Заговор маски (СИ) - Костылева Ляля - Страница 18

Златогор и Малюта переглянулись, и что-то в глазах друг-друга наконец привело мальчишек в чувство. Не сговариваясь, они сорвались со своего постамента. Малюта бросился бежать, едва его ноги коснулись земли. Златогор упал на колени, на ходу поднимаясь, обдирая кожу с ладоней, он кинулся следом за другом. Задыхаясь от ужаса, они мчались вперед, оставляя позади себя вопли толпы и крик жертвы, уже переходящий в хриплый вой.

Мальчики неслись вперед не разбирая дороги и быстро потеряли направление. Несколько раз повернув не туда, они вскоре оказались в совершенно незнакомом месте. Грязный проулок, заставленный поломанными ящиками, и никого вокруг. Они остановились, пытаясь восстановить дыхание. Малюта прижался к каменной стене и, закрыв лицо руками, зарыдал. Он истерически всхлипывал, размазывая грязь по лицу, и повторял шепотом:

— Не может быть, не может быть…

Златогор, весь дрожа, опустился на один из ящиков. Про его лицу не переставая текли слезы.

— Так нельзя, — шептал он. — Так же нельзя, они же живые, так же нельзя.

Он скорчился и, сжавшись в комок, заплакал еще горше.

Малюта ожесточенно вздохнул, пытаясь успокоиться, нахмурился, подошел к Златогору и положил ему руку на плечо:

— Не надо, не плачь, — он шмыгнул носом, — если с ними такое сделали — они сами виноваты. Иначе бы загонщика камнями забросали, а не ее. Верно? Не могут же все эти люди ошибаться! И в загонщики не зря такой отбор! Они знают, что делают.

— Не знаю, — прорыдал Златогор. — Наверно… А младенец, он же еще… А у него кровь на голове.

Он вытер нос об рукав, стараясь успокоиться.

— Да, — всхлипнул он, — наверно виноваты… А мы… Надо вернуться, нас искать будут. Где мы?

В этот момент из-за высокого дощатого забора раздались шум и голоса. Малюта, открывший было рот, чтобы ответить, оглянулся:

— А это что? — от любопытства его слезы сразу высохли, он полез на ящики.

— Может, не надо? — с испугом спросил Златогор, однако последовал за старшим товарищем. — Вдруг там что… Может, лучше пойдем наших искать. Мама будет ругать…

— Мамы ничего не узнают, трусишка! — фыркнул Малюта, выглядывая поверх забора. Его глаза округлились от испуга, смешанного на сей раз с восхищением.

— Что там? — нетерпеливо прошептал Златогор, залезая на ящики рядом с Малютой. Их глазам открылся вид на большой пустырь, огороженный высоким деревянным забором. В некоторых местах, где забор был низким, он был укреплен металлическими штырями и балками.

На пустыре передвигались люди из команды Ловчих Охотника — мальчики узнали их по серым мундирах, некоторые были с копьями, некоторые держали в руках веревки и петли. Чуть поодаль стояли трое мужчин. Двое из них были в черном, одеты очень неприметно, но по тому, как уважительно обращались с ними окружающие, было понятно, что это люди, которым тут все подчинялись. Третий был священником. Задумчиво поглаживая бороду, он наблюдал за ловчими, которые выводили из большого сарая партию невиданных ранее мальчиками существ. Это были чудовища — огромного роста, с человеческим телом, однако с бычьими головами.

Златогор ахнул.

— Кто это? — шепотом спросил он.

— Плохо ты папку слушал на уроках, — тихо ответил Малюта, — это ж минотавры! Помнишь легенду про лабиринт? Только… Я не знал, что они существуют на самом деле.

— Точно! — горящими глазами следил за монотонно передвигающимися существами Златогор. — Ничего себе… Но это же галльская легенда была, разве у нас они водятся?

— Их и в Галлии не водится… Их не бывает… Вроде… — отозвался Малюта нерешительно.

Тем временем минотавров освободили от цепей, намотанных вокруг их шей и рук. Те потирали запястья и смотрели мутными глазами на окружавших их людей. Златогор потянулся вперед, стараясь рассмотреть монстров.

— Смотри, смотри… — зашептал он. — Они, получается, существуют! Интересно откуда они у нас…

Он оперся рукой об забор, стараясь еще выше высунуться из-за забора. Ловчие подгоняли минотавров, заставляя их выйти в центр пустыря. Черные люди переглянулись, один из них нахмурился и что-то сказал второму. Священник все так же поглаживал бороду и, прищурившись, изучал чудовищ.

В этот момент ящик под ногами Златогора треснул, и та хрупкая конструкция, на которой стояли друзья, зашаталась. Оба мужчины в черном, словно почувствовав что-то, синхронно обернулись, вперив взгляды в мальчишек.

— Бежим! — перепуганно вскрикнул Златогор, спрыгивая с ящиков. Малюта не мешкая последовал за ним. Они вновь бросились бежать, улепетывая из проулка. В тот момент, когда мальчики поймали взгляды мужчин, им обоим показалось, что те двое куда страшнее быкоголовых минотавров.

Они бежали так, словно за ними гнались демоны, куда глаза глядят. Вдруг очередная узкая улочка вывела их на ярмарочную площадь. Малюта, оглянувшись, споткнулся и, качнувшись, с размаху влетел в какую-то девушку. Он вцепился в ее юбку, чтобы удержать равновесие, поднял глаза и встретился взглядом с Яроликой.

— Ой, — только и смог выговорить мальчик.

— Вы где бегали?! — безошибочно находя глазами и брата, забранилась девушка. — Родители с ума сходят, нам уезжать пора, а они носятся невесть где! Это же город, тут все что угодно случиться может!

Она схватила обоих мальчишек за руки.

— А ну как бы заплутали! — продолжала она. — Или бы в толпе зашибли!

К ним подбежала Горислава:

— Вы где были? — с тревогой спросила она. — Малюта, Златогор, ничего не случилось?

Мальчики переглянулись и тут же отрицательно затрясли головами.

— Мы заигрались, — виновато сказал Златогор. — И забыли о времени.

— Заигрались они, — сердилась Яролика. — Вот тебе отец задаст сейчас!

— Яролика! — взмолился мальчик.

— Что Яролика? — немного успокаиваясь, продолжила девушка. — Ладно, идемте, нам уже ехать пора.

— Почему пора? — удивился Златогор. — Рано же еще, мы приехали ведь пару часов назад только. Или сегодня так хорошо все продавалось?

— Хорошо, и у многих хорошо. Половина деревни решила домой ехать, — пояснила Горислава.

Тут к мальчишкам подлетела разъяренная Ждана. Она схватила сына за ухо и потащила его к саням Живко:

— Ну чтоб еще хоть раз ты у меня играть пошел! Да ты у меня вообще теперь дальше двора не выйдешь, спиногрыз! Вот уж отец тебя дома отходит!

— Ай, ай! Мама! — заверещал, зажмурившись, Малюта.

— В сани сейчас же! Ну, куда ты убежал? — приказал нахмурившийся учитель.

— Прости, пап, — вздохнул понуро мальчик, укрываясь шкурой.

С другой стороны в сани сел Златогор, точно также потирая ухо.

— Шкодники, — сердито прогудел Живко. — Ремнем тебя отходить бы надо, Златко. Чтобы знал. Мать до чего довел!

Мальчик виновато потупился. Лесничий махнул рукой.

— Вот я ужо с тобой дома поговорю, — пригрозил он. — Никакого леса и никакой улицы. Будешь матери помогать.

— Да, папа, — вздохнул Златогор.

Остальные тоже уселись в сани: рассерженные Ждана и Стояна, девушки сжимавшие кульки с покупками, в конце примостилась Всемила, бледная и чем-то явно встревоженная.

— Ну что, все погрузились? — спросил Живко. Козарин, как и утром, сел рядом с ним.

— Трогаем, — лесничий коснулся вожжей, и конь мерным шагом двинулся по дороге, вслед за другими санями из их деревни.

Из толпы за ними следил неприметный человек, одетый в черное. Он проводил холодными бесцветными глазами уезжающий обоз. Затем повернулся и нырнул в тот переулок, из которого десятью минутами раньше выскочили мальчишки.

Глава 9

Вечером, когда обсудили все новости, и наказали Малюту, и простили Малюту, поужинали, попили чаю и разбрелись по углам рассматривать покупки, Козарин подошел к дочери.

— Горенька, — он ласково погладил ее по волосам, по плечу и вздохнул, — оденься-ка и сходи к бабушке Всемиле.

— Хорошо, папа, а зачем? — глаза ее загорелись, и девушка спросила с надеждой. — Она сама тебе сказала, чтоб я пришла?

— Сама или не сама, какая разница? — пожал плечами учитель. — Иди, доченька, иди. И сделай так, как она скажет. Я не против, ты это помни, хорошо?