Дракон должен умереть. Книга II (СИ) - Лейпек Дин - Страница 39

— Вижу, — кивнула Джоан. – Ну ладно. Пока.

— Пока, — изумленно отозвался Хирш.

Она развернулась и скрылась за сарайчиком – быстро и совершенно бесшумно.

***

Джоан появлялась всякий раз, когда Хирш оказывался во дворе один. Возникала из неоткуда в тот же момент – он так и не понял, как ей это удавалось. Как не знал он и того, зачем Джоан приходила. Иногда она просто молча наблюдала за ним, иногда расспрашивала — о нем, его семье, деревне. Джоан не рассказывала о себе, а когда Хирш задавал ей вопрос, ничего не отвечала. Постепенно он привык, что говорить приходится только ему, и старался ее не пугать. Ему казалось иногда, что Джоан похожа на дикого зверя, который из любопытства приходит к людям, но не дается в руки.

Он никому не рассказывал о своем странном друге – да никому особо и дела не было, что он там делал во дворе, если работа не стояла.

Работа не стояла. Джоан не мешала ему, а иногда и помогала. У нее были ловкие сильные руки, а с деревом она обращалась еще и умело. Когда Хирш спросил, где она этому научилась, Джоан ушла, ничего не сказав.

Больше он ни о чем ее не спрашивал.

***

Новости, которые привез отец, уехавший осенью в долину на заработок, были удивительные. Настолько удивительные, что Хирш тут же накинул полушубок и выскочил на улицу, несмотря на то что давно уже стемнело. Он нетерпеливо оглянулся, ожидая, когда раздастся знакомый голос…

— Что ты делаешь здесь ночью? – спросила Джоан из темноты.

— Знаешь, что случилось?

— Что?

— Король умер!

— Какой король? – медленно спросила Джоан.

— Джон! Наш король! Представляешь? А у него ни жены, ни детей! И принцесса Джоан пропала! И никто не знает, кто теперь будет королем, — выпалил Хирш на одном дыхании.

Она ничего не ответила. Хирш напряженно всматривался в темноту, откуда до того раздавался ее голос, но ничего не мог рассмотреть.

— Ты тут? – позвал он наконец.

Ответа не было.

Хирш осторожно сделал несколько шагов вперед, стараясь не оступиться – и тут из-за домов послышался странный шум. Он стал подниматься все выше, будто взлетала огромная металлическая птица – и вдруг Хирш увидел, как на мгновение звезды скрыла гигантская черная тень.

Он задержал дыхание.

Хирш жил в горах. Он слышал много историй о драконах. Но никогда не думал, что когда-нибудь увидит одного так близко.

С тех пор он больше не видел Джоан. Иногда Хирш думал, что ее унес дракон, внезапно появившийся в тот вечер рядом с их деревней.

Но все чаще ему приходила в голову мысль, ставшая в конце концов одной из самых любимых историй его детей и внуков.

Она начиналась словами: «Однажды я подружился с драконом».

***

Камень с громким треском ударился о скалу, рассыпавшись дождем щебня. По темным ночным горам прокатилось эхо.

«Устрою обвал ведь», — равнодушно подумала Джоан, поднимая с земли следующий камень и запуская его через все ущелье в дальнюю скалу. Она чувствовала, как в крови все еще кипит волнение, разливаясь в кончиках пальцев невесомостью и полетом – но Джоан больше не хотела превращаться. Это было слишком легко – стать драконом и не думать ни о чем. А подумать следовало.

«Король умер!» — сказал Хирш. Джоан стоило остаться и расспросить его – но в тот момент она не могла удержаться.

Король умер. Джон, ее брат, умер. Брат, который хотел ее убить.

Насколько Джоан знала, король из него получился отвратный. Новости, которые она слышала в Моэрне, были одна другой хуже. Восстания, беженцы, имперские войска. Жители Моэрны были не знакомы с понятием «военная интервенция» – но Джоан хорошо понимала, что это значит. И чем грозит ее стране. Империя давно мечтала завоевать Инландию – точнее, ее горы, скрывавшие в себе множество ценных руд, — но раньше это было не так легко осуществить. До гор нужно было идти через всю страну – имперцы понимали, чего это будет им стоить. К тому же к инландским дворянам могли присоединиться Лотария, Вирравия и Нордейл. Поэтому во время правления отца Джоан, Джона Доброго, все действия Империи сводились к тонкой дипломатической игре и попыткам внедрить свои традиции. Это получалось не очень хорошо – слишком разными были религии двух стран. Инландские дворяне порой перенимали некоторые обычаи, привлеченные экзотикой – но простой народ воротил нос от южных изысков.

Однако, если Империя всерьез решит завоевать Инландию, методы будут совсем другими. Спрашивать никого не будут. Религия крессов крайне нетерпимо относилась к неверным, и на завоеванных землях все народы обязаны были следовать ей. Что будет, когда выросшим с философией выбора инландцам навяжут кресские догматы? Сейчас они просто бежали на север – но сколько времени нужно Империи, чтобы завоевать всю страну? Теперь, когда в Инландии нет короля?

Джоан размахнулась и снова бросила камень. Осколки запрыгали по уступам скалы в ущелье.

Джоан опустила глаза на свои руки.

«Никто не знает, кто теперь будет королем», — сказал Хирш. Что там говорилось в законах Инландии об этом? Большой совет лордов должен выбрать нового короля?

Если половина страны уже занята крессами, созвать совет будет проблематично. И, скорее всего, уже бессмысленно.

«Но мне нельзя к людям. Я же сама решила, что мне нельзя к людям!»

Джоан беспомощно посмотрела на вершины гор вдали. Ей нужно было спросить совета, поговорить с кем-нибудь – но с кем? Кто, кроме Сагра, знал, кто она?

Ответ пришел мгновенно – леди Теннесси. И так же мгновенно Джоан поняла, что не может оказаться в Тенгейле. При мысли о том, кого она может там встретить, ей стало не по себе.

Нет, этот вариант не годился. Приближенные ее отца? Джоан не знала никого из них – слишком давно она покинула двор и слишком маленькой была тогда.

Ансельм? Но где его теперь искать? И стоит ли? Джоан не боялась его увидеть, как Генри, но и не хотела снова напоминать о себе. Они хорошо попрощались – на этом все стоило и закончить.

Кто еще остался у нее? Кого она знала – и кто знал ее?

Джоан внезапно улыбнулась.

Она поняла, к кому нужно идти.

***

Закатное зимнее солнце легло на обшитые панелями стены неровными пятнами. Джил с тоской посмотрела на них. Инкер и Герхард уехали всего неделю назад – но она уже успела смертельно заскучать без них. И было совершенно неизвестно, когда они вернутся.

Конечно, хорошо, что они получили такой заказ. Изготовить меч для сына князя – любой оружейник страны мечтал о таком. Однако князь непременно хотел говорить с мастерами лично – и, разумеется, не собирался для этого покидать столицу.

Джил вздохнула. До Акрии было несколько дней пути – и ведь наверняка какое-то время Инкер и Герхард проведут там. Она грустно обвела кабинет взглядом – и вздрогнула.

В дверном проеме стояла высокая женщина в длиннополом кожаном кафтане и внимательно смотрела на Джил.

— Джо! – воскликнула та и кинулась на встречу, сметая со стола Инкера какие-то бумаги.

Джо осторожно обняла Джил в ответ на жаркое объятие.

— Где Инкер? – спросила она, внимательно осматривая его кабинет.

— Уехал, — выдохнула Джил. – Я так рада, что ты вернулась!..

— Надолго?

— Тебе лучше знать! – рассмеялась Джил. Джо посмотрела на нее с непониманием, потом вздохнула.

— Инкер уехал надолго?

— Ему князь заказал меч в Акрии, — ответила Джил гордо, как будто это была ее заслуга. – Он поехал туда.

— Тьма, — пробормотала Джо. Посмотрела на стол Инкера, провела пальцами по губам. – Мне нужно было поговорить с ним.

— А со мной ты не можешь поговорить? – спросила Джил, уже заранее зная и ответ, и то, что Джо не останется.

— Инкер ведь ничего про меня не рассказывал? – внезапно усмехнулась Джо.

Джил покачала головой.

Джо кивнула, подошла к стеллажу с книгами, наклонилась, читая названия.