Путешествие Чандры (СИ) - Белоконь Ольга Александровна - Страница 140

[1] Тридэви – три великие богини, супруги божеств Триады. Сараствати – супруга Брахмы, Лакшми – супруга Вишну, и Парвати – супруга Шивы.

[2] Гунны – в индуизме три основные начала материальной природы, три «режима деятельности». Саттва (благость), раджас (страсть) и тамас (невежество, или ограничение). Гуны определяют образ жизни, мышление и деятельность души, которую они обусловливают.

Узел памяти. Ганеша

…Большая слоновья голова на коротеньком толстеньком туловище человечка. Сын Парвати и Махадэва совсем недавно получил эту голову и вертел ею в разные стороны, свыкаясь с её весом, большими ушами и гибким длинным хоботом. Вечерело, и маленькому богу пора уж было ложиться спать, о чём ему напомнила служанка Джая.

– Но я совсем не хочу спать, – возразил Ганеша[1].

– Ваша мама рассердится, когда придёт в вашу комнату и увидит, что вас там нет, – с Джаей было бесполезно спорить, и Ганеша, вздохнув, позволил взять себя за руку и увести из леса, которым густо зарос Кайлаш, в место, которое мама называла «домом».

По правде говоря, это нельзя было назвать домом в том смысле, что не было стен и крыш. Просто в разных местах Кайлаша семья Шивы спала, ела, омывалась и развлекалась. Но для Ганеши, не знавшего других домов, всё это было совершенно естественным.

Сегодня мама уложила его спать возле небольшого красивого водоёма с лотосами. Ганеше не спалось, потому он тихо дождался, пока мама уснёт, и потихоньку выскользнул из её объятий. Ночью Кайлаш казался ещё интереснее и таинственнее: очертания деревьев и кустов сливались с очертаниями земли и камней. Казалось, что в глубоких тенях кто-то прячется.

– Кто здесь? Выходи, поиграем! – предложил Ганеша теням, но они не ответили. Ганы тоже ушли спать, или занялись совсем другими делами, мама и слуги спали, отец, как обычно, медитировал, сомкнув глаза, на своём привычном месте, под большим деревом. Больше никого на Кайлаше не было, и Ганеша задумался, чем бы ему заняться.

Тут маленький бог услышал откуда-то, вроде бы сверху, какой-то приглушённый звук, подозрительно напоминающий смешок. Ганеша завертел головой и увидел плывущий в вышине сияющий месяц – точно такой же, какой украшал голову его отца Махадэва. Мама только успела объяснить Ганеше, что не нужно пытаться вытащить месяц из волос отца для игры, но для чего он нужен отцу, рассказать не успела.

– Как, ты сбежал с головы отца? – строго спросил Ганеша у месяца, но тот беспечно плыл в вышине, и ничего не ответил.

Тогда Ганеша побежал к отцу, и снова изумился – месяц по-прежнему нежно серебрил волосы Махадэва, но и в вышине игриво светил точно такой же месяц.

– Месяц там, месяц здесь – что за чудеса! – воскликнул Ганеша в недоумении, почёсывая затылок. Тут он снова услышал приглушённый смешок.

– Кто здесь смеётся? Выходи, не бойся! Давай поиграем! – предложил Ганеша невидимке.

– Мы и играем, – сказал кто-то совсем близко. – В прятки. Найдёшь меня, маленький Винаяка?

– Нет ничего проще, – Ганеша был рад, что невидимый собеседник не гонит его спать, а играет. «Ему, наверное, тоже не спится», – решил слоноголовый бог.

Ганеша сел под деревом и задумался, как же найти невидимое существо, если он даже не знает, как оно выглядит. Внимательно осмотрев всё вокруг, Ганеша вдруг увидел, что свет месяца померк – на него набежала тучка. Затем ветер понёс тучку дальше, и месяц, как ни в чём не бывало, засветил вновь. «Если я достану месяц, наверное, это понравится тому, кто прячется, и он выйдет ко мне. Точно! Выманю его», – решил Ганеша.

В небе месяц висел высоко, и невидимка вволю посмеялся, уже почти не сдерживаясь, над попытками Ганеши его достать – сначала с камня, а затем и с дерева. Но, даже протянув руку с вершины самого высокого дерева на Кайлаше, того самого, под которым сидел ничего не подозревающий Махадэв, Ганеша не смог достать месяц.

– Вот досада, – огорчился было маленький бог, как тут ему в голову пришла новая мысль. Месяц с неба отражался в воде водоёма – казалось, что в воде купается другой месяц, уже третий по счёту.

– Отсюда я тебя точно достану, – пробормотал Ганеша, поспешно спускаясь с дерева и погружаясь в воду. Невидимый собеседник так и покатился со смеху, но скоро ему стало не до смеха. Конечно, в обычной жизни обычный человек никак не может достать месяц через его отражение в воде, да и вообще как-то воздействовать на вещи через их отражения. Но Ганеша был не обычным человеком, а Кайлаш – не обычным местом. Поэтому тому, что случилось дальше, не стоит слишком удивляться.

Как только Ганеша сомкнул свои пальцы на отражении месяца, тот выпрыгнул из его руки, будто скользкая рыбка. Ганеша упорно хватал отражение, месяц плясал в небе, на изумление тех, кто его видел в этот час, а невидимка задыхался от смеха:

– Винаяка, не надо, мне щекотно!

– Нет, я всё-таки тебя поймаю, – если уж Ганеша что решал сделать, то делал это непременно. Не в силах поймать скользкий месяц руками, маленький бог протянул свой длинный гибкий хобот, и, схватив отражение, стал тащить к себе, как если бы выуживал рыбу.

Ему показалось, что из воды правда что-то вытаскивается, и тут Ганеша, к своему восторгу, увидел, что хобот его ухватил что-то белое, а вслед за тканью, оказавшейся краем одежды, сын Парвати извлёк из воды белое светящееся существо.

– Поймал! – объявил Ганеша с торжеством. Он разглядывал свою добычу, крепко держа её хоботом. У маленького бога не было большого опыта общения с разными существами этого мира, но по сиянию, которое шло от существа, он предположил, что это – дэв, существо божественного происхождения, как объясняла мама. У него или неё – разобрать, мужчина это или женщина, Ганеша по неопытности не мог – были длинные светлые волосы, очень красивые голубые глаза, нежная светлая кожа и тонкие, мягкие черты лица.

– Поймал, поймал, – согласилось существо. Оно с некоторой опаской смотрело на Ганешу.

– Не бойся, я совсем не сержусь, что ты… что тебе было смешно надо мной, – великодушно сообщил сын Парвати, на всякий случай не разжимая хобота. – Кто ты, как тебя зовут, почему живёшь в этом озере?

– Я – дэв, зовут Чандра, в озере я не живу, но ты смог поймать меня через отражение, – улыбнулся дэв. – Видишь месяц наверху? Это видимая часть моей энергии. Отпусти меня, пожалуйста, сын матушки Парвати!

– Отпущу, если обещаешь поиграть со мной, – тут же поставил условие маленький бог. Когда Чандра согласно кивнул, он разжал хобот, и дэв тут же принялся поправлять свою несколько помятую Ганешей бело-серебристую одежду.

– Так ты – дэв? – продолжил расспросы Ганеша. – Я не видел тебя среди тех, кто недавно сражался со мной.

– Я и не сражался, – объяснил Чандра. – Вообще не люблю сражения, потасовки и все такое. Ты хочешь поиграть, но разве в такое время тебе не нужно спать?

– Спать – скучно, – насупился Ганеша. – И ты обещал играть со мной…

– Конечно! – снова улыбнулся дэв лукаво, Ганеше его улыбка неуловимо напомнила улыбку Нарады Муни. – Во что ты хочешь поиграть, маленький Винаяка?

– Давай ещё поиграем в прятки, теперь ты будешь меня искать, – предложил Ганеша.

– И где наш сын? – Парвати стояла рядом с Махадэвом, который чуть приоткрыл глаза и улыбнулся.

– Вон он, играет с Чандрой, – Шива указал на лес, полный лунных отблесков.

– Почему он не спит, – вздохнула Парвати. – Но думаю, ничего страшного не случится, если он поиграет немного.

– Думаю, после этой игры он будет засыпать с гораздо бОльшим удовольствием, – улыбнулся Шива.

– Давай отдохнём немного, – Чандра изрядно запыхался, гоняясь за шустрым малышом. К тому же он подозревал, что родители Ганеши хотели бы, чтобы их ребёнок спал ночью, а не носился по всему Кайлашу, распугивая ганов и привидения.

– Устал? – Ганеша вздохнул, но послушно уселся на колени к дэву. – Расскажи тогда историю!