Путешествие Чандры (СИ) - Белоконь Ольга Александровна - Страница 81

– Немало, – согласился лунный дэв осторожно. – Так вы хотите, чтобы я успокоил иллюзорный лабиринт Майясуры, чтобы он не менялся и вещи там были бы тем, чем они есть?

– Именно так, – кивнул Шукра. – Ещё нужно отвлечь Куберу, чтобы он не проверял свой лабиринт какое-то время, а это непросто.

– Давайте отправимся к нему, в город Аламари, – Чандра уже нетерпеливо ёрзал. – По пути что-нибудь придумаем ещё.

Шукра усмехнулся, но кивнул. Выдав асурам указания подойти, как только их наставник подаст знак, гуру асуров и лунный дэв, в сопровождении оленя, отправились в путь. День уже клонился к вечеру, на небо высыпали первые звёзды, и Луне надлежало взойти.

– Почему же Шукрачарья не возьмёт свет прямо от Чандры, зачем ему камни Куберы? – не удержался от вопроса Каколь.

– Лунный свет – нестоек по своей природе, быстро развеивается, – пояснил дэв Вишвакарма. – Чтобы его удержать, необходимо связать с водой или землёй. С землей – прочнее. Поэтому Шукрачарье нужны драгоценные камни – а в таком количестве они есть только у Куберы.

– Вот оно что… – протянул Каколь.

По дороге Чандра, по своему обыкновению, разглядывал всё, что попадало под его лучи, и неизвестно когда добрался бы до Аламари, если бы не настойчивость Шукрачарьи. Но двигался он, хотя упорно и размеренно, медленнее шустрого Месяца, забегавшего всё время вперёд. В один из таких забегов Чандра углядел Ганешу, медленно едущего на своей вахане – мыши. Ганеша возвращался с пира, устроенного Вишну и Лакшми, так что живот его был полон любимых яств. Ганеша так наелся, что задремал во время обратного пути на Кайлаш, и нечаянно свалился с ваханы.

– Вот досада, – пробормотал проснувшийся слоноголовый бог.

Зрелище Ганеши, и так довольно забавное – на толстеньком туловище сидела огромная слоновья голова с длинным хоботом и большими ушами, – к тому же, как будто нарочно, разъезжающего на огромной мыши, во время падения сделалось таким смешным, что Чандра не смог удержаться.

– Ещё и смеётся кто-то, – Ганеша обиженно покрутил своей большой головой и заметил сияющего Чандру, хохочущего в вышине.

– Не стоило бы тебе, Чандра, смеяться над своим божеством, – почему-то смех Месяца сильно уязвил обычно спокойного Ганешу. Не размышляя, он поднял первый попавшийся камень и изо всей силы запустил в Луну.

– Ой! – дэв вскрикнул – камень больно ударил его в бок. После чего Чандра быстро спустился вниз, сел и заплакал, олень же укоризненно посмотрел на Ганешу.

– Ох, извини, Чандра, не знаю, что на меня нашло, – попробовал утешить Месяц Ганеша, но тот продолжал лить слёзы, а на Луну в небе набежала тучка.

– Зачем вы, защитник всех планет и всех существ, больших и малых, тот, кому первому делают подношения во всех случаях, бросаетесь камнями? Вы же такой великий, что вам сделал Чандра? – всхлипывал дэв.

– Прости, я не подумал… – Ганеша был смущён, но тут наконец подошёл Шукрачарья.

– Каждый поступок имеет причину, – произнёс он строго. – Что у тебя в уме такого, Ганеша, что ты бросил камень?

– Если подумать, – Ганеше не очень хотелось сейчас думать, сытый живот звал расслабиться, а ещё лучше – поспать, но годы тренировок позволили ему отбросить это желание и последовать не за желудком, – то я – не красавец. И, хоть знаю, что это не главное, иногда мне хотелось бы быть таким же красивым, как Чандра. Поэтому, когда Чандра посмеялся надо мной, это было так обидно… Прости, пожалуйста, Чандра, – я не должен быть кидать в тебя камень.

– О, Ганеша, всё хорошо, – Чандра быстро вытер слёзы и улыбнулся. – Помнишь, когда ты был совсём ребёнком, мы играли вместе?

– Конечно, помню, – Ганеша тоже заулыбался. – Бабушка, бывало, спрашивает у мамы: «А где Винаяка?». «Не волнуйся, за ним Чандра-дэв присматривает». А бабушка всплёскивает руками: «Чандра! Да за ним самим присмотр нужен!»

Шукрачарья громко откашлялся, намекая, что ещё есть дела, кроме как предаваться воспоминаниям.

– Да, Ганеша, тебе ведь делают пуджу при начале всякого дела, и ещё ты покровительствуешь вор… тем, кто восстанавливает материальное равновесие нетрадиционным путём.

– Что вы двое собрались сделать? – Ганеша хитро прищурился.

– Кубера, как ты знаешь, назначен хранителем земных богатств. О его жадности легенды рассказывают, да и ты сам как-то избавлял его от излишней гордости своими сокровищами. Но он всё равно не унимается. Уважаемому Шукрачарье нужна его доля богатств для того, чтобы в Патале стало немного светлее – ведь туда не заглядывают ни Солнце, ни Луна. Добровольно Кубера их не даёт, значит, даст их… не добровольно.

– Так вы решили ограбить Куберу, – Ганеша снова прищурился, с явным удовольствием. – Не вижу в этом ничего плохого и с радостью подарю свои благословения на это дело.

– Спасибо! Огромная-преогромная благодарность! – поклонился Чандра.

Выразив свою признательность пуджей, Месяц и Шукра уже готовы были уйти, как Ганша задержал их:

– Один совет примите. Жадный и в морском песке увидит блеск золота.

– Стремление только к материальным дарам погубило немало людей, асуров, якш… – задумчиво заметил Шукра, когда Ганеша удалился к себе на Кайлаш, а управители планет отправились дальше.

– В морском песке… – Чандра ломал голову над смыслом слов Ганеши, и вдруг его осенило. – Учитель! Я понял, что хотел сказать Ганеша! Нам ведь нужно ещё и отвлечь Куберу, так? Тогда перед тем, как идти в Аламари, давайте заглянем в Вайкунтху.

– Как скажешь, – Шукрачарья с любопытством покосился на лунного дэва, но задавать вопросы было выше его достоинства, тем более что Чандра и не ответил бы – куда интереснее не объяснять, а показывать.

– Дэви Лакшми, – обратился Чандра к супруге Вишну после положенных приветствий. – Мы с вами появились из Океана в результате пахтания…

– Да, дорогой, потому ты мне – как братец, – кивнула Шри. Вишну с улыбкой следил за историей – сейчас он был просто зрителем, а не действующим лицом.

– И я… имею право на часть сокровищ, богатств – шри?

– Конечно, дорогой – ты имеешь право на дары моря, – Лакшми явно забавлялась этой игрой.

– Тогда не могли бы вы дать из своих рук немного этих даров? – застенчиво вымолвил Чандра.

– Разумеется! Чего ты хочешь – жемчуг, перламутр, янтарь?

– Мне нужно… – Чандра что-то тихо проговорил Лакшми, та рассмеялась.

– Всего-то? Держи! – Шри подняла руку в благословении, и в протянутые руки Чандры опустилось нечто, видимое как мерцающее собственным светом облачко.

– Спасибо! – Чандра поклонился и попросил разрешения удалиться – ему не терпелось приступить к реализации всего плана.

– Погоди минутку, – улыбнулась Шри. – Ты где-то потерял свои украшения, братец. Давай-ка я украшу тебя, как подобает дэву.

С этими словами великая богиня вновь благословила Чандру, и на нём снова засияли украшения из серебра, жемчуга и прозрачных камней, лучше прежних. После чего дэв наконец убежал.

– Он мог бы попросить больше, и я бы не отказала, – проговорила Лакшми задумчиво.

– Сейчас ему не нужно, – Вишну глянул на супругу с вечной загадочной улыбкой того, кто знает прошлое и будущее. – Несмотря на то, что Чандра любит удовольствия, материальные формы вещей, он не жадный. И в этой истории он не позволит жадничать никому. Увидишь сама, как это будет.

– Ну что, дружок, сделаешь кое-что для меня? – олень согласно закивал. Лунный дэв коснулся его шкурки, рожек, копытцев – и олень преобразился силой волшебства. Он засиял мягким серебристым светом, и стал похож больше на сказочное существо, а не на обычного оленя. Получив от Чандры указания, олень снова кивнул и поспешил ко дворцу в городе Аламари.

Кубера, как обычно, находился в кладовых дворца, пересчитывая свои сокровища. Кубера был из рода якшей – духов, поставленных следить за природой, в основном – за деревьями и водоёмами. Был он низкого роста и очень толст, даже толще Ганеши, с тёмной кожей и тёмными, не очень длинными волосами. Небольшие глазки подозрительно рыскали вокруг в поисках ещё не прибранных к рукам сокровищ либо воров. Прямо в спальне его дворца находилась дверь, ведущая в лабиринт, в центре которого находились мировые богатства. Небольшая часть богатств была перенесена в кладовые – эти сокровища Кубера использовал для того, чтобы поражать гостей и для собственно роскошной жизни.