Верховный Главнокомандующий (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 144

В Саратове редактором крупнейшей губернской газетой был шурин известного большевика Якова Сверлова — Авербах, в Ташкенте — некто Сморгунер.

Хуже всего, обстояло дело в Куеве: «Киевская мысль» под редакцией уже знакомого нам Кугеля, имела в своих сотрудниках такие одиозные личности как Троцкий (тот самый!), Заславский, Гинбург, Литвяков…

Трёх последних не знаю, но судя по самому факту — что они попали на эти странички: типы ещё те!

Не знаю, как для жандармов — в отчёте ни слова об этом не было сказано, но для меня всё ясно: пресловутые «массоны» лишь ширма!

«В реале», происходит вот что: банковский капитал устанавливает контроль над «четвёртой властью» в России… А, значит — над сердцами и умами её граждан. Лица с «жидовскими» фамилиями среди банкиров доминируют в любой стране — так что тут удивительного?!

Что я могу в данной ситуации предпринять? Один из вариантов — из самых жёстких решений такого вопроса: по примеру большевиков национализировать все российские частные банки и запретить деятельность зарубежных на территории Империи.

Но про это — даже заикаться, пока нельзя!

Читаю жандармский отчёт далее и подхожу к самой деятельности наших «массонов».

Естественно, в легальной печати не найдёшь прямых «наездов» на Императора… Всё завуалированно нападками на Распутина и действующий кабинет министров. Распутин представляется читателям таких газет конченным ублюдком, а члены Правительства — тупыми убожествами, не способными к решению даже самых простейших задач. Любой их поступок, любое сказанное невпопад слово — в гротесковом виде выставляется на всеобщее высмеивание. Очень подробно, без всяких на то доказательств, газеты «вываливали вагонами» широкой публике факты о их взяточничестве, о связях с сомнительными личностями а то и напрямую — с германскими агентами…

Ничего тогда удивительного, что у моих министров не выдержали нервы и они «забастовали»!

При такой агитации, среди широких масс образ Царя — как высшего авторитета страны, как высшую духовную и моральную «субстанцию» русского народа, неизбежно загоняется куда-то ниже уровня городской канализации. Естественно, при таком порядке вещей со СМИ, любой мало-мальски мыслящий гражданин должен всё чаще и чаще задавать себе один и, тот же вопрос: «А на хрена нам вообще, такой царь нужен?!».

В противовес образу такого Царя и Правительства, в периодической печати приводятся примеры беззаветного служения Отечеству его верных сынов: депутатов Госдумы — Милюкова, Керенского, Рябушинского, Коновалова и прочих и, руководителей «общественных организаций» — ЦВПК и «Земгора»: Гучкова и князя Львова…

Пиар, просто до неприличия!

Но, это только «верхушка айсберга»…

Кроме легальной антиправительственной пропаганды, весьма широко распространена подпольная: среди народа распространяются миллионы экземпляров нелегальных изданий — от простых листовок до газет и целых брошюр.

В них, уже прямым открытым текстом, русский царь представляется вечно бухим дегенератом — сдавшему страну на откуп своей царице-бляди и её «хахалю» Гришке Распутину, причём — с описание самых гнуснейших подробностей.

Одна такая листовка — с рисунком от руки, прилагалась: на нём, мой Реципиент меряет аршином елду у Распутина…

ТЬФУ, МЕРЗОСТЬ!!!

В бешенстве рву в клочки и швыряю в корзину с мусором:

НЕ ЗАБУДУ, НЕ ПРОЩУ!!!

Так, так, так…

Успокоившись и чуток поразмыслив, спрашиваю у Спиридовича:

— С изготовителями и распространителями таких «шедевров» — понятно, что надо делать: ловить и без всяких «судов присяжных» отправлять за колючую проволоку до конца войны. Скоро, думаю — уже в октябре выйдет специальный закон.

«На торфоразработках друг у друга елдаки будете мерять, утырки! — мстительно думаю, — дай только срок!».

— Вполне своевременная и действенная мера будет, Ваше Величество! — одобрил Спиридович, — особенно, если пообещать облегчать условия содержания «за колючей проволокой» тем, кто выдаст сообщников.

— Ну, это на ваше усмотрение, господин генерал! Главное, прекратить эту вакханалию — а как Вы этого добьётесь, не так важно. Другой вопрос: что делать с нашими «массонами» и их влиянием на легальную прессу?

Спиридович не смог сразу ответить и, я задал наводящий вопрос:

— Буквально через неделю, Александр Иванович, Вы поедете в Москву Председателем Чрезвычайного Комитета Государственной Безопасности» (ЧКГБ)…

Всё было уже готово: все необходимые документы подготовлены, приказы и указы Генеральным Секретариатом написаны и лично мной подписаны с приложением «малой гербовой печати». Даже, первые семьдесят пять «чекистов» Спиридовичем уже набраны! Сейчас ведутся переговоры о покупке под эту структуру, соответствующего здания на Лубянке…

Так что, как только — так сразу!

Поэтому и, спрашиваю:

— Какими будут ваши первые шаги по решению этого вопроса?

Спиридович, не раздумывая:

— Установление строжайшей предварительной цензуры, Ваше Величество!

Немножко опешив:

— Разве, с началом войны не была введена цензура?!

— Увы! Хоть и было объявлено о её введении — но цензура практически не применялась. В Москве же, никаких мер по ограничению печати вообще не существует — как находящейся вне зоны боевых действий.

Вот здесь, прямо какой-то «когнитевидный дисбаланс»: журналюги всегда жалуются на жестокость цензуры, а правоохранители наоборот — на её полную «импотенцию»! Поразмыслив, плюнул и забыл: видно, это явное противоречие — никогда не приходящее явление в нашей реальной жизни…

— Хм, интересно! Почему же, «цензура практически не применялась» — интересно было бы узнать?

— Чиновникам-цензорам, Ваше Величество, очень тяжело работать… Давление на них, происходит по хорошо отработанной ещё в Японскую войну схеме: по малейшему поводу, даётся из какого-то «центрального органа» знак и, изо всех мест сыплются тысячи осуждающих эти действия телеграмм.

— Вы, хоть примерно представляете где находится этот «центр»?

Спиридович, только хмыкнул:

— А, что его «представлять», Ваше Величество?! «Земгор» — он, даже не считает нужным скрывать свою деятельность.

Это, мне пока не по зубам, надо признать… Есть ещё один способ решить проблему с печатью, не прибегая к крайностям:

— А если привлекать редакторов и издателей к суду за клевету, предположим?

— Неоднократно пытались и сейчас пытаемся, Ваше Величество! Но, противодействовать этому злу цивилизованными мерами судебного преследования, оказывается практически невозможно! Суды присяжных, в большинстве случаев оправдывают привлекаемых к ответственности за клевету в печатномвиде, из-за чрезвычайной сложности установить признаки состава преступления в большинстве случаев.

Понятно… Вздыхаю — остаётся одно:

— По другому — по «общему» поводу конечно, но готовится к применению закон «О военном положении» на всей территории России. К нему будет приложение «О особой подсудности в период действия Закона о военном положении». Дождитесь его выхода и тогда начинайте действовать, господин генерал!

Ещё, практически готов «Закон о чрезвычайном положении», там вообще — ЖЕСТЬ!!! Но надеюсь, до этого не дойдёт…

Цензура после введения «военного положения» в России, будет моим «кнутом» для прессы. Однако, хорошо зная журналистов как психотип (приходилось в своё время немало общаться и, даже — хорошие знакомые среди этой «публики» имелись) понимаю, что этого будет мало. Здесь, ещё и пряник нужен и, желательно — «медовый»! Иначе, «консенсуса» однозначно не будет: хоть как-то — но где-нибудь обязательно нагадят, паскуды.

Примерно в это же время приехал из Петрограда — буквально на пару часов, Лемке. Он, после моей «вербовки» дал немаленький «круг» по стране — побывав в Киеве, в Питере, в Москве — по «делу генерала Рузского» и теперь снова собирается… Ибо, по его же словам: «железо надо ковать, пока оно горячо» и «эту публику нельзя оставлять без присмотра надолго».