Новая работа: Водяной (СИ) - Прядеев Евгений - Страница 33

- Договорились? – я встал и притянул Володе руку.

- Договорились, – с тяжелым вздохом ответил он на рукопожатие, – Хорошего вечера.

- Доброй ночи, – поправил я его с улыбкой.

Когда я взялся за ручку кабинета, меня догнал в спину окрик Володи.

- Максим! – я обернулся. Володя смотрел на меня, не мигая, – Не спрашивай об игроке, который играл до тебя, у Раскевича. Не надо.

Я несколько секунд смотрел на него, потом молча кивнул и открыл дверь в коридор.

Выйдя из нашего кабинета, я в раздумьях замер в коридоре. Пойти сразу в царство Раскевича, или все-таки сначала в столовую? Заурчавший желудок напомнил, что тоже имеет право голоса. Ладно, большинством голосов победило желание поужинать. А еще я категорически не хотел встречаться с Раскевичем. Меня не покидало ощущение, что этот веселый врач видит людей насквозь и, в отличии от Володи, может понять, что я не до конца честен при ответах на неудобные вопросы.

Но мясо по-французски с тушеными овощами немного развеяло мои страхи, повернув мысли в более прозаическое русло. Растолстеть с таким режимом дня и ночи совсем несложно. На часах вообще-то время близится к десяти вечера, а я тут высококалорийными яствами загружаюсь на полную катушку. Надо как-то возвращаться в режим.

Голову неприятно кольнула мысль про Маню. Вот чует мое сердце, что режим сегодня будет нарушен бесповоротно. Почему-то меня берут большие сомнения, что моя жена воспримет аргументы про игровой процесс и виртуальные условности. За время совместной жизни я убедился, что самый главный аргумент в любых спорах у Машки один – «Я девочка и ты должен мне уступить!». И плевать, что речь идет не о развлечениях, а о работе, причем чем больше я в этот процесс погружаюсь, тем больше понимаю, что процесс этот очень серьезный.

Ладно, война план покажет. Сейчас все-таки пойдем сдаваться в руки медиков.

- Максим! – Лев Давыдович раскинул руки и заулыбался так широко, как будто увидел любимого внука, – Как у вас дела?

- Да вроде бы все хорошо, – я улыбнулся в ответ. Все-таки умеет Раскевич располагать к себе людей.

- А как ваша ненаглядная супруга? – вопрос заставил меня скривиться. Портить настроение уважаемый Лев Давыдович, оказывается, умеет также быстро.

- Что-то случилось? – заметил мое гримасничанье Раскевич, – Я надеюсь, ваши разногласия не связаны с работой в нашей компании?

- К сожалению, связаны, – со вздохом ответил я и вкратце пересказал доктору события сегодняшнего дня. Реакция была, на мой взгляд, вполне предсказуемой, Раскевича мой рассказ изрядно развеселил.

- То есть теперь, дорогой мой друг, вы немного переживаете за мир в семье и физическое здоровье? – спросил он у меня сквозь смех, вытирая слезы небольшим платочком, – Я вас вполне понимаю. Если честно, сейчас и я начинаю за это переживать.

- Почему это? – заинтересовала меня логика Раскевича. Все-таки Лев Давыдович производил впечатление человека, который хорошо разбирается в психологии.

- Все очень просто, – ответил мне доктор, продолжая смеяться, – Ваша супруга восприняла игру, как некую возможность самореализации и самопрезентации. Отсюда и старания в редакторе внешнего вида, и активное участие в делах той группы, которая сейчас для нее стала значимой. И вот она встречает в игре вас, человека, с которым она привыкла преодолевать все трудности и жизненные передряги вместе. Мы не очень близко знакомы, и я не буду утверждать, что у вас идеальная семья, но, вместе с тем, вы вместе. И за это время ваша женщина привыкла полагаться на мужчину, идущего с ней рядом. Поэтому логично, что она подсознательно ждала от вас какой-то помощи и в игре. Тем более, в какой-то степени это вы ее туда привели. А вместо поддержки она получила деревянной дубиной по затылку, причем на ваших глазах.

- Да уж, – задумчиво почесал я затылок, – Теперь все действительно предельно понятно. И что мне делать?

- Воспользоваться безотказным оружием в семейных войнах, – улыбнулся Лев Давыдович, – Лаской и терпением.

Раскевич протянул мне планшет, точно такой же, на каком я заполнял тесты в день собеседования.

- Данные о вашем физическом состоянии у нас есть, – сказал он, когда я взял устройство, – Ваша капсула оснащена всеми необходимыми датчиками и, при желании, может заменить хорошую диагностическую лабораторию. А вот понять ваше психологическое состояние посредством обычных анализов не получится.

- А что с ним может быть не так? – честно говоря, я считал этот психологический мониторинг излишним и даже немного утомительным.

- Вы совершили убийство, – серьезным тоном ответил Лев Давыдович, – Пускай игровое, но ваш мозг в условиях полного погружения в виртуальность может воспринять это как часть вашей реальной жизни. И для него это может оказаться большим стрессом. Кроме того, сегодня убили вас. Что тоже является потрясением для организма, причем гораздо большим. Поэтому мне нужны данные для анализа. Я не хочу негативных последствий для сотрудников нашей компании.

- А что, уже были какие-то прецеденты? – на автомате спросил яи с удивлением увидел, как моментально изменился взгляд доктора. Он стал жестким и колючим. Правда, всего на секунду, но я успел это заметить.

- С чего вы взяли, Максим? – улыбнулся Раскевич, – Виртуальные игры уже прочно вошли в нашу повседневную жизнь, поэтому я не думаю, что есть повод переживать. Но, как врач, я обязан в этом убедиться.

А ведь Лев Давыдович определенно темнит что-то. Но вряд ли этот пожилой человек легко раскроет мне свои секреты. Поэтому я тоже улыбнулся в ответ и сел выполнять предложенные мне задания.

Справился я относительно быстро, минут за тридцать. Раскевич, забравший у меня планшет, удовлетворенно цокал языком, просматривая результаты.

- Все очень хорошо, – сказал он мне, закончив изучение данных, – Даже гораздо лучше, чем я думал. У вас, Максим, удивительно пластичная психика.

Тренькнул мобильник. Событие для последних дней достаточно редкое. После увольнения я обрубил почти все контакты. Желания общаться ни с кем не было, а потом мой новый рабочий график доделал начатое. Нет, кто-то продолжал мне звонить или писать, но в игре отвечать я не мог, а после работы или рано утром уже не хотелось. Да и вообще, как-то внезапно я понял, что большинство людей из прошлой жизни мне просто неинтересны. Надо вот только Колю, моего старого друга, позвать пивка попить. Этого человека я действительно буду рад видеть в любое время дня и ночи.

«Ты домой собираешься?»

Маня вспомнила о моем существовании. Приятно и пугающе одновременно.

- Жена? – Раскевич, видимо, немного умел читать мысли.

- Да, Лев Давыдович, – поднялся я из кресла, – Прошу меня извинить, но думаю, что пора уже и по домам.

- Конечно-конечно, – засуетился доктор, – Отдыхайте, крепкий и здоровый сон вам полезен. А с женой, я думаю, вы помиритесь. В конце концов, для любой нормальной женщины работа мужа – это святое.

- Ваши слова - да Богу в уши, – улыбнулся я, пожимая протянутую мне Раскевичем руку, – Будем надеяться, что вы действительно правы.

Подходя к дому, я увидел, что, несмотря на позднее время, свет горит практически во всей квартире. Значит, Машка точно меня ждет.

Входную дверь я открывал с небольшой опаской. После разговора с Раскевичем я был готов к любым неожиданностям и не удивился бы даже удару молотком для отбивки мяса. Но моя Маня оказалась не такой кровожадной. И даже более адекватной, чем я думал. Неадекватным оказался я.

- Привет! – с улыбкой вышла в прихожую моя ненаглядная, – А я то думала, что ты там заночевать собрался.

- Привет, – настороженно ответил я, целуя подставленную щеку, – Как дела?

- Да нормально все, – продолжала улыбаться Машка, – А твои? Всех врагов победил?

- Маня, я не хотел, чтобы ты умирала, – немедленно начал извиняться я, – Но это же игра. Тем более, что если смотреть формально, то я тебя и не убивал.

- А я зато тебя убила, – показала мне язык жена, – Это я тебе стрелой в голову попала, когда ты Бранимира проткнул.