Жена красного волка (СИ) - Пенкина Анастасия - Страница 29

Быстро смекнув что нужно делать, я осмелела и повторила движения уже самостоятельно.

— Вот так, да… Молодец, — шептал Адриан, чуть подаваясь бёдрами навстречу моей руке.

Чужое возбуждение странным образом усиливало моё собственное. И мне хотелось большего.

Но красный волк точно не привык быть уязвимым. И падая в пропасть удовольствия, один это делать не планировал.

Глаза Адриана вдруг распахнулись, являя вторую сущность.

В животе что-то ухнуло вниз. Этот зверь точно не был беззащитным или слабым. Он был опасным, и это качество мне безумно нравилось.

Обхватив рукой за шею, Адриан притянул меня к себе и поцеловал. Жадно и требовательно, сокрушив напором даже мысли о сопротивлении.

Но мне не хотелось останавливать это безумие. Напротив, мне хотелось этим безумием хоть немного управлять. Я сжала член сильнее и провела ладонью вверх и вниз. И поймала губами глухой рык.

— Быстрее, — прошептал Адриан мне на ухо.

Поцелуй окончательно опьянил. Собственное возбуждение стало ощущаться томительно-болезненной пульсацией между ног. Хотелось стиснуть ноги сильнее и запустить туда руку…

— Приласкай себя, Ариана, не сдерживайся, — жарко прошептал Адриан, угадывая мои мысли.

Я послушалась. Пробралась под юбку и панталоны. Накрыла ладонью пах и провела вниз. Рука легко скользила по влажной разгорячённой плоти. Стиснув колени, я принялась ласкать себя, как это делал Адриан. Задевая сверх чувствительную точку. Двигая рукой так же быстро, как другой, сжимающей член мужа.

Почувствовала, как он напрягся и будто дёрнулся несколько раз, после чего в ладонь ударило семя.

От резких движений пальцев я замерла, ловя импульсы удовольствия, разлетевшиеся по телу.

Хотелось развалиться прямо на полу, забрызганном водой. Но я вцепилась в ванную, не позволяя себе упасть.

В тишине тяжёлое дыхание казалось слишком громким.

— Не надо больше так делать, прости, — подавив неловкость, произнесла я. — Тебе ведь нужны силы на восстановление.

— Не стоит извиняться, — ответил Адриан, не сдерживая ухмылки.

Вот же самодовольный гад. Но я на удивление не злилась. Просто взяла ковш и, быстро зачерпнув воды, без предупреждения вылила ему на голову.

Оборотень поморщился и недовольно задышал.

— Чуть не забыли помыть тебе голову, — теперь была моя очередь потешаться.

Я даже негромко рассмеялась, намыливая потемневшие от воды короткие волосы мужа.

— Ты думаешь это смешно? — строго спросил он.

— Очень, — потеряла я всякий страх.

— А так?

Адриан вскинул руку и мне в лицо полетели капли воды. А так как руки усердно намыливали рыжую шевелюру, ответить тем же я не могла.

— Не очень разумно с твоей стороны, — шутливо заметила я, продолжая своё дело. И, склонившись к уху Адриана, добавила: — Ты так слаб и беззащитен сейчас. Не боишься, что отомщу?

— Не сможешь, — заявил оборотень уверенно.

За что я вылила на него ещё один ковш воды без предупреждения.

Закончив с горем пополам мытьё, мы вернулись в спальню. Предстояло выполнить рекомендации лекаря.

Лёгкость в общении, возникшая после внезапной близости, вмиг испарилась.

Адриан сел на кровать, а я взяла пузырёк с мазью.

После случившегося в ванной, по идее, прикасаться к мужу мне не должно быть страшно. Но там я переступила какую-то грань. И за ней было слишком много неизведанного.

Я прекрасно помнила о своём первом проигрыше. Завтра мне предстояло отдать этот долг перед мужем и сделать… Почти то же что и в ванной. Но стоило ли откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?

— Ложись на подушки, — попросила я, растерев мазь между ладоней.

Прикрыв глаза, Адриан послушался и повалился на подушки.

Всё ещё борясь с собственными желаниями и установками, я принялась намазывать красные места на теле мужа.

Я не забыла о брошенном мне вызове. Адриан был уверен, что я сама буду умолять его стать моим первым мужчиной. И сегодня я уже не была уверена в том, что этот спор мне под силу выиграть. Пожалуй, я впервые была не против проигрыша. Но глупая гордость не позволяла так просто сдаться.

А если заставить мужа сходить с ума по мне? Чтобы он не смог спокойно терпеть… Почти месяц! Чтобы до безумия желал оказаться во мне?

Радуясь тому, что мысли и чувства пошли в некое подобие гармонии, я начала наслаждаться процессом лечения.

Моя ладонь скользила по напряжённым мышцам и мне нравилось это ощущение.

От шеи я перешла к плечам, а затем к груди. Намеренно постепенно продвигаясь вниз. Бёдра Адриана были прикрыты лишь полотенцем, и я прекрасно видела, что он снова возбуждён.

Взобравшись на кровать с ногами, нависла над мужем поперёк. Погладила твёрдый член через махровую ткань и наклонилась к лицу Адриана.

— Ариана, что ты делаешь? — прошептал оборотень, не отрывая взгляда от моих губ.

— Я хочу отдать должок, не могу ждать до завтра.

— Терпение не твой конёк, — понял Адриан, а я поцеловала его в уголок рта. А затем покрытый медной щетиной подбородок. В шею, где бешено бился пульс. Ниже, проводя языком по коже. Терпкий вкус мази почти не ощущался, она быстро впиталась в кожу. Зато в нос бил запах травяного мыла и оборотня.

— Боги, Ариана, — прошипел Адриан, цепляясь пальцами за простыни, когда я прикусила один из кубиков на животе.

Я была так близка к своей цели! Но, видимо, боги поняли Адриана по-своему.

Услышав стук в дверь, я отпрянула от мужа. Оба мы выглядели так, будто нас застукали за преступно неприличным занятием. И плевать, что так оно и есть — но разве мы не муж и жена для всех?

— Адриан, что произошло?! — в нашу спальню ворвалась Амелия.

Сказать, что я удивилась — это ничего не сказать. А если бы она открыла дверь на несколько минут позже. А я бы тут… Мы бы…

Возмущению моему не было предела.

— Как так вышло? — не унималась свекровь. Её, видимо, не смущало, что я сижу на кровати, прижимаясь к её сыну, растрёпанная и с горящими щеками. А Адриан в одном полотенце, едва прикрывающем мужское достоинство. — Ты не мог проиграть!

— А вас не учили, что после стука нужно дожидаться разрешения войти? — вспомнила я урок хороших манер. А всё-таки умные люди придумали этот этикет. — Это, вообще-то, наша спальня. А если бы мы вам тут внуков делали?

Неприкосновенность нашей опочивальни пришлось отстаивать одной. Княгиня, потупив взгляд, удостоила им, наконец, и меня. Потом вновь осмотрела сына.

— Пожалуй, Ариана права, мама, что за повод так врываться? — отозвался Адриан, став, на удивление, всё-таки на мою сторону.

— Да ради всех богов, я только за, чтобы вы думали в первую очередь о наследниках… Но как я могу быть спокойна, когда, встретив близнецов, узнаю, что моего сына избили до полусмерти? Они, конечно, ещё те шутники… Но такими вещами не шутят. И я вижу тому подтверждение. Поэтому спрашиваю снова. Что произошло?

Я посмотрела на мужа. Интересно, что он скажет матери?

— Мне нужно было проветрить голову, — соврал Адриан. А, может, это тоже было частью правды.

— Проветрить голову? — с сомнением повторила княгиня. — Я не знаю, что с тобой творится, сын, но мне это не нравится.

Амелия сжала губы и посмотрела на нас внимательно, будто на наших лицах написаны ответы, которые ей так хотелось получить. Явно ей было ещё что сказать. Но женщина сдержалась.

Сложив руки в замок и гордо вскинув подбородок, она покинула нашу спальню.

— Она волнуется, — пояснил Адриан поведение матери.

— Это естественно…

— И она не привыкла, что я могу быть не один, — перебив, добавил муж.

Эти его слова отозвались непонятным теплом в душе. Получается Адриан не держал в доме любовниц. Но почему меня это так радует?

Мы снова остались с мужем одни, но интимный момент был упущен. Быстро переодевшись для сна, я вернулась в кровать. Адриан лежал на спине, подложив ладони под голову и, кажется, спал.

Опустилась на подушку и ощутила дикую усталость — последствие бессонной ночи. Повернувшись на бок засмотрелась на профиль мужа. Веки потяжелели, и я прикрыла глаза, но мысли не давали уснуть сразу. А прежде, чем провалиться в сон я почувствовала, как Адриан повернул голову в мою сторону и провёл по моему лицу рукой, заправил волосы, упавшие на глаза, и прошептал на сантринийском: