Жена красного волка (СИ) - Пенкина Анастасия - Страница 19

Бутылка с клюквенной настойкой стремительно пустела.

Мне отчасти было обидно за себя: то, что я не отвечаю запросам свекрови — очевидно. Где-то очень глубоко в душе. Но куда больше её слова и реакция давали надежду на союз, который мне необходим.

Вот только я совсем её не понимала.

— Я тоже не рада этому браку, — призналась, поёрзав на стуле. Клюквенная настойка была крепкой, и на пустой желудок быстро опьянила меня, и говорила я быстрее, чем успевала обдумать слова. — Но Адриан не согласился на фиктивные отношения. Может, вы сможете его переубедить?

У Амелии округлились глаза, а потом она звонко рассмеялась.

— Ты плохо знаешь Адриана, раз предлагаешь такое.

— И не хочу узнавать! Я вообще хотела бы расторгнуть брак, но это невозможно.

На лице Амелии появилось крайне хитрое выражение, а губы растянулись в лукавой усмешке.

— Увы, тут ничего не поделаешь, — свекровь оживилась, встала из-за стола и подошла к окну. Открыла ящик письменного стола и достала бумагу, тут же принявшись за письмо. — Для расторжения брака нужны веские основания. Отказ от консуммации как минимум… Нам обеим придётся смириться, Ариана, — ответила свекровь, не оборачиваясь и продолжая писать, — и играть при новых условиях.

Глава 13

После разговора со свекровью, я ещё немного побродила по дому. Но все мысли занимали её слова, которые я не могла проигнорировать. Брак можно расторгнуть, если брачной ночи так и не случится. Вот только это вряд ли подходило под наш с Адрианом случай. Ведь брак заключён по древнему обряду. Но его матери об этом, разумеется, не известно.

До ужина ещё было время, и я решила отсидеться в покоях, обдумывая… Да всё подряд. Поводов для размышлений хоть отбавляй.

Гостиная встретила меня тишиной. Я даже рискнула заглянуть в спальню. Большая кровать с красным балдахином заставила покрыться мурашками и мелко задрожать. К щекам прилила кровь стоило нарисовать в голове картинку. Я лежу в той самой призывной позе — с раскинутыми ногами, которой дразнила мужа в доме маркиза. Но на мне нет скрывающих тело брюк, только тонкая ночная сорочка, которая бесстыдно задралась. И Адриан, почти обнажённый… Надвигается на меня медленно и неотвратимо, как хищник перед прыжком.

От собственных фантазий (или всё дело в клюквенной настойке) сбилось дыхание, и я решительно закрыла дверь в спальню. Лучше пойду умоюсь ледяной водой, может, тогда из головы уйдёт этот бред?

На пороге ванны я услышала плеск воды. Но не успела сообразить, чтобы вовремя остановить себя, и вошла внутрь.

Адриан стоял в ванне полной воды. Вытянувшись во весь рост.

Тусклый свет ламп отражался на капельках воды, которые медленно стекали по его телу. Я уставилась на мужа, только на этот раз моему взору было открыто куда больше. Я увидела — всё. Ничего не скрывало даже главное мужское достоинство. Внушительные размеры которого заставили меня нервно сглотнуть и облизнуть пересохшие от волнения губы.

Адриан заметил меня сразу, но не спешил прикрыться.

Не сразу до меня дошло, что ему просто нечем. Прятаться в воде словно испуганная девица — способ явно не для него.

— Может, подашь мне полотенце? — предложил он лениво, разрушая затянувшееся молчание своим хриплым голосом.

Я покосилась на стопку свежих полотенец на полке, затем снова на мужа.

Давай. Ариана — это простая задача. Два шага за полотенцем и столько же к ванне. Я ведь всё уже увидела. И увиденного не воротишь. Как бы я ни пыталась рассматривать усердно потолок с позолоченной лепниной и занимательным сюжетом росписи — купающейся лесной нимфой в озере, и подсматривающим за ней водяным.

Схватила полотенце, и, почти не глядя, сделала шаг к мужу. От жара, стремительно распространяющегося по телу, заложило уши. От него горели не только щёки, но и будто вся я, до кончиков пальцев на ногах.

Два проклятых шага, а ощущение, что мне нужно пропасть перепрыгнуть.

— Д-держи, — наконец-то протянула я полотенце.

Трудно было игнорировать сверлящий меня взгляд оборотня. Он слишком внимательно скользил по моему лицу, задерживаясь как мне казалось на губах. Потому что их жгло настоящим огнём, как и всё остальное.

Муж не спеша потянулся за полотенцем. Его ладонь легла на мою, когда он должен был его забрать, но задержалась. И вряд ли это была случайность. Я чувствовала, как его пальцы чуть подрагивают, поглаживая мои. Глупо, но я старалась сделать вид что ничего не происходит. Ведь наши руки скрыты полотенцем.

Стоило попытаться вырвать руку, как Адриан вцепился в неё жёсткой хваткой и не дал уйти. Переступил бортик ванны, расплескав воду, и притянул меня к себе. Обхватил ладонью шею и впился в мои губы. Почти кусая их до крови. Предотвращая попытки к сопротивлению.

А я пыталась вырваться. Честно пыталась. Впивалась ногтями в плечи мужа, но ладони скользили по влажной коже. И больше походило на то, что я глажу твёрдые мышцы плеч и рук. Я пыталась отвернуться от жалящих губ, но Адриан продолжал целовать куда придётся. Щёки, скулы, подбородок. В ямку у основания шеи. Продолжая покусывать кожу.

— Если ты оставишь на мне ещё хоть один след, я тебя убью… — зашипела я, продолжая сопротивление. Но силы явно были не равны. Он прижимался мокрым обнажённым телом, и внутри меня поднималась волна возбуждения. Немыслимо, но я находила красивой атлетическую фигуру мужа и лицо с правильными, но мужественными чертами лица. И глупо было лгать себе — его дикие поцелуи мне нравятся. Мне нравилось, как его руки нагло исследовали мое тело. Совсем не нежно, но аккуратно проникли под глубокий вырез платья и накрыли грудь. Сминая её и сжимая между пальцами соски.

Чем сильнее прикосновения мужа будоражили мою кровь, тем яростнее я пыталась сопротивляться. Но его это совсем не останавливало. Он имел право на мое тело.

Попытки сопротивляться я прекратила только, когда Адриан задрал подол платья, под которым у меня ничего не было и нашёл пульсирующую от желания плоть. И я затихла в его крепких объятиях окончательно капитулировав.

Пальцы мужа заскользили по набухшим складочкам, задевая чувствительную точку, и от этих прикосновений я вздрагивала всем телом. И уже сама цеплялась за шею Адриана, чтобы не упасть. Всхлипывая от совершенно нового удовольствия, мучительного и сладкого. Сгорая от стыда и наслаждения одновременно.

С каждым движением пальцем между моих ног посылали по телу разряд молний, эта ласка всё больше превращалась в изощрённую пытку. Но я не могла отстраниться. Мне хотелось чего-то большего, ещё больше удовольствия. Тело чего-то требовало. Но я не понимала, чего именно. Зато Адриан прекрасно знал. Погрузил в меня палец и осторожно задвигал им.

Я застонала больше не в силах сдерживаться. А когда он задвигал им быстрее прикусила плечо мужа, чтобы не закричать. Тогда он добавил ещё один, растягивая меня сильнее и заставляя стонать громче.

По телу растёкся жидкий огонь. А потом меня накрыло оглушающей волной удовольствия, заставляющей мышцы между ног судорожно сжиматься.

Будто пьяную Адриан подхватил меня на руки и понёс. Оказалось, на кровать.

Мне было настолько хорошо, что я сильно сомневалась, что смогу ему сопротивляться.

Мысленно пытаясь настроиться — сейчас, он возьмёт то, что принадлежит ему, закрыла глаза.

Но муж не прикоснулся ко мне снова.

Спальня оказалась пустой.

Мне бы затаиться и переждать охватившую нас обоих бурю. Но я не могла не спросить, не могла терпеть неведение.

— Это что сейчас было? — ворвалась я в гардеробную через несколько минут.

— Оргазм, вне всяких сомнений, — спокойно ответил мужчина, натягивая рубашку.

Ответ заставил впасть в оцепенения из стыда и злости.

— Я не об этом, — говорить на такие темы раньше мне не приходилось, и слова подбирались с трудом. — Почему ты…

— Почему не взял тебя, как муж берёт жену? — догадался Адриан. Закончив с рубашкой, он принялся за галстук и повернулся ко мне, завязывая широкий узел. — А ты разве этого хочешь? Я не беру женщин силой, Ариана. Ты сама придёшь ко мне и попросишь.