Путешествие Чандры (СИ) - Белоконь Ольга Александровна - Страница 66

– Но дэви, давай договорим потом, – вздохнул Шива и повернулся в другую сторону – но и там стояла Махадэви, в новой форме. Махадэв обернулся – он был окружён Шакти самого разнообразного вида. Одни были грозными, потрясающие оружием, они выглядели очень воинственно. Другие больше походили на асуров, чем на дэви, – такими они были жуткими, со спутанными волосами и окрашенными кровью губами. Были мирные и нежные, исполненные глубокого сострадания, эти формы притягивали к себе взгляд и успокаивали сердце.

– Знаете ли вы все эти мои формы, Махадэв? – вопросили они хором.

– Нет, дэви, – Шива в глубоком изумлении почтительно сложил ладони. – О Махадэви, Ади Шакти, Маха Атма – душа всего сущего, и мать всех форм творения! Я не могу знать всех твоих форм, дэви! Научите меня, что все они означают?

– Мне – учить вас? – казалось, Махадэви тоже изумилась.

– Кому же, кроме вас, учить? Я ведь – просто отшельник, созерцатель. Даже когда я действую, я повинуюсь импульсам вашей энергии, великая дэви. Разъясните мне смысл этих ваших форм!

– Хорошо, я расскажу, – рядом с Шивой снова очутилась Парвати, и они вдвоём уселись на камне для обстоятельной беседы.

– Ох, Буддх, хорошо, что ты пришёл, мне кажется, что матушка и Господь снова в ссоре, – явление стольких форм Махадэви сразу произвело и на Нанди неизгладимое впечатление. – Посмотри только, в каком, должно быть, расстройстве матушка, раз произвела столько своих форм разом! Никогда такого не видел…

Буддх успел увидеть это невероятное зрелище и был не столько испуган, сколько заинтригован – что бы это значило. Потому он потихоньку слушал беседу бессмертных, записывая её для мудрых размышлений. Нанди же, убедившись, что Шива и Шакти не собираются драться, отправился охранять вход на Кайлаш от Чандры. Верный слуга Махадэва решил, что именно лунный дэв – причина такого переполоха.

– Ты расстроил матушку, и она чуть не напала на Махадэва, – выдал Нанди свою интерпретацию событий. – Тебе нельзя на Кайлаш, Чандра. Только путаешь мысли, в этой священной обители согласия и спокойствия тебе не место.

– Нанди, – с трудом произнёс Чандра, потрясённый рассказом. Он так и сидел в снегу, в ужасе взирая на слугу Шивы. Он хотел бы заплакать, но пока не мог – настолько был поражён. – Нанди, без Махадэва и Матушки я не могу жить. Если ты не хочешь пускать меня на Кайлаш – возьми мою жизнь. Смотри – вот она, выглядит как месяц. Возьми его и разбей, если хочешь. Но я никуда не уйду, пока не увижу Махадэва и матушку.

– Эм… – Нанди растерялся. Он не был готов к такому поведению лунного дэва. Пускать тоже не хотелось, уж если Нанди приходила какая-то мысль, бык держал её твёрдо. Однако он не был уверен, что действует правильно – ведь вход на Кайлаш был открыт всем. Размышляя обо всем этом, Нанди отодвинулся с тропы – Чандра тут же ринулся на Кайлаш, даже олень с трудом за ним поспевал, не говоря уж о быке.

– Скажи, что на самом деле тебя расстроило, Парвати? – тем временем пара бессмертных уже закончила мудрые речи, Махадэв отпустил Буддха в следующий дом, и они остались наедине, не считая наблюдателей в Сурья-локе.

– Теперь я это знаю, свами, – улыбнулась дэви. – И вижу, вы уже тоже знаете. Давайте вернём Чандру и всё ему объясним – он ужасно расстроен, надо его успокоить.

– Да вот он уже сам идёт сюда, – Махадэв с легкой улыбкой встретил подбежавшего Чандру.

– Махадэв, Матушка! – Чандра без сил рухнул у ног божественной пары. – Без вас я не могу жить, вы оба – смысл и основа существования! Если я сделал что-то, что вас расстроило, какую-то ошибку – то накажите меня! Пусть мой месяц будет у вас под ногами, только пожалуйста, позвольте мне быть с вами!

Тут Чандра наконец разрыдался.

– Милый Чандра, успокойся, всё хорошо, – Парвати наклонилась и стала гладить Чандру по голове, как ребёнка, он тут же прижался к её ногам.

– С чего это ты решил, что мы сердимся на тебя? – мягко спросил Шива. – Наоборот – я очень тобой доволен, ты отлично справился на Ланке.

– Ему сейчас не до Ланки, свами, – вздохнула Парвати, продолжая гладить Чандру.

– Н-нанди… он не пускал… сказал что из-за меня… вы поссорились… – тут Чандра совсем разрыдался, Парвати одной рукой его гладила, а другой обняла вздрагивающие плечи дэва, и стала тихо и нежно что-то нашёптывать ему в ухо.

– Под ноги бросают врагов, – продолжал Шива спокойно. – А ты не враг, Чандра, дорогой. Я приму тебя на голову, как и прежде.

– Давайте это и сделаем, а потом уж объяснения, – предложила Парвати.

– Надо бы пояснить смысл действия прежде, – произнёс Шива, но Парвати взглянула на него укоризненно и он кивнул. – Но Чандра так всегда торопится, что часть событий его жизни наступает раньше, чем у других. Сначала он стал дэвом, а потом уже приступил к покаянию, сначала обзавелся ребенком и вырастил его, а потом уже женится… Так что не будем нарушать традицию. Вернём Чандру на мою голову, Парвати.

Парвати встала, поманила оленя, который тут же прискакал к Матери Мира. Взяв сияющий месяц с рожек животного, Махадэви бережно пристроила его на голову Махадэва, там, где он находился долгие годы.

– Примите Чандру, Махадэв, в знак моей любви к вам, – тихо и торжественно произнесла богиня.

– С радостью принимаю этот знак любви и милосердия к миру, – так же тихо и торжественно произнёс Шива, наклоняя голову.

Божественная пара долго смотрела друг на друга, улыбаясь. Чандра успел за это время исчезнуть, сиянием возносясь в месяц на голове Махадэва. И вернулся обратно, в тот момент, когда божества оторвали взгляды друг от друга и обратили их во внешний мир.

– Видишь, дорогой, всё хорошо, ты там, где и должен находиться всегда, – на голове Господа, – улыбнулась Парвати.

– Я же обещал тебе, Чандра, что сохраню на своей голове, – как же я мог нарушить обещание, – точно так же улыбнулся и Шива.

Чандра, плачущий уже от огромного облегчения и счастья, уселся у ног божеств, улыбаясь сквозь слёзы.

– Нанди, ну-ка подойди сюда, – Парвати пальцем поманила Нанди, сумрачно мнущегося на краю площадки для медитаций. – Почему ты не пускал Чандру на Кайлаш, ответь?

– Я не хотел, чтобы он вас ссорил, – мрачно ответил Нанди, сурово глянув на Чандру.

– Ох… – Парвати вздохнула и взъерошила светлые волосы Чандры. – Для тебя, Чандры и всего мира, чтобы в будущем не возникало вопросов, разъясним это. Всё началось с того, что Махадэв поставил Чандру в такое положение, когда он был вынужден дать согласие перейти с головы Махадэва к Раване, иначе честь его божества пострадала бы. Махадэв мог просто сказать Раване, что Чандру он отдать не может, и пусть бы Равана просил что-то другое.

– Но мне нужно было подать знак Раване, показать, каким путём он идёт, – Чандра для этого подходил лучше всех, – подхватил Шива. – Поэтому я велел Чандре служить Раване так же, как он служит мне в моих путешествиях. Признаться, и я не сразу научился управляться с Чандрой. Раване же эта задача точно была не по силам. Но он хотел Чандру для своих дел – с его помощью он надеялся покорить своих соперников в борьбе за земные царства. Равана не подумал, что вообще означает носить Чандру на голове. Если бы он спросил меня, то я бы, конечно, объяснил, что для контроля над Чандрой мало взять его часть на голову – надо уметь контролировать свой ум. Чандра покажет всё – все тайные желания, даже те, в которых сам человек себе не признаётся. Увидев свой ум в зеркале Чандры, человек решает, действовать ли ему, руководствуясь своими желаниями материального свойства, или же выбрать путь дхармы. Затем наступают последствия – плоды поступков. Чандра показал Раване, куда ведёт его тайное желание, настрой его ума. Затем поставил в положение, когда Раване нужно было сделать выбор, – он его и сделал. А последствия наступят позже. Его жестокость по отношению к мужу сестры даст плохой плод, и Шурпанака в будущем послужит причиной падения высокомерия Раваны.