Дракон в зефире (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 39

— Мне надо тебе кое-что сказать, — нерешительно начала Лерочка.

— Да можешь переходить сразу к делу, — обернулся к ней парень. — Чего тянуть кота… нет, кошку за хвост.

Лерочка нахмурилась и перевела взгляд на цветы, терзаемая внезапным смутным подозрением. Откуда у него этот веник?

— К тебе случайно не приходила Тесса?.. то есть… — она замялась, — то есть я к тебе раньше не заходила?..

— Заходила. Цветы подарила. В театр звала.

Лерочка в ужасе закрыла глаза и замотала головой.

— Это была не я!.. Не я!..

— Я знаю, — спокойно ответил Дима.

— Знаешь? — открыла она глаза. — Откуда? И как?

— Уж зефирную суть эроморфа от твоей я в состоянии отличить.

— Понимаешь, так получилось, что Тесса…

— Она мне все рассказала, — опять огорошил девушку Дима.

— Все-все? То есть ты знаешь?.. Понимаешь, так получилось, что…

— Можешь не объяснять, — перебил ее парень. — Переходи сразу к делу. Давай, вперед. Охмуряй меня.

Лерочка растерялась.

— Не собираюсь я тебя охмурять…

— А чего так? Отстаешь в гонке, отстаешь… Вон бери пример с Тессы. И цветы подарила, и полуголая пришла… Могла б и ты постараться.

От возмущения у Лерочки перехватило дыхание. Она вскочила с дивана и топнула ногой:

— Как полуголая? В моем обличье — и полуголая?!?

— Зато есть на что посмотреть…

— Не смей на нее смотреть! То есть на меня! То есть на нее в моем обличье!

— Ну хотелось бы сравнить с оригиналом, — нахально заявил Дима, — поэтому в следующий раз, будь добра, приходи с таким же декольте, ладно?

— Обойдешься!

— Вот так сразу сдаешься? — разочарованно протянул парень. — А может, я готов тебе подыграть?..

— Я только зашла тебя предупредить!.. Не надо мне подыгрывать! Потому что я ни в какие игры играть не собираюсь! — Лерочка с максимально независимым видом направилась к двери.

— Не играешь, значит? — насмешливо протянул Дима. — А ведь эроморфа честней тебя…

— Что? — обернулась девушка.

— Она-то честно объявила о своих намерениях, — в голосе парня внезапно прорезалась горечь. — А ты… играешь. На меня играешь.

— Да все не так!.. Я не выбирала тебя!.. — попыталась объяснить Лерочка, но ей помешали.

В гостиную влетела запыхавшаяся Света.

— Эта бесстыжая меня поцарапала!.. — с порога выпалила она. — А ведь такой тихоней прикидывалась!..

И осеклась, увидев Лерочку.

— А как она… здесь? Как она успела?.. — растерялась блондинка. — Я ж ее выставила!..

На ее щеке багровели царапины, волосы были взлохмачены. Дима покачал головой и выдал:

— У Валерии много скрытых талантов…

Злость и обида накрыли девушку с головой.

— Их гораздо больше, чем вы можете себе представить!

Она оттолкнула с пути Свету и вылетела из комнаты, грохнув дверью так, что загудело в ушах.

А ночью Лерочка проснулась от гнусных завываний под окном. Выглянула наружу и обомлела. Тесса в ее обличье распевала под окном «Очи черные», безбожно исковеркав текст и переврав мелодию:

— Очи серыя-я-я-я-я, очи страстныя-я-я-я!

Очи жгучия-я-я-я и прекрасныя-я-я-я!

Как люблю я Димуя-я-я-я-я!..

Новое око сделаю я-я-я-я-я!..

Из окон уже высовывались недовольные жильцы и в изумлении наблюдали ее, Лерочку, в одном кружевном неглиже, простоволосую и распевающую серенаду под расколотой луной.

— Ты совсем одурела?!? — завопила Света, свешиваясь из окна. — Последний стыд потеряла?!? А ну пошла вон!

Но Тесса продолжала выводить рулады, больше похожие на крики мартовских котов — самозабвенно и до полного опупения.

— Лерочка, не делайте нам нервы! Идите таки уже спать! — не выдержала Роза Марковна.

Настоящая Лерочка потрясенно сползла на пол и уставилась в пустоту. Это катастрофа! Господи, неужели у нее действительно такой мерзкий голос? Что теперь о ней будут думать? Тыкать пальцем и говорить, что она домогается Диму!.. Но это не она, а Тесса!.. Невидящий взгляд уперся в пустую кровать Машки. Подруга так и не пришла домой ночевать. Вернувшись от Димы, Лерочка решила, что Машка задержалась на работе, и легла спать, не дождавшись ее. Взгляд на часы. Полтретьего ночи! Где ее носит?!?

Следующий день прошел словно во сне, даже косые взгляды остальных студентов девушку мало трогали. Тревога переросла в панику. Лерочка просто нутром чуяла, что с подругой что-то случилось. После занятий она бросилась в столовую. Туоми ничего не знала и была крайне раздражена тем, что Маша не вышла на смену. Но вчера вечером подруга ушла с работы вовремя. Где же ее искать? Лерочка бросилась к смотрителю Атанасису.

— Вчера вечером? Пришла, а потом ушла. И вот чего вам всем неймется, спрашивается?.. Ходют и ходют тудой-сюдой…

— Как ушла? Куда ушла? Почему ушла?..

— А я почем знаю?.. — пожал плечами крысомус и захрустел яблоком. — Вылетела, как в попу раненная рысь… Ни тебе «здрасьте», ни тебе «до свиданья»…

— А ей ничего не приходило? Никто для нее сообщений не оставлял? — сделала еще одну попытку Лерочка.

— Неа, — крысомус прицельно зашвырнул огрызок яблока в мусорную корзину. — Но она с собой волокла чемоданчик…

В сундуке не оказалось пурпурного платья Маши и еще кое-каких вещей. Лерочка заставила себя сесть на кровать и успокоиться. Надо подумать. Куда Машка могла рвануть с чемоданом, не предупредив и не посоветовавшись с подругой? Ответ напрашивался один — на отбор невест для венценосного пупырка! Лерочка схватилась за голову и дернула себя за волосы. Господи, ну когда же это все закончится?!? Где эта чертова газета с объявлением? Лерочка перерыла всю комнату, заглянула во все углы, но газету так и не нашла. Выскочила из дома и помчалась в библиотеку.

— Ну что ты, шептунья, так распереживалась? Сейчас найдем. Так, посмотрим…

Василика зашуршала страницами толстенного гросбуха, который был необычным каталогизатором. Дело в том, что зефирная типография, или зефирография, позволяла вмещать на одной странице большие объемы текста за счет так называемой мыслеизбирательной печати. Информация накладывалась зефирными слоями и проступала только в том случае, если ее читал человек, в ней заинтересованный… или знающий, что хочет найти. Газеты печатались по такому же принципу. То есть каждый в газете видел то, что соответствовало его интересам. Когда новоявленным студентам объясняли принципы зефирографии, Игорек сравнил ее с контекстной рекламой в интернете. Кого что интересует, тот то и увидит. Машка только и думала о том, как найти принца, поэтому не было ничего удивительного в том, что она увидела это чертово объявление, а Лерочка нет. Так же и магистр Нистальф, заядлый игрок, сразу нашел в газете объявление о воздушной регате, а девушки его проглядели.

Лерочка проторчала в архиве четыре часа и перерыла горы документов. Зефирография была относительно новым изобретением, поэтому при раскопках архивных сведений о Неверлинге пришлось чихать и глотать книжную пыль. Картина вырисовывалась мрачная.

Его Высочество Кенриг Неверлинг влюбился в прекрасную леди Антонию, жар-бабочку с острова Мары, и посватался к ней. Она ответила отказом, не желая покидать родину. Тогда Кенриг купил для невесты небольшой остров поблизости Ла-Арка и пригласил лучших зефирных заклинателей, которые превратили его в маленькое подобие Мары. Принц построил гранитный замок, целиком вырубленный в граните, посадил гигантские цветы, а погодники позаботились о бесконечных ветрах и сезоне дождей. Гранит и цветы. И бесконечные ветра для строптивой невесты, чтоб не смогла улететь. Но Антония и во второй раз отказала, сказав, что не любит. Тогда Кенриг, обезумевший от страсти, решился на преступление. Он похитил красавицу и заточил ее в замке, а после нашел нечистого на руку эроморфа-недоучку Джулиана Хищного и провел обряд бракосочетания, насильно изменив зефирную суть Антонии. Она стала человеком.

Дальше в документах было мало сведений. Известно лишь то, что изменение получилось незавершенным. Кенриг уединился на острове, скрывая свое преступление, но счастье его было коротким. Антония разродилась мертворожденной пятерней и сошла с ума. Она недолго горевала по дочерям, возродив их светлые образы в своих бесконечных снах. У нее началась обратная трансформация — Антония начала окукливаться, погружаясь в беспробудный сон. Принц пытался лечить жену, запер ее в подвале, пригласил лучших магов жизни, но все оказалось напрасным. Состояние Антонии только ухудшалось, пока однажды не произошла трагедия. Безумица превратилась в гусеницу, прогрызла гранит, вырвалась из плена и прокляла мужа. Теперь уже он уснул вечным сном, терзаемый кошмарами с мертвыми дочками. А вместе с ним уснул и весь замок.