Проклятый абитуриент (СИ) - Алиев Али - Страница 28

— Мама, пожалуйста.

— Зиффергант.

— Мама, пожалуйста.

— Зиффергант.

— Я НЕ ПОЗВОЛЮ ПРИЧИНИТЬ ЕЙ БОЛЬ! — крик моего друга был столь неожиданным, что мы с Саваской резко отодвинулись, прячась за угол.

— Вот как? Ты… не позволишь мне, — прошипела его мать. — Хорошо, давай посмотрим, как долго ты сможешь удерживать сферу.

Она повернула руку в его сторону. Тонкие и длинные пальцы женщины начали вырисовывать причудливые узоры, и проулок снова огласился криком, но теперь уже кричал Зиф.

Я бросился было на помощь, но меня схватила Саваска.

Ты только хуже сделаешь! Зиф должен пройти через это! Он, возможно, впервые решил идти до конца. Не мешай ему.

Крик продолжался, разрывая мое сердце на части. Вены на лбу моего друга взбухли, лицо стало бордовым, но он продолжал держать «Сферу отрицания». Внутри его защиты стояла ошеломленная девушка. Рэйла не могла поверить своим глазам, но вскоре пришла в себя и начала страшно ругаться на женщину, требуя прекратить это немедленно, но та и ухом не повела. Блондинка начала бороться с цепями, пытаясь освободиться.

— Что тут происходит? — послышался крик позади нас.

Обернувшись, я заметил двух стражников. Блин, что делать?

— Тьфу ты. Истязатели развлекаются. Пойдем, — хлопнул второй первого, и они вместе ушли.

Да уж.

— Я НЕ ПОЗВОЛЮ! — крикнул Зиф, продолжая держать защитное заклятие.

— Тогда тебе будет еще больней, — заявила его мать и подключила вторую руку.

— Это невыносимо, я не могу этого больше терпеть.

Не мешай!

Почему?

Ты не понимаешь! Посмотри в ее глаза. Посмотри в глаза его матери.

Что там? Злоба. Холод.

Нет, там боль. Боль куда большая, чем та, что она причиняет. Кроме того, она сильно сдерживается. Поверь, я знаю, на что способны истязатели. То, что ты видишь — это детские шалости. От того, что она делает, ей намного хуже, ведь она знает, что чувствует ее мальчик. Кредо Истязателей гласит: «Прежде чем причинить боль, испытай ее сам». Она знает, что он чувствует. Она знает, что сама виновата в этом. Но продолжает причинять боль и себе, и ему.

Но зачем?!

Тебе не понять. У разных животных разное воспитание, не то, что у людей. Орел выбрасывает птенца из гнезда, но не потому, что хочет для него зла, а потому, что тому это нужно. Иначе он не выживет в этом суровом мире. У истязателей своя философия. Не мешай, только хуже сделаешь.

Я даже и не заметил, когда Рэйла перестала ругаться. Сейчас она только бессильно смотрела на Зифа. По ее щекам текли слезы.

— Хватит, — шептала она. — Хватит его мучить…

— Ну, что же, ты защитил ее. Гордись собой, — женщина опустила руку, и мой друг замолчал, бешено дыша.

Она подошла к Рэйле и посмотрела ей прямо в глаза.

— Боль моему мальчику могу причинять только я. Запомни это, — сказала она.

Девушка ничего не ответила. Она только зло стрельнула глазами.

Мать Зифа пошла в нашу сторону и резко остановилась, поравнявшись с нами.

— Тебя это тоже касается, Тирмон.

Я нервно сглотнул, капля пота прокатилась по спине. Она нас видела.

— Зиф, ты как?

Стоило оковам раствориться в воздухе, как блондинка подскочила к своему защитнику.

— Я… не позволю… — прошептал он.

Рэйла взяла его лицо в свои ладони и приподняла, смотря прямо в глаза.

— Ты ведь никогда не причинишь мне боль, истязатель? — прошептала она.

— Клянусь…

— Господи! Я сейчас расплачусь, — заявила Саваска.

— То есть, когда его терзала адская боль, тебе не хотелось плакать, а сейчас ты готова расплакаться? — опешил я.

— Да.

— Бабы…

***

Молодая темноволосая девушка вертелась у зеркала, рассматривая бирюзовую кофточку.

— Ильра! Это моя кофта! — внезапно вошла в комнату ее подруга.

— Ой, да ладно тебе, Ирис, я ее всего разочек надену. Мне на свидание надо.

— НЕ ТРОГАЙ МОИ ВЕЩИ! — внезапно завопила хозяйка кофты, сжав кулаки.

— Да не вопи ты так, — девушка попыталась выйти из комнаты, но Ирис встала на ее пути.

— Немедленно сними!

Ильра нагнулась вперед и схватила соседку рукой за щеки.

— Прочь с дороги, малявка. Или хочешь подраться?

На глазах Ирис навернулись слезы.

— Так я и думала, — хмыкнула темноволосая и оттолкнула первокурсницу в сторону.

— Я не могу причинять людям боль, — прошептала Ирис, привлекая внимание Ильры. — Зато он может.

Ее соседка обернулась к двери и увидела парня с пылающим лицом. В его глазах отражались пылающие черепа.

— Истязатель, — прошептала она, бледнея. — Ты не посмеешь!

— Правда? — его шепот был похож на шипение змеи.

Парень вытянул руку и начал рисовать узор указательным пальцем.

— Нет! — девушка бросила кофточку и вылетела из комнаты.

Стоило ей скрыться, как юноша тут же принял нормальный вид.

— Спасибо, — прошептала Ирис. — Я так и не смогла дать ей сдачи.

— Ничего. Я ведь истязатель. Причинять боль — это моя работа, — спокойно ответил он.

— А ты изменился, — вытирая набежавшие слезы, улыбнулась его одногруппница. — И что ты вообще делаешь в женской общаге?

— Девушку свою провожал.

***

— ПЕРЕСЕЛИТЕ МЕНЯ!

— ПЕРЕСЕЛИТЕ ЕЕ! — две девушки влетели в комнату коменданта одновременно и с похожими требованиями.

— Так, стоп, — встала из-за своего стола женщина невысокого роста с пышными кучерявыми волосами. — Девочки, вы же в разных комнатах живете, что случилось?

— Да она привела истязателя!

— Да она заморозила мои вещи! — снова крикнули они одновременно.

— Так, объясните по очереди! — она посмотрела сначала на одну.

— Моя соседка, Ирис, привела в комнату истязателя!

— Ну, и что? — не поняла претензии комендант. — Он что-то сделал плохое?

— Да! Он горел и пальцем в воздухе руны чертил!

— Подожди, он причинил тебе какой-то вред?

— Нет.

— Так, хорошо. А у тебя что? — посмотрела она на другую.

— Эта мерзкая Сильва заморозила всю мою одежду! — показала студентка на полотенце, в котором, судя по всему, вышла недавно из душа.

— Почему? — не поняла женщина. — Зачем она это сделала?

— Я откуда знаю? Она больная!

— Васка.

— Что?

— Почему она заморозила твою одежду?

— Ну, я… я просто кинула свои вещи на ее кровать. Когда переодевалась. Ну, подумаешь, это же ерунда! Зачем все замораживать-то?!

— Понятно, ладно, девочки. Вас я поселю вместе, а этих двух бестий из тринадцатой группы вместе. Вот же веселье началось в моем общежитии.г

IX

— Блин, это жесть, — я свалился на постель, лицом врезавшись в подушку. — Форст настоящий злодей. Слушай, Зиф, может, он внебрачный сын из вашей семьи?

— Нет, думаю, я знал бы об этом. Да и магия его совсем иная, сомневаюсь…

— Да блин, я же шучу, — вздохнул я. — Хотя, предполагаю, что если бы этот изверг был из ваших, то имел бы хорошую славу. Кажется, ему нравилось над нами издеваться.

— Не знаю, вроде все хорошо прошло, — пожал плечами истязатель.

— Угу. Вас он не сильно терзал, а вот насчет воздушного боя у него прямо бзик какой-то. Планы, схемы, бои… Да это просто невыносимо. Как я запомню все эти шестнадцать-тридцать четыре и так далее?

— Слушай, Тир, мы же это… мы же друзья?

— Да, конечно, — удивленно посмотрел я на соседа. — Что-то случилось? Проблемы с Рэйлой?

— Нет. С Рэйлой все… странно, но хорошо, — покачал он головой. — Она чудесная, хоть я и не знаю порой, как себя вести, но она не ругается и старается объяснить. Мне с ней очень повезло. Не знаю, правда, что она во мне нашла…

— Да ну, хорош! Я понял, у тебя идеальные отношения, и вы счастливы вместе и бла-бла-бла, — я уткнулся в подушку лицом.

— Да, но я не о них поговорить хотел, у меня другая просьба, — он подошел и присел на мою кровать, рядом со мной. — Слушай, ты знаешь, что у истязателей есть свой секрет?