Маруся. Попасть - не напасть (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 58

Ворчала Арина больше по привычке, так что я тоже не сильно спорила. Ясно же, девочка довольна.

- Я не...

- Знаю. Теперь и остальные это знают. Встречают-то по одежке...

- И ботинки эти...

- Обычные ботинки, даже почти без каблука. Привыкай, не век в лаптях ходить.

- Угу...

- А ты как думаешь? Развернемся - будешь и к каретам привыкать.

Арина шмыгнула носом и получила легонький подзатыльник.

- Еще рукавом сопли вытри. Платка нет? Ну хоть лопух возьми... высморкайся.

- Угу... куда мы сейчас?

- В околоток.

***

Я навестила околоточного, уточнила насчет Перелукина - проблем не будет.

Удар же.

Уже и тело родным отдали, чтобы похоронить по обычаю.

Узнала насчет заключенных.

Да, есть такое.

И тут есть интересная градация.

Вот воров, убийц, и что интересно - политических преступников, мгновенно отправляют на рудники. А тех, кто попроще, оставляют. Почему так?

Рудники, это считай, приговор.

Угольный забой, медный...

Я это отчетливо понимала. Туберкулез, чахотка, по-местному, рак во всех видах, а астма - и вовсе вроде разминки. Условия там именно, что каторжные.

А вот мелкая шушера...

К примеру, не вор, но задолжал, а расплатиться не может.

Нахулиганил. Общественный порядок нарушил.

Да и то же ворье - до определенной суммы у них есть шанс не попасть в рудники. Хотя управляющий Демидовых очень просил...

Намек я поняла.

- А если я тоже... буду благодарна?

Околоточный кивнул, и принялся разъяснять мне тонкости бытия.

Побега, убийства хозяев или еще чего такого можно не опасаться. Практически.

Да, изобретение старое, но верное. Ошейник называется. С магической меткой, по которой человека хоть в Китае найдут и поговорят строго. Или просто нашлют порчу.

Но - это ради кого-то серьезного.

А кто такая Маша Синютина?

Фактически - никто. Обычная мещанка, и только. Ради меня копья ломать не будут, так что надо подыскивать тех, у кого в городе и дом, и семья, так и спокойнее будет, и им резона нет меня убивать и в бега срываться.

Ошейник-то да, но...

Мало ли умельцев?

Маги - они не только в юртах бывают, вот, слышали, намедни...?

Елпифидор Семенович поведал мне историю про поезд, только вот концовка меня не порадовала.

Маг проверил всех, кто ехал в поезде. Другого мага там не обнаружил, написал доклад его высокопревосходительству, теперь искать будут более тщательно.

Все же маг неучтенный, не хвост кошачий.

Я согласилась, что искать надо, и поинтересовалась другими подводными камнями. Мало ли что там с должниками и хулиганами может быть? Оказалось, все сильно зависело от моего поведения. Но подробные инструкции мне дали. Пришлось половину записать, вторую кратенько пометить себе на полях записок, поблагодарить и признать себя серьезно обязанной.

Ничего, я еще добром отплачу. Сочтемся... А пока хоть обед прикажу мужчине отнести. Из хорошего трактира. Пусть кушает.

И - в храм.

***

Куда я идти боялась, так это - туда.

А надо.

Даже не так.

Придется...

Но страшно было до такой степени, что хоть ты иди, лопухи осваивай! Общественных-то туалетов здесь до сих пор нет... может, устроить?

Интересно, а это будет считаться делом, достойным настоящей леди?

С одной стороны - деньги не пахнут, с другой - забота о чистоте и здоровье нации, с третьей... все равно позавидуют и обгадят. Не люди такие, жизнь такая.

Так что к храму я подходила с дрожащими коленками. Страшновато.

Арина мрачно тащилась следом, несла мою сумку со всяким барахлом... ладно!

Рано или поздно это надо сделать!

- Жди меня здесь.

- А мне с тобой не надо?

- Хочешь - зайди, помолись, - кивнула я, доставая из сумки легкую газовую ткань и накидывая на голову. Белую, ничего лучше в лавке просто не нашлось. Подозреваю, изначально это было или шарфом, или шлейфом, а потом, в силу обстоятельств, кусок ткани переделали в платок.

Получилось неплохо.

- А мне и голову покрыть нечем...

- Тогда точно жди здесь, - отмахнулась я. И пошла вперед.

Двери храма послушно открылись передо мной.

Вовремя я.

Служба уже закончилась, поп еще не удрал... недолго думая, я подошла к нему.

- Благословите, батюшка.

Руки сами собой сложились в нужный жест, правая поверх левой, голова склонилась.

- Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, - рука попа легла на мои пальцы.

Я молилась, чтобы ребенок его не цапнул, но малыш вовсе не ощущал опасности. Не задыхался, не нервничал, не переживал... ему было все равно, церковь вокруг или чисто поле.

Мне - тоже.

Интересно, это потому, что Христу тысяча с хвостиком лет, а полозам намного больше? Вполне возможно.

Я коснулась губами надушенной кисти. Ладно, в каждом домике свои гомики. Переживу.

И посмотрела на попа.

Ритуал был свершен, батюшка смотрел на меня.

Был он молод, лет тридцати, русоволос, сильно напоминал лицом орла, а бородой - козла. Есть такие люди, симпатичные, но борода им решительно не идет, хоть ты что делай.

- Что привело тебя в храм, отроковица божья?

Я улыбнулась.

- Батюшка... эммм?

- Николай.

- Отец Николай, я решила богоугодное дело сделать.

- Какое же, отроковица божья?

- Покупаю Туманную Лощинку, распахиваю ее под огород, буду овощи выращивать.

Взгляд у попа был откровенно непонимающим. Ну да, а добро-то в чем. И... что покупаешь?

- Туманную Лощинку?

- Да, батюшка.

- Да ты знаешь ли, отроковица, сколько людей там смерть приняло?

Я тряхнула головой.

- Знаю. Но я и сама знак получила... ангельский.

- Вот как?

- Отец Николай, если вы мне минут десять уделите....

Естественно, уделит. Любопытство у священников орган не последний. Иногда даже первый на очереди.

Меня провели в комнатку, сильно напоминающую кабинет, предложили присаживаться, правда, угощать не захотели, но я и не настаивала.

- Я там была на днях. Приехала посмотреть... я местная, но уезжала. Многое поменялось. Я думала, подойдет Лощинка под мои цели, или нет, и услышала плач.

- Вот как?

Я коснулась детской головки ласкающим жестом.

- Какая-то сволочь... простите, батюшка, бросила там малыша.

Батюшка кивнул. Мол, не извиняйся, чадо, и так ясно, что сволочь в данном случае не ругательство, а точная характеристика.

Я развела руками, мол, сами понимаете.

- Если уж чадо невинное выжило, значит, и нам можно.

Логика хромала, но я во-первых, женщина, а во-вторых, в церкви. Какая им еще логика нужна? У нас половина Библии вся в знамениях.

Мало ли, что туда идти не надо?

Есть знамение?

Топай и побеждай!

- А от меня-то что надо, отроковица?

- Батюшка, освятить бы Лощинку?

- Гхм...

Рисковать своей бесценной шкуркой попу явно не хотелось. Я заулыбалась.

- Я бы уж в долгу не осталась. Да и вы нечистое место прекратите в... богоугодное. - Так и хотелось сказать 'в свежевычищенное'. Прикусила язык.

- Если получится.

- Как же может не получиться? Дело-то благое!

Как-как... каком!

Это настолько явственно читалось на моське попа, что я едва не фыркнула.

- Батюшка, хотите - мы с вами сейчас съездим?

- Нет, сейчас не хочу. Завтра если только... вы когда хотите ее освятить?

Я подумала.

Завтра мне разговаривать с баронессой Ахтырской, послезавтра пойду оформлять землю... дня через три в самый раз было бы?

Так я попу и сказала.

Тот вздохнул, прикидывая, не составить ли ему заранее завещание. Но согласился.

Поди, откажись!

Хотя мужчина был свято уверен, что ничего не получится. Доедем, да и обратно повернем, вот и все. Я спорить не стала, такие вещи лучше делом доказывать, не словами.

Кстати, за освящение 'проклятого места' с меня взяли десять рублей. То есть назвали цену, а оплата по факту освящения.