Новая работа: Водяной (СИ) - Прядеев Евгений - Страница 37

Игроки неторопливо приближались ко мне. Я нарочно остановился прямо напротив коряги, надеясь, что хотя бы кто-нибудь встанет на долго выверяемую точку, и мысленно возликовал, когда это случилось. Целых четверо!

Я взмахнул рукой, и Василиса выбила стопор, удерживающий склоненные к земле березы. Под ногами группы игроков заскользили сплетенные из водорослей веревки, до этого любовно присыпанные песочком, и трое игроков оказались в ловушке. Их потащило по пляжу к лесу, но вот в воздухе они, как я задумывал, качаться не начали. Где-то что-то я напутал. Ну и ладно, потом разберемся, что не так.

Возникшее замешательство тоже было частью моего плана. Пока все смотрели на орущих товарищей, я вылетел на берег и ткнул ближайшего игрока трезубцем, после чего также стремительно ринулся к спасительной воде.

Ответом мне стали болезненный стон и хор проклятий. Что такое? Не нравится? А никто не говорил, что будет легко.

Кто-то побежал обрезать веревки и освобождать товарищей, а несколько дружинников во главе с Бранимиром выстроились напротив меня.

- Ну что же ты больше не улыбаешься, дурачок прилизанный? – Насмешливо спросил я. – Не привык получать сдачи?

- Ты об этом пожалеешь, непись проклятая! – С ненавистью процедил воин. О как! Они, оказывается, не в курсе, что я тоже игрок. Интересная подробность.

Я наклонился и пошарил ладонью по дну. Нашел камень приличных размеров и запустил им в Бранимира. Камень пролетел чуть выше, чем надо, но не беда. У меня тут еще есть. Я кинул еще камень. Потом еще. Я упивался своей безнаказанностью, видя, что игроки по-прежнему боятся заходить в воду.

Это и стало моей ошибкой. Надо было нырнуть, проплыть под водой несколько метров, а не стоять столбом и довольно скалиться. Но в нужный момент мои мозги почему-то отказали. Поэтому я не видел, откуда прилетела сеть. Моя же сеть, любовно сплетенная русалками, была использована против меня. От неожиданности я в ней запутался, и пока соображал, как освободиться, согласованное движение нескольких рук уже выкинуло мою тушу на берег.

Я барахтался в сетке, параллельно тыкая в разные стороны своим трезубцем, но головой понимал, что здесь, на земле, я совсем не боец. Кое-как встал, но тут же почувствовал удар чем-то тяжелым по спине. Судя по боли, били мечом, но то ли руки у игрока кривые, то ли слой жира выступил как кольчуга, но пополам меня не разрубили.

Я попытался отмахнуться, но меня ударили сзади под колени, и я плюхнулся пузом на песок пляжа. Сверху немедленно навалились, трезубец вырвали из рук, а голове и спине прилетело несколько увесистых ударов.

- Переверните его! – Приказ Бранимира был немедленно исполнен. Меня растянули звездой, и я увидел, как ухмыляющийся воин медленно приближается ко мне. В руках он нес деревянные колышки, значение которых я никак не мог понять.

- Ну что, толстяк? – Ухмыльнулся Бранимир. – Страшно тебе?

Он потряс своими деревяшками с довольной ухмылкой.

- А я подготовился к нашей встрече!

Я нашел взглядом Машку. Она стояла в толпе и смотрела на меня серьезным взглядом, не демонстрируя, в отличии от своих соратников, ни капли веселья. Чего это она? По сути своей, все же понарошку. Ну что этот блестящий чудик может мне сделать? Убить? Не смешите мои больные колени!

Я подмигнул жене и перевел взгляд на Бранимира.

- Очень страшно! – Растянув губы в улыбке, ответил я на вопрос. – Ты так похож на гея, а вот я совсем нормальной ориентации. Одна радость – со мной у тебя ничего не получится.

- Думаешь, все так просто? – Бранимир продолжал улыбаться, но вот от его взгляда мне почему-то стало жутковато. – Неее, в этой игре почти все по-настоящему.

И он, наклонившись, приставил колышек к моему предплечью. Кто-то услужливо протянул ему топор, и Бранимир, коротко размахнувшись, вогнал деревянный штырь мне в руку.

- Твою мать! – Непроизвольно вырвалось у меня. Было больно. Даже не так. Было ОЧЕНЬ больно!!!

- Нравится? – С улыбкой поинтересовался Бранимир и ударил еще раз, вгоняя штырь поглубже. Вокруг раздавались довольные смешки и ободряющие восклицания. А у этого садиста отличная компания. Бранимир взял у кого-то из рук еще один колышек. – Так, теперь другую руку…

- Что ты творишь? – Услышал я голос Машки. Повернул голову в ее сторону и успел увидеть, как моя жена рванулась к этому извергу, намереваясь остановить его издевательство надо мной. В ту же секунду двое мужчин схватили ее за руки и втянули обратно внутрь строя дружинников. Я хотел крикнуть, чтобы ее не трогали, но резкая боль уже во второй руке заткнула мне рот, позволив вырваться наружу лишь громкому крику.

- Никто не может безнаказанно тыкать в меня всякими железками, – наставительным тоном сказал Бранимир, заканчивая вколачивать в меня кол. Снова послышались Машины крики и плач.

- Заткните эту суку, – крикнул Бранимир, с неторопливой улыбкой художника обходя меня по кругу.

Дальше было больно. Если честно, мне еще никогда не было так больно. В голове появилась неуместная мысль, что вообще-то мне давно пора потерять сознание от болевого шока, но почему-то этого не происходило.

Машкины крики стихли. Бранимир приколотил не только мои руки, но и ноги. Я лежал распятый и изнывающий от невыносимой боли в конечностях. Это уже совсем не похоже на игру.

- А сейчас мы посмотрим, что все-таки у тебя внутри, – все с той же улыбкой садиста сказал воин, вытаскивая из висевших на поясе ножен чуть искривленный нож. – Давно не потрошил рыбу, особенно такую большую.

- Чувак, ты реально псих! – Раздался внезапно голос из толпы. Мои глаза закрылись от боли, и я никак не мог открыть их заново. – Ты что, правда собираешься резать его на мелкие кусочки?

- А что, тебе его жалко? – Это уже Бранимир говорит. – Я никому не позволю поднимать на меня руку. Все должны знать, что Бранимир – воин, и не никогда прощает обид!

- Сявка ты, – ответил ему тот же голос. Теперь в нем слышалось презрение. – Толпой завалить бесформенную жабу… Ты что, правда считаешь это подвигом? Ты ничтожество! И мне очень жаль, что я поддался на твои уговоры. Дальше без меня.

- Мы еще поговорим с тобой, – а вот теперь в голосе Бранимира послышались нотки визгливости.

- В любое время, – уверенно ответил его собеседник. – Эй, придурки, девушку отпустите. Ей тоже здесь делать нечего.

- Ну и валите! – Не сказал, а выплюнул Бранимир, и моего живота коснулось что-то холодное. – А мы пока продолжим наш разговор.

Внизу живота появилась резкая боль, она распространялась по всему телу, наползала снизу вверх, заполняя все мое сознание. Твою мать! Как же мне больно!

«Вы погибли! Желаете возродиться в точке воскрешения? В настоящий момент точкой воскрешения вашего персонажа является спальня Водяного на озере».

Куда возродиться?!?! Не хочу! Не желаю! Выход! Выход! Выход! Уберите меня отсюда!!!

Глава 11

- … ть! Что за …я?!! Это … какой-то! – Я не обращал внимание на то, что провода спутываются в ком, а гель заливается мне в рот и глаза. Подбежавший Дима пытался помочь мне вылезти из капсулы, но я махал руками, не обращая на него внимания, и продолжал материться.

Наконец-таки я выбрался, осмотрел свой живот, а затем уставился бешеным взглядом на Диму:

- Почему ты не остановил это безумие???

- Какое? – Взгляд юноши из-под очков казался детским и, наверное, жалким что-ли. Но сейчас мне было абсолютно плевать на его взгляд.

- То есть все нормально? Этот псих улыбался, вспарывая мне живот, а ты считаешь это обычным делом? – У меня подрагивали руки, внутри кипел адреналин, грозя взрывом. Я был практически в шаге от того, чтобы выплеснуть всю свою злость на Диму и с размаху зарядить ему по лицу.

Видимо, это желание промелькнуло в моих глазах, потому что компьютерщик отошел от меня, сделав пару шагов назад, и примирительно поднял перед собой руки.