Путешествие Чандры (СИ) - Белоконь Ольга Александровна - Страница 102

– В это ты сам не веришь, – покачал головой Чандра. – Шани, как и ты, и Сурья-дэв, любит прямые пути. Но речь не о нём, а о том, во что верит Ями. Если ты будешь разубеждать её в Шани, то только отдалишь её от себя, Яма. Если будешь поддерживать – даже не веря в Шани, просто веря ей, – то приблизишься.

– Это на словах просто… – задумался Яма. – Признаю, что с того самого дня, как отец простил Шани за насланное затмение и мама Чхая привела Шани в Сурья-локу, я видел в нём не столько младшего брата, сколько соперника. Всё время старался доказать отцу, что он может гордиться мной больше, чем Шани.

– Есть ли необходимость теперь в этом, Яма? Ты – Дхармарадж, так что решай сам.

– Но если я буду поддерживать сестру, не разгневается ли отец? – снова задумался Яма, перед его мысленным взором предстала вся сложная ситуация семьи Сурья-дэва, так ясно и отчётливо, как никогда до этого. – Он ужасно не любит, когда ему противоречат, ты же знаешь.

– Тем не менее сыновья, бывает, противоречат родителям – и ты ведь знаешь, что есть случаи, когда не соглашаться прямо предписывается дхармой. Посмотри на ситуацию с разных сторон, со своего трона Дхармы здесь, в царстве Смерти – ты увидишь всё непредвзято. С семьёй бывает непросто, но поддерживать родственника – долг не только матери, а каждого.

– Я понимаю, о чём ты, – живо откликнулся Яма. – Дэви Сангья с самого начала оказалась в трудной ситуации – жар Сурья-дэва был слишком обжигающим, и никто не захотел помочь ей – ни её муж, ни её отец. Каждый считал, что это проблема только дэви Сангьи. И вот к чему всё это привело…

– Теперь ты видишь связь между семейными отношениями и кармой, – улыбнулся Чандра. – Поговори с Ями, узнай, что она чувствует, и ты поймёшь, как её поддержать.

– Сын, брат – я никогда не разделял это, считая одной дхармой, – проговорил Яма. – Но, кажется, я ошибался. Это ценный урок, Чандра, спасибо.

– Не за что, – махнул рукой лунный дэв, поднимаясь. – А теперь, с твоего разрешения, позволь откланяться – мне ещё надо посетить Бхригу Муни и успеть до заката к Нале.

– Иди-иди, – усмехнулся Яма, но тут же добавил суровым голосом, сдвигая брови. – Да, Чандра – предупреждаю, не играй чувствами Дхамини.

– И не думал, – серьёзно покачал головой Чандра. – Но есть вещи, которые не можем решить ты, Яма или я, и даже Шани. Это решение самой Дхамини – и прежде, чем стать женой, ей придётся успокоить свой ум. Это же моя работа, Яма, моя дхарма – вытаскивать на свет скрытое в уме.

– И всё же не искушай её больше необходимого, – проворчал Яма. В этот момент в Сурья-локе Шани, почувствовав, что личные дела Яма закончил, вновь открыл зрителям возможность смотреть через карту на Чандра-дэва и всё, что происходит вокруг него.

Бхригу Муни сидел, закрыв глаза, и безостановочно твердил мантру. Но достигнуть ясного, сосредоточенного ума никак не получалось. «Вот глупый мальчишка, как запутал мои мысли, – раздражённо подумал мудрец о Чандре. – Что он там копается в Яма-локе, ему давно бы уже время вернуться сюда…» Не успел Бхригу закончить мысль, как Чандра, вместе с оленем, появился перед мудрецом, смирно сложив ладони. Риши открыл глаза и строго глянул на дэва.

– Прошу прощения, риши Бхригу, за то, что нарушил вашу медитацию, – кротко произнёс Чандра, и склонился к самым ногам мудреца. – Я согласен принять любое наказание от вас.

– Наказание ты уже получил, а вот кто вернёт мне то состояние ума, в котором я был до встречи с тобой, – проворчал Бхригу.

– Это я могу сделать! – обрадовался Чандра. – Ведь ум подобен океану, бесконечно несущему свои волны. Точно так же, как воду, я могу успокоить мысли.

– Вижу, пребывание в Яма-локе пошло тебе на пользу, – произнёс мудрец без улыбки. – Твой взгляд стал глубже. Не спеши – и ты будешь выполнять свою работу лучше и более ответственно. Чандра, как только ты вернёшь мой ум в то состояние, в котором он был, – можешь идти, куда хочешь.

– Благодарю, риши Бхригу! – Чандра снова поклонился мудрецу. Тот поднял руку в жесте благословения, и снова закрыл глаза и затянул свою мантру. Лунный дэв устроился напротив в позе медитации и тоже закрыл глаза. Губы его двинулись, повторяя ту же самую мантру.

Чандра открыл глаза от того, что олень аккуратно, но настойчиво толкал его головой в бок, и тыкался в лицо влажным носом. Оказалось, что, помогая мудрецу Бхригу, он не только успокоил его ум, но и сам успокоился настолько, что заснул. А тем временем день прошёл и закончился, и Сурья уже коснулся нижним краем горизонта.

– Нала! – ахнул дэв. Осторожно, стараясь не потревожить медитирующего мудреца, он отошёл от Бхригу Муни, уселся на охотно подставившего спину оленя и во весь опор понёсся на берег, где Нала уже стоял на скале, привязав к себе большой камень.

Они почти успели. В тот момент, когда Сурья послал прощальный луч, уходя на горизонт, Нала со вздохом прошептал: «Нет никакой надежды», – и бросился в глубины моря. В этот же момент Чандра достиг скалы и, не медля, соскочил с оленя и бросился за Налой вслед.

– Ты погоди отправляться в царство Ямараджа – я только что оттуда, и там тебе не место, – говорил Чандра, вновь в обличье пастуха, суетясь вокруг вытащенного из моря Налы. Тот открыл глаза и с изумлением уставился на пастуха.

– Ты всё-таки пришёл… – Нала тоже перешёл на «ты». – Ох, почему ты не дал мне умереть? Я всё обдумал ещё раз – вся моя жизнь прошла перед глазами. Я такой грешный человек, видно, моя судьба сгинуть бесцельно…

– Я ходил советоваться к одному мудрецу, – произнёс пастух очень серьёзно. – Похоже, внутри тебя живёт демон, Нала. Он и толкает тебя на игру и пьянство. Однако твоя жизнь и судьба принадлежат не демонам! Мудрец сказал, что, чтобы спастись, тебе необходимо вернуть себе контроль над собственной жизнью.

– Но…

– Так сказал мудрец, а он каждый день медитирует, и говорит с людьми, и видит такое, чего нам с тобой не увидеть и за тысячу жизней, – произнёс пастух весьма торжественно и погрозил Нале пальцем. – Ты что же, считаешь себя умнее такого мудрого человека, как гуру Тирунавуккарасар?

– Нет, – поспешно проговорил сбитый с толку Нала.

– А гуру говорит, что грехи, которые человек не пытается исправить в этой жизни, переходят в следующую ещё хуже. Ты собирался совершить самоубийство – это значит, что в следующей жизни твой демон будет иметь над тобой ещё больше власти, и прибавятся новые! Так что выкинь эту глупую мысль из головы, Нала. А иди лучше к мудрецу, он научит тебя, как избавиться от демона.

– Хорошо, я пойду к этому мудрецу, – произнёс Нала с некоторым сомнением. – Как только настает рассвет…

– Нет-нет! Идти нужно сейчас же! – замахал руками пастух. – Иначе демон сделает так, что ты никогда к нему не попадёшь! Иди же, Нала!

– Пожалуй, пойду – терять мне нечего, – решился наконец Нала и, выслушав указания пастуха, где найти мудреца Тирунавуккарасара, отправился в путь.

Чандра же, сделавшись невидимым для глаз смертных, вместе со своим оленем неслышно следовал за Налом. Пока Нала брёл по берегу моря, лунный дэв успел забежать в пару мест и сделать кое-какие приготовления. Неподалёку от большого города Нала заметил драку – какие-то разбойники, вооружённые дубинами, напали на припозднившегося торговца. Тот умолял взять всё и отпустить его с миром, но они не соглашались, в своей свирепости желая убить торговца. Нала, вспомнив, что он кшатрий, схватил подходящую ветку, упавшую с дерева, и бросился на разбойников, думая, что или защитит человека, или погибнет как воин, а не как самоубийца. Но разбойники были храбры только с безоружными. Увидев Налу, лохматого, с оскаленными зубами, выскочившего из леса практически в чём мать родила, грозно вращающего стволом дерева, они решили, что это местный ракшас вышел добыть себе на ужин человечинки. Бросив торговца и его имущество, разбойники разбежались и долго ещё сидели в своих хижинах, дрожа от страха.