Двенадцать шагов. Книга 1 (СИ) - Вернер Тим - Страница 96

       Тот покосился на Алекса, нахмурился. Этот больной снова отвлекает на себя внимание. Знает ли что делать дальше?

       — Так! — повторил Алекс, шагнул ещё ближе к ней. — Барышня, прекрати бормотать. У меня к тебе серьёзный разговор. Ты мне, если коня угробишь, как компенсировать будешь?

       "Это он… торгуется?" — растерялся Ардэн.

       Барышня тоже растерялась. Прекратила скалится и даже коротко зыркнула по сторонам, будто пыталась понять, к кому человек обращается.

       — Предлагаю ужин, — продолжил Алекс.

       "Или это он заигрывает?"

       — Не то чтобы свидание, но… — будто услышал его мысли Алекс, но тут же прервал себя восклицанием. — Ох ты ж!

       Последнее вырвалось, потому что из-за ближайшего к нему валуна навстречу шагнула ещё одна ведьма.

       — Видал? — Алекс оглянулся, быстро подмигнул Ардэну. — Тоже на свидание хочет!

       И продолжил, обращаясь уже к ведьмам:

       — Давайте только сразу договоримся — никаких сцен ревно... Да чтоб вас! — прямо из окружающей тьмы рядом с ним соткалась третья ведьма. — Друг, помогай! С тремя, боюсь, не справлюсь. Годы уже не те, берут своё…

       Кажется, он собирался говорить дальше, но третья ведьма внезапно оказалась очень близко к нему. Не шагнула, не подлетела, не прыгнула — переместилась с места на место с нечеловеческой скоростью, остановилась напротив и раскрыла ладонь прямо под носом Алекса. Кажется, собиралась сдуть ему в лицо порошок, лежащий в ладони. Только Алекс дунул первым. Он как раз набрал воздух для продолжения тирады — и увидел руку перед собой.

       Наверное, очень хорошо знал повадки ведьм.

       Она закашлялась, отплевываясь. Две других прыгнули к Алексу одновременно.

       Кажется, разозлились.

       Завалили его на спину, одну он отшвырнул, вторая взмахнула ножом, Алекс успел дернуться, но та всё равно достала — Ардэн услышал треск: что-то резали. И подумал, что уже поздно что-то предпринимать. То ему все казалось, что рано, что Алексу не надо мешать, а теперь — поздно.

       И всё зря.

       И почему-то стало жаль и себя, и, что самое странное, Алекса, погибшего так глупо. А потом Ардэн вспомнил о том, что того так просто не убить. И вновь будто отвечая его мыслям, Алекс подал голос.

       — Хорошую вещь испортили, — сокрушённо сказал он. — Никогда не слышали, что куртку можно расстегнуть? Не обязательно резать? Вам бы всё резать, да? Дикие создания…

       Пока шёл к Алексу, Ардэн пытался вспомнить, нигде ли не слышал истории о том, что тот читает мысли. Не вспомнил.

       Алекс лежал на спине. Ведьма присела над ним и водила длинным когтем по одному из амулетов — её нож разрезал одежду, но кожу всего лишь оцарапал. И показавшиеся теперь амулеты заинтересовали ведьму куда больше их владельца.

       — Бабы, — пробормотал Алекс, переведя взгляд с неё на Ардэна. — Всё бы им побрякушки рассматривать. Эй! — легонько хлопнул ведьму по руке, и та по-кошачьи зашипела в ответ, но в драку больше не полезла. — Это не отдам. Это мне нравится.

       Вторая поднялась, поглядела на Алекса, на присевшую над ним подругу, перевела взгляд на Ардэна. Прищурилась, изучая, — и мгновенно оказалась очень близко, заглянула в лицо, оскалилась. От неё пахнуло затхлым, Ардэн рассмотрел чёрные зубы и горящие глаза. Запоздало дёрнулся за мечом, но Алекс снова резко окрикнул:

       — Эй!

       Оба покосились на него.

       Он обращался к ведьме.

       — Это, — ткнул пальцем в Арэдна, — тоже не отдам.

       Поднял палец и наставительно добавил:

       — И коня больше не трогать.

       Ведьма прищурилась, угрожающе рыкнула на него. Алекс поднялся на локтях и вопросительно выгнул бровь, будто собирался спросить: "Это ты мне?"

       Но не успел: третья ведьма, откашлявшись и отплевавшись наконец от порошка, хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание. Ткнула пальцем в сторону скалы и мотнула туда же головой.

       Алекс расплылся в улыбке, сел и сообщил Ардэну:

       — В гости приглашают.

       — Это хорошо? — неуверенно уточнил тот.

       — Как пойдёт, — задумчиво ответил Алекс, поднимаясь. Нависавшая над ним ведьма отступила и теперь бросала косые мрачные взгляды. — Могут съесть.

       — Съесть?!

       — А могут и не съесть, — утешил Алекс.

       Подошел, толкнул плечом, доверительно продолжил:

       — В любом случае, живые мы почему-то интереснее им, чем мёртвые. Иначе нас уже не было бы...

       Заглянул Ардэну в глаза, беспечно подставляя ведьмам спину, и взгляд вдруг стал ледяным.

       — В последнее время я почему-то очень многим нужен живым.

       Ардэну стало не по себе.

       Умом он прекрасно понимал, что догадаться, кто он такой, Алекс вряд ли смог бы. Подозревать в чем-то — ещё ладно. Но догадаться — никак.

       "Да и что он сделает, даже если узнает? Ну, может, убить попробует... А скорее всего, вовсе сбежит. Чего бояться?"

       Но взгляд был неприятным. А вместе со взглядом куда неприятнее стал и Алекс. Он снова перестал быть похожим на человека — ровно на тот миг, что заглянул в глаза.

       Он стал собой.

       А в следующее мгновение уже развернулся спиной и весело потребовал:

       — Коня поднимите! Если он не пойдет сам, вы будете тащить. Вам решать.

***

       Они медленно шагали вдоль крутого склона. Ардэну всё казалось, что уже гору должны были обойти, но они шли, а путь не заканчивался. И понять, где они сейчас, было невозможно — мягкий пушистый снег, неспешно валящий с неба, подхватил порывистый ветер и теперь швырял в лицо, в глаза, будто пытался ослепить, сбить с дороги, заставить остановиться.

       На самом деле остановиться стоило уже давно: Ардэн уже валился с ног от усталости. Держался, кажется, только на злости. А злился, естественно, на Алекса. Тот шёл впереди, и когда его удавалось разглядеть сквозь пургу, Ардэн видел, что шёл легко, уверенно, и, казалось, вот-вот снова начнёт прыгать.

       Даже ведьму иногда перегонял. Та перемещалась все так же странно — рывками. И Ардэн был уверен — её ноги не касаются снега. А если где и коснётся случайно — не снег её держит, не земля: следов она не оставляет. Если глянуть под ноги, видно лишь одну цепочку следов — Алекса. И даже по чёртовым следам ясно: всё это ему почему-то очень нравится. Он идёт, почти пританцовывая. И ветер, и снег ему нипочём. Он не человек, блуждающий в горах среди метели. Он — часть гор, часть метели. Он дышит в такт с ветром — таким же ненормальным, как он сам. И иногда бросает короткие вопросительные взгляды через плечо, мол, чего так медленно?