить. Сразу после него в комнату, выделенную под занятия, явился учитель математики, он столь же активно принялся обучать молодых людей своему предмету. После обеда должны были прийти учителя географии, истории и этикета.

— Я этого не выдержу, — простонал Растен за обедом.

— Как вам будет угодно, тар Пирет, я с готовностью посоветую вам мастера, изготавливающего кордреты, — отозвался хозяин дома.

— А Ясиана?

— А у тарситы Ясианы нет иного выхода — либо она поступит в Академию в этом году, либо в следующем, для нее путь один. Она могла бы пройти туда и без испытания, но путь в Академию только один — через лабиринт.

— Ренд Прадос, — подала голос Ясиана, до этого старавшаяся вести себя, как можно незаметнее, — позвольте задать вопрос.

— Я весь к вашим услугам, тарсита Ясиана.

— Вы несколько раз упомянули про испытания. Сегодня вот сказали, что это лабиринт. Вы не могли рассказать подробнее?

— О, для вас ничего сложного, тарсита, — Прадос обрадовался, что Ясиана потихоньку стала выбираться из скорлупы отчуждения, и с готовностью принялся отвечать на вопрос. — Претендент на обучение в Академии заходит в ворота лабиринта, и лабиринт сам определяет испытания, которые должен пройти поступающий. Для каждого они свои. По итогам этих испытаний каждый прошедший отбор адепт выходит уже на территории своего будущего факультета. Вот и все.

— И все? — недоверчиво переспросила Ясиана. — Неужели проходят все?

— Нет, отбор проходят далеко не все, — хозяин дома ухмыльнулся, глядя в глаза Растену, — если лабиринт сочтет, что дар у претендента слабый, или же его нет вообще, то претендент выйдет в те же ворота, в какие зашел.

— И сколько раз можно входить в них? — поинтересовался Растен.

— Бесконечно, мой друг, бесконечно. В каждом отборе имеются такие упертые бездарности, которые с первого раза не верят в вердикт лабиринта. С каждым новым заходом лабиринт выкидывает их все быстрее и быстрее. Посмотреть на это представление собираются толпы адептов и простых горожан. Иногда бывает очень смешно, — Прадос улыбнулся, вспоминая особо веселый эпизод.

— Я все равно пойду, — упрямо заявил Растен.