Дракон в зефире (СИ) - Дорогожицкая Маргарита Сергеевна - Страница 19

— А я и не сомневаюсь! Так бы и сказала, что для себя стараешься! И не прикрывайся благородной заботой обо мне!

— И не буду! — надулась Машка. — Дура ты. Сиди в старых девах.

— Уж лучше в старых девах, чем как ты!..

— Что я?!?

— Ничего! Всех принцев перепробовала!

Подруги вдрызг разругались. Самое обидное, что Лерочка понимала, что оскорбления, уговоры и даже угрозы бесполезны. Машка перла к цели, как таран, не видя препятствий. И в большинстве случаев ей удавалось достичь желаемого, как ни странно.

Душераздирающей сцены выселения тех, кто ушел с лекции, не было. Просто эти люди исчезли. Семь человек. Наташа с детьми, Толик и еще трое, имена которых Лерочка даже не запомнила. Она осторожно спросила у крысомуса-смотрителя, куда делись эти несчастные, но Атанасис равнодушно пожал плечами и сказал, что их в тот же вечер забрал констебль. Похоже, шутить с новоприбывшими никто не собирался. Лерочка чувствовала себя виноватой в произошедшем, косые взгляды в ее сторону от других пассажиров этому сильно способствовали. Но с другой стороны, поставь она подпись, все могло бы быть и хуже.

Во второй раз Лерочка смогла рассмотреть кабинет ректора в деталях. Он был весь уставлен книгами. Книжные шкафы тянулись во всю стену, доставая до потолка. Старинные фолианты соседствовали с вполне современными книжными переплетами.

— Так что вы хотели, Валерия? — устало спросил ректор Кхамало, кивая ей на стул. — Тоже пришли заявить, что вы — Избранная? Или уверить меня, что я — ваша истинная пара?

— Я? Боже, нет, конечно! Нет, что вы!.. Я просто хотела у вас спросить, может, вы посоветуете… — девушка замялась.

— Что? Смелее, смелее. Я не кусаюсь.

— Я хочу быстрей выплатить долг. Поэтому подумываю найти подработку. Но побаиваюсь искать ее в городе. Возможно… Я могла бы устроиться где-то в самой Академии? Подрабатывать после занятий… если поступлю.

— Хм… — ректор окинул ее оценивающим взглядом и склонил голову. — На кухне у нас как раз освободилось…

— Нет! Только не на кухню!

— Почему?

— Я… понимаете, я неловкая… неуклюжая. Вечно у меня что-нибудь ломается или бьется. А на кухне… Только не на кухню, иначе я совсем из долгов не вылезу.

— Брильянтово, брильянтово… — задумчиво пробормотал ректор, склонив голову набок и полируя ладонью подбородок, как будто кто-то царапал ногтем по стеклу. — И часто с вами происшествия приключаются?

— Часто, — виновато склонила голову Лерочка. — Очень часто.

Тут на столе у ректора вдруг запрыгала пирамидка из горного хрусталя. Девушка вздрогнула и испуганно замотала головой:

— Это не я! Честно!

Ректор вздохнул, наблюдая, как пирамидка меняет цвет с прозрачного на кроваво-красный, потом схватил ее со стола и… бросил об стену. Пирамидка разлетелась мелкими осколками, которые застыли в воздухе наподобие кривого зеркала. В нем появилось изображение.

— Барон Кхамало! Еще одно нападение! В этот раз на… — говорящий осекся, заметив в кабинете постороннюю.

— Да говори уже, — махнул рукой ректор и загородил собой собеседника.

— В этот раз на торговую миссию Нордвайна, — срывающимся голосом доложил неизвестный. — Количество погибших не установлено. Спасательные патрули полоскают зефир в радиусе пяти часовых единиц. Подтвердились зефирные возмущения в секторе 27А.

— Пятое нападение за неделю… — ректор потемнел, как будто вбирая в себя весь свет вокруг. — Свяжись с лордом Эльбергом и генералом Хикметом. Будем созывать Совет. Остальных я сам извещу.

Осколки осыпались на пол и, как намагниченные, стянулись в одну кучку. Ректор рассеяно подобрал вновь целую пирамидку и поставил ее на стол. Лерочка заметила, как у барона слегка дрожат пальцы.

— Простите… — заикнулась она.

— Что? — он поднял на нее взгляд, как будто только что заметил ее в своем кабинете. — Ах, это вы… Невезучая, да? Могу отправить в библиотеку. Пыль вытирать. Там будет сложно что-то разбить.

ГЛАВА 12

Лесенка покачнулась. Сердце ушло в пятки. Высота была двухметровая. Падать будет больно. Лерочка крепко вцепилась в книжные полки, стиснула зубы и встала на цыпочки. Она все равно сметет эту чертову паутину! Еще чуть-чуть!

— Берт, не дури! — раздался приглушенный голос по другую сторону полок. — Если тебя исключат, отец задницу надерет!

— Да плевать! Я все равно эту босячку проучу!

Во втором голосе Лерочка, к своему ужасу, узнала Марандо. Она застыла, боясь пошевелиться и молясь, чтобы эти двое поскорее ушли.

— Тебя профессор Вастольф завалит на метеорологии! А за опоздание на полигон вообще!..

— Да сдам я ему, сдам. Пришельцев поселили в Шпильке, я узнавал. Я тут вот что придумал… Да где же этот справочник? Я же помню, «Экстремальное ветрообразование» было где-то здесь!

Парень в сердцах заехал кулаком по полкам, как будто ожидая, что справочник выпадет ему по волшебству. Так и случилось. Тяжелый фолиант, который Лерочка неосторожно отодвинула на край, чтобы дотянуться до паутины, лежал очень неустойчиво. Он подпрыгнул от удара по книжному стеллажу и полетел вниз. Лерочка зажмурилась. Раздался глухой стук.

— Йоксель-моксель! — простонал Марандо, хватаясь за голову. — Откуда?!?

Его приятель обогнул стеллаж и уставился на девушку.

— Берт, а это часом не та самая корова?

— Ах ты!..

— Я ненарочно! — взвизгнула Лерочка. — Честно! Не надо! ААА!

Марандо стукнул ногой по лесенке, но сам отскочить не успел. Та с грохотом обрушилась, погребая парня под его жертвой.

В этот раз обошлось без ректора. Прихромала библиотекарь Василика и подняла такой писк, что мало не показалось. Крысомуса — или крысомуска? — была вполне безобидной, пирожками Лерочку не пичкала, разве что трепетно относилась к книжкам и много болтала. Однако ее сплетни было интересно послушать. Ведь на установочных лекциях много рассказывали о том, что придется учить, но ни слова не говорилось про то, с кем придется общаться за учебой.

— Злыдень укушенный! — била она тросточкой по многострадальной голове Марандо. — Бегемот плюгавый!

— Да я не…

— Утухни, поджарка кривоногая! Ты поглянь, что ты натворил, вышкребок зефирный! Мои книжечки, мои лапушки, мои козявочки, мои птенчики…

Обливаясь слезами, Василика прижимала к груди фолиант, который был в половину ее роста, и нежно гладила поцарапанный переплет.

— Это она столкнула ваш кирпич! Специально!

Василика повернулась к Лерочке. Та отчаянно замотала головой.

— Нет! Правда, нет! Он стукнул кулаком по стеллажу и…

— ЧТО?!?

Парень съежился, однако продолжал хорохориться.

— Легонько ударил! Как он мог сам упасть, ну вы подумайте!

— Ну я подвинула его, чтобы достать паутину, но я не сбрасывала!

Василика зарыдала. Девушке стало так совестно, что она, превозмогая адскую боль в ноге, бросилась к маленькой крысомусе и обняла ее.

— Ну не плачьте, пожалуйста, тетя Вася! Что я могу сделать, а? Ведь можно же как-то переплет реставрировать?

— А кто будет платить? — рыдала библиотекарь. — Содержание урезали! Не напасешься! Книги роняют! Царапают! Страницы рвут! Не возвращают!!!

Она вдруг замолчала, как будто что-то вспомнила, отодвинула Лерочку в сторону и уставилась на Марандо страшным взглядом, воинственно топорща усы. Парень побледнел и отступил на пару шагов назад.

— Что?

— Где «Основы зефиродинамики»? Выданы… — крысомуса задрала вверх палец, словно испрашивая сверху сводку, — пятого числа прошлого месяца в три часа дня! Срок возврата истек неделю назад! Неделю!!!

— Я верну, — выпалил парень. — Честно!

— Подержи! Только аккуратно! — Василика передала оторопевшей Лерочке израненный фолиант и пошла в атаку на Марандо. — Вернешь! Еще как вернешь, клизма дырявая! И за переплет заплатишь, выкусень засушенный!

Мужество изменило самому лучшему пилоту Академии. Он развернулся и пустился наутек. За ним с воплями и бранью неслась Василика, грозно размахивая тросточкой.