Энергия жизни (Звенящие кедры России - 7) - Мегре Владимир - Страница 28

А почему же тогда никто не завоевал Русь?

Попытки завоевать ведруссов, конечно же, были. Но делавшие эти попытки всегда старались стереть даже из собственной памяти итог этих попыток.

Вот что рассказала Анастасия об одной из таких попыток более чем двухтысячелетней давности.

Сражение

- В те времена ещё преобладала культура ведического образа жизни на Руси. Тогда ещё не существовали у ведруссов города. Но множество селений, богатых пищей необычной, радостью и светлыми людьми, в поместьях жившими родовых, собою составляли Русь. И в те же времена другие страны были, они кичились городами, всё больше в них преобладала денег власть над устремленьями людскими. И были армии большие, с их помощью властители пытались подчинить себе весь мир. И много стран пред силой тёмной преклонились.

На Русь был послан легион отборный римский. Пять тысяч воинов к границе первого селенья подошли. И встали грозным лагерем вблизи окраины селенья небольшого.

Старейшин военачальники к себе призвали. Старейшины пришли, не ведая пред силой грозной страха. Старейшинам военачальники и пояснили, что из страны они могущественнейшей над всеми странами и потому селенья все им дань должны платить. Тот, кто не сможет, будет в рабство взят.

Им отвечали старшие селенья небольшого, что им негоже своей пищей вскармливать недобрых, тем самым вскармливать громады тёмных сил.

Из всех военачальников главнейший старейшему из старших селения сказал:

- Я знал о варварстве и быте вашем необычном. Ваш ум даже соотношенья сил не сможет оценить. С таким умом в цивилизованной империи свободными вы никогда не будете. Вам быть рабами иль совсем не быть.

Ему старейшина селения ведрусского ответил:

- Не быть тому, кто не способен божественного в пищу для себя употребить. Смотри.

И с этими словами старик-ведрусс два яблока прекрасных, одинаковых и свежих из кармана в руки взял. Обвёл глазами военачальников, доспехами блиставших, но взгляд остановил на рядовом солдате молодом. К солдату подошёл, одно из яблок протянул ему, сказал:

- Возьми, сынок, сей плод по нраву для твоей души пусть будет.

Взял римский воин рядовой плод и надкусил его под взглядами стоящих рядом. Блаженство осветило лик молодого воина на зависть остальным.

Старейшина, держа в руке второе яблоко прекрасное, к военачальнику вновь повернулся, и подошёл к нему, и произнёс:

- Моя душа не жаждет и тебе прекрасный плод преподнести. Что это означает, попробуй сам пойми.

И положил старик-ведрусс второе яблоко у ног военачальника.

- Как можешь ты, старик, дерзить в боях заслуженному полководцу? воскликнул ординарец римский, и быстро яблоко поднял, и охнул удивлённый.

И все, чинами облечённые, и их прислуга замерли взирая... На их глазах в руках у ординарца прекраснейшее яблоко сгнивало. На их глазах гниющий плод вдруг появившаяся мошкара съедала. И продолжал старик-ведрусс:

- Купить за злато, силой взять плодов божественную благодать никто не сможет. Себя властителем ты можешь называть, уверенность в себя вселишь, что покоряешь страны, при этом только гниль будешь вкушать.

***

- Это не мистика, Владимир, ты пойми, плоды, взращённые с любовью, могут благодать свою отдать тому лишь, кто любовь вселял в них, и тому, кому растивший их по своей воле передал. Устроено всё во Вселенной так, и в доказательство на день сегодняшний внимательно взгляни. Вкушают люди обречённо давно не свежие плоды.

- Ну а богатые? И те, кто правит миром?

- Для них проблемы с пищей ещё большие стоят. Отравленных плодов и блюд изысканных они боятся. И заставляют приближённых пред тем, как есть самим, их пищу пробовать. Охрану ставят над продуктами и службы специальные, но тщетно... Множество правителей от пищи непотребной в муках умирали. Целебнейшее масло кедра, обрати внимание, сегодня многие стремятся выпускать. Но по целебности разнится масло кедра, потому что помыслы изготовителей разнятся.

И тот старик-ведрусс не мистик был, он лишь сказал о том, о чём в ведической Руси ребёнок каждый знал.

***

Но вызвал гнев ведрусс и схвачен был. Посажен в клеть, чтоб наблюдать он мог, как жгли дома его селенья и сады. И как закованные в цепи мужчины, женщины и дети шли пред ним.

Военачальник злостно говорил ему:

- Смотри, старик. Вот соплеменники твои, теперь они рабы. Ты надо мной при свите всей негоже пошутил, ты плод мне данный вмиг сгноил. Теперь все соплеменники твои - рабы, они будут растить под страхом смерти негниющие плоды.

- Под страхом смерти может только смертоносное взрасти, пусть даже вид его благообразным будет. Ты примитивен. Покорить страну мою не сможешь. Голубку выпустил я с вестью о тебе. Волхвы голубку видя, всем расскажут...

Военачальник римский дал приказ. Во все селения ведрусские гонцы его приказ доставить устремились. Приказом требовалось, чтоб пришли из каждого селенья представительные люди и посмотрели, как сильны, обучены войне, снаряжены войска его. И как стереть с лица земли они способны непокорные селенья, и в рабство увести детей и женщин молодых. И чтоб все дань для грозных воинов несли. И впредь по осени дань собирали для его державы, и сами дань свою в его державу доставляли.

В назначенный приказом день, с рассветом, перед огромным лагерем военным девяносто юношей ведрусских встали.

Впереди всех тебе известный Радомир стоял. В рубашке, вышитой с любовью Любомилой. И юноши за ним в рубашках светлых были.

Русоволосы головы не покрывали шлемы из железа. Тесёмки, из травы сплетенные, их обрамляли головы. И не было у них щитов, чтоб от ударов смертоносных уберечься. Лишь с пояса у каждого ведрусса молодого свисали два меча. Они стояли молча, под уздцы коней своих держали и неосёдланными были многие из скакунов.

Собравшись вместе на совет, военачальники обученного пятитысячного войска на девяносто юношей смотрели. Военачальник старший к клетке подошел, в которой ведрусс сожжённого селенья помещался, и спросил:

- Что означать юнцы вот эти могут? Старейшинам приказывал я всех селений предстать для объявления закона императора моей страны.

Ведрусс ответил, в клетке содержавшийся:

- Старейшины селений знают, о чём поведать хочешь ты. Им твои речи неприятны. И к неприятному они решили не идти. Пред лагерем из войск твоих лишь девяносто юношей соседнего селенья. Мечи на поясах у них, возможно, бой они хотят принять.

"О варвары безмозглые, - главный начальник размышлял, - направить с ними в бой часть воинов и всех их порубить труда особого, конечно, не составит. Но толк какой от мёртвых тел? Не лучше ль всё им объяснить и привести для императора рабов здоровых?".

- Послушай-ка меня старик, - к ведруссу военачальник обратился, - тебя, ведь, почитают молодые. Ты объясни им всю бессмысленность неравного сраженья. Ты предложи им сдаться. Я сохраню им жизнь. Конечно, всех пленю и сделаю рабами. Но будут жить они не в варварской стране, одежду получать и пищу будут, став послушными рабами. Ты объясни, старик, им всю бессмысленность кровопролитного неравного сраженья.

Ведрусс ответил:

- Сейчас попробую. Им объясню. Я вижу сам, взыграла молодая кровь младых ведруссов.

- Так говори, старик.

Ведрусс заговорил из клети громко, чтобы услышали его стоящие пред лагерем ведруссы молодые:

- Я вижу на ваших поясах по два меча, сыны мои. Я вижу рядом с вами скакунов горячих. Вы держите их под уздцы, не утруждаете собою, но бережёте для войны их силы. Вы в бой вступить решили, ваш предводитель мудрый Радомир. Ответьте мне.

Увидели военачальники, солдаты войска, как вперёд прошёл и низко поклонился Радомир старейшине, что в клетке находился, ответ давая, подтверждающий слова ведрусса.

- Я так и думал, - сказал старик-ведрусс и продолжал:

- Ты предводитель, Радомир, ты понимаешь, верю я, что пред тобою силы не равны твоим.

И поклонился снова Радомир словам ведрусса, давая этим утвердительный ответ.