Тайна смерти Рудольфа Гесса
(Дневник надзирателя Межсоюзной тюрьмы Шпандау) - Плотников Андрей Николаевич - Страница 60

4. Я принял как ИЗВЕСТНЫЕ написанные Рудольфом Гессом рукописные записи в тетради формата A4.

5. Я также изучил 6 письменных принадлежностей, а именно:

(a) Тонкая серая ручка с голубым колпачком — красная пористая ручка[37].

(b) Тонкая серая ручка с красным колпачком — красная пористая ручка, почти сухая.

(c) Серая ручка, без колпачка — синяя пористая ручка, почти сухая.

(d) Серая ручка, колпачок с красным концом — синяя пористая ручка.

(e) Серая ручка, колпачок с зеленым концом — зеленая пористая ручка.

(f) Ручка «Шнайдер Экспресс», стальной корпус — синяя перьевая авторучка.

6. По соображениям безопасности мои исследования проводились в офисах тюрьмы Шпандау, которые являются неидеальными, нелабораторными условиями, и я использовал только ограниченное портативное оборудование, которое я смог привезти с собой из Великобритании. Кроме того, в отношении экспертизы и сравнения почерка я был ограничен некоторыми моими очень незначительными знаниями о немецком языке и, в частности, особенностями, характерными для «старого» немецкого стиля[38] письма.

7. В рамках ограничений, изложенных в пункте 6 выше, я провел следующие исследования:

8. Подлежащие исследованию записи на обеих сторонах страницы 1 машинописного письма сделаны голубыми чернилами, хотя и имеют два разных оттенка. То, что расположено на передней части листа, представляется идентичным как по цвету, так и по характеристикам, с образцами, которые я сделал с помощью перьевой ручки, указанной в пункте 5 (f) выше. То, что расположено на обороте листа, представляется идентичным, опять же, как по цвету, так и по характеристикам с образцами, которые я сделал с помощью пористой ручки, указанной в пункте 5 (d) выше. (Ручка, обозначенная в пункте 5 (с), имеет аналогичное производство с последней и содержит синие чернила. Хотя чернила из этой ручки могут соответствовать написанию на обратной стороне запрошенного документа, в ручке осталось недостаточное количество чернил, чтобы получить адекватные сравнительные образцы.) Таким образом, из проведенных ограниченных, неразрушающих испытаний следует, что вопросные записи согласуются с тем, что они были произведены с использованием ручек / чернил, обозначенных в пунктах 5(f) и (d) (и / или (с), когда она заправлена чернилами). Однако я никоим образом не исключаю использование других ручек в подобной комбинации типов и чернил.

9. Я рассмотрел и сравнил подлежащие исследованию и известные записи.

10. Известные записи Рудольфа Гесса сделаны в основном на немецком языке с ограниченным количеством английского языка. Они варьируются от небольшой, относительно аккуратной формы, как видно, например, на стр. 1 тетради для записей, до более крупной формы, как показано, например, на стр. 137. Есть также некоторые вариации в беглости от качественного плавного написания до непринужденного стиля, имеющего отдельные штрихи внутри букв. Я не проводил подробный анализ каждой записи в этой тетради, так как это потребует значительного времени. Однако из таких исследований, которые я сделал, я нахожу сходство между различными записями в этой тетради, так что я мог принять все это как подготовленное одним человеком Рудольфом Гессом, и я принял его как таковое для целей дальнейшего сравнения.

11. Подлежащие исследованию записи состоят из аналогичной смеси малых и больших форм, спереди и сзади страницы 1 исследуемого документа, и выглядят как в известных записях. Все это, как представляется, было написано свободно. Я нахожу заметную область сходства между исследуемыми и известными записями, и они согласуются друг с другом. Некоторые из этих сходств, такие как некоторые конструкции букв, могут считаться характерными немецкими особенностями и могут быть найдены, по крайней мере, в их общем дизайне во многих «старых» немецких письменах. Однако в дополнение к этим есть детальные особенности, которые я считаю более характерными для писавшего. Принимая мои ограничения в рассмотрении этих документов, как выражено в пункте 6 выше, я не вижу оснований сомневаться в том, что подлежащие исследованию записи написаны автором известных записей, Рудольфом Гессом.

Подпись: исследователь документов.

Таким образом, в своих показаниях британский эксперт описывает исследуемый документ как двухстраничное машинописное письмо, на обороте первого листа которого и сделана записка. Но это совсем не похоже на рукописную записку, сделанную на одном листе обычной белой бумаги, которую запечатал в конверт начальник британского военного госпиталя полковник Хамер-Филип. То есть исследовалась вовсе не та записка, которую изъяли из кармана заключенного в госпитале.

Кроме текста самого письма эксперт-почерковед исследовал также «шесть письменных принадлежностей», которые он получил от дирекции тюрьмы для изучения. Но почему ему дали для исследования шесть предметов? Ведь в карманах Гесса, в двух футлярах для очков, находились три ручки, два фломастера и три карандаша. То есть письменных принадлежностей, подходящих для исследования, у Гесса на момент смерти было всего пять. Кто дал эксперту-почерковеду шестую авторучку? И откуда вообще в таком случае взялись письменные принадлежности, подвергавшиеся исследованию? Все ли авторучки имели отношение к Гессу?

Выводы, которые сделал почерковед по результатам исследования и которые он привел в своих показаниях, дают больше вопросов, чем ответов, по исследованному материалу. Англичанин выделил две авторучки, с помощью одной из которых могла быть сделана «предсмертная записка». Правда, в одной из этих двух авторучек не осталось чернил, поэтому получить адекватные образцы для сравнения почерковед не смог. Но как же тогда он смог сделать заключение о двух авторучках, если невозможно сравнить? При этом эксперт не исключает возможность использования других ручек и чернил. Из такого заключения следует, что «предсмертная записка» на обороте машинописного письма могла быть выполнена совсем другими «письменными принадлежностями», отличными от исследованных.

Вызывает вопросы и сам документ — заявление британского эксперта на трех страницах. Если заявления всех остальных свидетелей составлены на стандартных бланках, вверху которых типографским способом напечатано STATEMENT (заявление), то первый лист заявления британского почерковеда представляет собой лист обычной бумаги, вверху которого машинописным способом напечатано STATEMENT OF WITNESS (заявление свидетеля). На всех листах показаний свидетелей отпечатано STAFF IN CONFIDENCE, и только на первом листе показаний почерковеда такой отметки нет. Второй и третий листы заявления соответствуют всем стандартам. Для наглядности можно сравнить оформление первого листа показаний почерковеда с протоколами опроса других свидетелей.

Можно сказать, что показания британского эксперта-почерковеда сформированы из двух частей: первого листа, отпечатанного на пишущей машинке на листе обычной бумаги, и второго-третьего листов, оформленных на стандартных бланках полицейского опроса. Что из этого является истиной, а что подделкой?

Первый лист показаний британского эксперта-почерковеда. В пункте 3 описывается изучаемый документ — отпечатанное на машинке письмо на двух страницах. Форма листа показаний отличается от всех других, имеющихся в деле.

Стоит также отметить, что запись на первой странице исследуемого спорного письма, указанную как «Veantwortet 14.VIII», следует читать как «Beantwortet 14.VIII», что на немецком языке означает «Отвечено 14 августа». «Заключенный № 7» имел обыкновение делать пометки о своем ответе на получаемых им письмах: порядок в переписке он уважал. Вероятно, британский специалист действительно не был знаком с немецким языком, и принял рукописное старонемецкое написание буквы В за V, тем более что сходство на самом деле есть. А может, ошибка сделана кем-то сознательно, чтобы всем было понятно: эксперт языка не знал, даже элементарное слово не понял, оборудования для исследования у него с собой не было, условия исследования были далеки от идеальных. Соответственно никаких претензий к эксперту за его работу быть не может!