Академия древнего лабиринта (СИ) - Лесникова Рина - Страница 37

— Ашанер Беттондир? — переспросил Гортез. — Но он же член правящей семьи?

— Владение ментальными способностями никогда не было его сильной стороной, — презрительно пояснил Кареон, — вот он и пытался их увеличить с помощью нашей Ясинки. — Очень злопамятный, скажу я вам. Тебе стоит его опасаться, Ясиана.

— Я велела ему не подходить ко мне и членам нашей группы ближе, чем на десять шагов, — беспечно отмахнулась девушка.

— Напрасно ты недооцениваешь угрозу. Драконы очень коварны. К тебе может подойти кто-нибудь из его друзей или прихвостней — родственник императора, как-никак — и приказать исполнять их волю. Уж среди драконов много менталистов высочайшего уровня, гораздо выше, чем твой нынешний.

— Адептка Рутенга знает, как решить вопрос с увеличением ментальной мощи и пресечь их попытки, хотя, право выбора остается за ней, — остановил дискуссию магистр Дижаонгр, — оставим это решение ей самой. А сейчас я предлагаю рассмотреть следующий вопрос: Почему адепт Беттондир, а он тоже прошел лабиринт и вышел гораздо раньше вас, не стал членом вашей группы?

Друзья, как по команде, посмотрели на Ясиану.

— Ваше мнение, адептка Рутенга?

— Он оказался лучше нас?

— Лучшие сейчас сидят передо мной, — куратор даже повысил голос. — Именно вас выбрал лабиринт, значит, вы и есть самый лучший вариант для исполнения его цели. Еще варианты.

— Он мне не понравился, — Ясиане было стыдно сознаваться в этом.

— Вот. Он не понравился душе вашей группы. Хоть и обладает достаточно сильным потенциалом властителя. Лабиринт его отсек, как не подходящего вашей миссии.

— Значит, мы все тебе нравимся, да? — расплылся в улыбке Гортез.

— Властительница Духа приняла вас такими, какие вы есть, — куратор строго глянул на оборотня. — Даже если среди вас есть хвастуны и болтуны. А это значит, что у вас есть возможность объединиться в единую силу. Но это вам только предстоит. И цель преподавателей нашей академии — помочь вам это сделать. Помимо общих занятий по специальности вы должны освоить еще кое-что: на уроках магистра Даринет будете учиться сливать сознание. Под моим руководством будете пытаться привести в действие Круг восьми. Я же буду доносить до вас историю и географию восьми миров. Магистр Прадос займется вашей боевой подготовкой. Не исключено, что группе придется действовать на территории Рогондра.

Ну какой из Ясианы боец. Верно заметил магистр Прадос — ей только против кур в курятнике воевать. В голову понемногу стали закрадываться сомнения. А правильно ли она поступила, переступив ворота Академии? А не напутал ли чего лабиринт? Вон, гордячка Эмма показала самый высокий уровень ментальной силы. Наверняка, она и с неизвестной задачей справилась бы лучше. Может, стоило тогда согласиться на предложение Растена? Пойти с ним в храм и жить так, как привыкла — ждать мужа дома, завести курочек, поросенка, или вообще уехать в деревню. Нет, в деревню Растен не согласился бы, его теперь от техники не оттащишь.

— Адептка Рутенга. Отставить пораженческие настроения, — Ясиана не заметила, как в класс зашла магистр Даринет. А для драконицы даже ее самые замысловатые щиты никогда не были проблемой.

— Магистр Даринет проведет с вами урок слияния сознания, — пояснил куратор.

— Слияние сознания — очень тонкая вещь, — начала пояснять магистр. — В идеале вы должны стать единым целым в ментальном плане. Как вы знаете, это возможно у любящих пар. Вам будет сложнее. Сложно, но не невозможно. Итак, снимаем щиты и амулеты и раскрываем свое сознание навстречу сознанию центра. Можете быть уверены, что ваши тайны и секреты останутся внутри группы. Я сама наложу на каждого печать неразглашения. Ясиана, принимай.

Розенг, Шаати и Растен сняли амулеты, остальные неохотно убрали щиты, и Ясиана несмело потянулась мыслями к друзьям. Растен и Розенг доверчиво пустили ее в свои головы, со щенячьим восторгом встретил ее Гортез, успевая передать мысль, что у них и вдвоем прекрасно получится это слияние. Неохотно присоединились Тедор и Кареон — каждому было, что скрывать из прошлой жизни. Оказывается, и тот, и другой росли в довольно знатных семьях, причем Кареон знал, что он — незаконнорожденный сын императора. Но больше всех поразили Наитинэль и Шаати — каждый из них за внешними нападками пытался скрыть свою сильную заинтересованность друг в друге. Впрочем, поразили, пожалуй, они только себя, для остальных уже давно было все ясно.

Это и есть слияние — узнать мысли друг друга?

— На сегодня хватит, — донесся голос драконицы. — Начало положено. Никто и не ожидал, что получится все с первого раза. Будем пробовать еще. А сейчас, с вашего позволения, я наложу на каждого печать неразглашения.

Магистр Даринет быстро обошла группу, легко коснувшись пальцами лба каждого, сказала, что завтра в это же время вернется продолжить занятия, и вышла.

— Завтра попробуете объединиться в Кругу восьми, — пояснил куратор, дожидавшийся, пока драконица закончит свое занятие. Сказав так, он тоже попрощался до завтра и покинул их.

Стали ли они ближе, заглянув в потаенные мысли друг друга? Нужны ли были им эти знания друг о друге? Хотя, можно сказать, что двум из них это слияние могло помочь. Шаати и Наитинэль не отводили удивленных взглядов один от другого. Ну что ж, значит, все было не напрасно. Но почему все так жалостливо смотрят на нее, Ясиану? После того, как все узнали про Благодатную Долину, у нее не осталось секретов. Мужчины дружно потянулись к столовой, а Шаати, кивнув эльфу, приотстала и заговорила с Ясианой:

— Бедная девочка, угораздило же тебя. Но ты не переживай, мы с Наем тебе будем помогать, чем можем.

— О чем ты, Шаати? Тоже считаешь, что я не справлюсь с обязанностями центра группы?

— О-о, опять. Когда уже это прекратится. Перестань умалять свои достоинства. Тебя выбрал лабиринт, и поддержали все, я еще раз повторяю все, члены группы. Я сейчас о ренде Прадосе.

— Вы тоже считаете, что он несправедлив ко мне?

— Мы считаем, что ты в него влюбилась.

— Я? В ренда Прадоса? В этот холодный кусок камня? Да никогда.

— Да, сегодня он был, как ты сказала, холодным куском камня. Но твоя головка хранит совсем другие воспоминания о нем. Скажи, ты хочешь быть с ним? Именно это, самое яркое воспоминание, затмило все остальные.

— Что сейчас об этом говорить, — Ясиане было неудобно обсуждать столь личный вопрос. — Ренд Прадос такой, какой есть. Его не интересуют адептки, которые даже кинжал в руках держать не могут.

— Э, не скажи. Здесь что-то нечисто. Не может живое существо настолько быть лишенным эмоций. Любви ли, ненависти ли, или же простого негодования по поводу того, что его ученики ни на что не годны. Он же спокоен, как пещерный камень.

— Да что об этом рассуждать? Смотри, Наитинэль ждет тебя. Я так рада за вас, Шаати.

Дроу махнула рукой и потащила подругу в столовую, по дороге к ним присоединился поджидавший в стороне Наитинэль. Никого не удивил тот факт, что за их столом в компании ушедших вперед мужчин уже сидит Лауда.

— Ясиана, — обрадовалась однокурсница, — вот, твои друзья пригласили меня за ваш стол. Ты не будешь против?

— Ну что ты, Лауда, конечно, присоединяйся. Места хватит всем.

По активным переглядываниям мужчин можно было понять, что они ведут диалог на ментальном уровне. Они хмыкали, хмурили брови, иногда кивали головой невпопад ведущемуся разговору, бросали быстрые взгляды на Лауду и Ясиану, которая чувствовала себя в этой ситуации самой настоящей сводней. Но это нужно, прежде всего, новой подруге. А мужчины, судя по их поведению, очень даже не прочь помочь отчаявшейся девушке. Вон, как разгорелись глаза.

Интересно, ее они делят так же? Хорошо, что у нее нет того недостатка времени, как у Лауды. Хотя, магистр Даринет торопит. Кого, кого, кого же выбрать? Кандидатура Наитинэля уже отпала — вон, как они с Шаати смотрят друг на друга, даже тарелки с ужином остались нетронутыми. Отпадет и тот, кто проведет сегодняшнюю ночь с Лаудой, ведь Ясиана будет знать, что он был с подругой. А как же ренд Прадос? Он же тоже проводил свои ночи с другими? А может даже, у него есть жена? И это из-за чувства вины перед семьей он такой холодный? В голове настойчиво крутилась картинка, которая была в их головах при расставании — ренд ласкает Ясиану, и ей это нравится. Очень. Нравится так, что она хоть сейчас готова бежать к нему. Только его руки и губы хочется ощущать на своем теле, только его "Моя Ана" хочется слышать в ночи.