Дух лунной башни (СИ) - Бахтиярова Анна - Страница 66

Ершистый характер не выдержал. Я слишком устала за последние месяцы. Вымоталась физически и морально. Поравнявшись с весельчаками, я показательно щелкнула пальцами и процедила со зловредной усмешкой:

- Довыпендриваетесь. Сожгу живьем.

Улыбки погасли, как звезды поутру. Угроза прозвучала слишком многообещающе.

Ульрих не оценил моих «стараний».

- Думаешь, репутация стервы принесет тебе пользу? - спросил он, отойдя на безопасное расстояние от встревоженных мальчишек.

Вместо ответа я задала встречный вопрос:

- Так что там со снами и бодрствованием?

Полуведьмак закатил бесподобные глазищи.

- Иногда ты так туго соображаешь. Вспомни, что случилось в твою первую ночь духа.

Я передернула плечами.

- Помимо бегства от призрака лунной башни и блуждания внутри стен?

- Я не о том. Что было раньше?

- Я встретила тебя с Элиасом. Вы искали Нильса.

- Угу. В ночь, когда все спят, как сурки.

Я споткнулась о невидимое препятствие. Пропасть!

Ну, правда! Столько времени размышлять о способах не спать в ночь духа и ни разу не поинтересоваться, как сие удалось троице полноценных! Да ты гений, Лилит София Вейн!

- Это ве-ве-ведьмовские штучки?

- Угу.

- И Нильс?

- Не совсем. Я подарил ему талисман. От дурных снов. Не подумал, что он и в новолуние сработает. Благодаря камушку мой поросенок-брат и отправился на поиск приключений, доказывая старшекурсникам состоятельность. Я поздно вычислил промах. Пришлось будить Элиаса и просить применить родовой дар Ван-се-Росса.

- А Элиас...

- Такой же тугодум, как ты.

У меня голова шла кругом. Добраться бы до кровати и прилечь, чтобы подумать в одиночестве. А еще лучше - освободить голову от мыслей или же воспользоваться вспомогательной магией мэтра Шаадея и погрузиться в контролируемый сон о чем-то приятном и светлом, где нет места ни злым духам, ни выбивающим из колеи полуведьмакам.

Реализовать задуманное не трудно. Мы как раз дошли до сектора полуцветов. Но я не спешила открывать дверь. Посмотрела на Ульриха испытывающе.

- А у тебя какие родовые дары?

- Мой дар бесполезен, - ответил парень уклончиво. - Коричневый цвет магии вообще не считается выдающимся.

- Дар? Почему ты говоришь в единственном числе?

Ульрих усмехнулся с видом мага, застигнутого врасплох.

- ЛИЛИТ!

Мы с парнем подпрыгнули одновременно, не ожидая ни шума, ни вторжения. По коридору к нам быстро приближались взволнованные Агния и Шем.

- Лилит, мы тебя везде искали! - объявила подруга и прожгла гневным взглядом Ульриха.

Официальный «жених» недалеко ушел от огневички. Посмотрел на моего спутника с ненавистью, способной сотворить проклятье на несколько поколений.

Но полуведьмака разве проймешь?

- Кажется, я исполнил роль провожатого.

Он отвесил шутовской поклон и покинул поле несостоявшегося боя.

- Позер! - процедил ему вслед Шем.

Агния набросилась на меня.

- Разве я не просила держаться подальше от Ульриха Бернарду? Лилит, ты вообще о чем думаешь? Вроде разумный полуцвет, а на деле сплошное легкомыслие!

Но едва ли я слышала претензии подруги. Голову занимали глупые мысли. Например, что коричневый цвет магии, пусть и не выдающийся, зато отлично сочетается с синим. И вообще, подумаешь, что я не полноценная. Ульрих тоже не настоящий маг.

Как и обещала Юмми, последующие обрядные дни проходили легче. Слабость беспокоила, но я больше не ощущала тошноты и желания сбежать из ордена. Погружаясь в прошлое Гвендарлин, любовалась строящимся замком. С каждым днем нас уносило все дальше во времени, и «скелет» превращался в хорошо знакомое величественное здание, только совсем «юное», без привычного налета древности.

В предпоследний день, любуясь тянущимися к солнцу башенками, я пожалела, что не родилась на восемьсот лет раньше. Замок до пожара выглядел гораздо приветливее. Я физически ощущала излучаемый им свет. Свет, от которого сегодня не осталось и намека. Он погас, и вряд ли по своей воле. Некая злая сила уничтожила его, искалечив стены. Не памятным огнем, а чем-то иным. Этих ран не увидеть обычным зрением. Но я знала: они покрывали Гвендарлин вдоль и поперек.

- Опять нудятина? - спросила Агния, когда я вернулась в сектор.

- Угу.

- Стерва она - эта Дитрих. Нос бы ей подпалить.

Я смолчала, надеясь, что упомянутая часть лица преподавательницы останется невредимой. Вообще-то Дитрих придумала отличный план, когда узнала от Ульриха о негодовании и подозрениях полуцветов. На следующий же день накинулась на меня на уроке. Я «посмела» уронить учебник, за что и заработала «наказание» на шесть обрядных дней. Теперь друзья считали, что вечера я провожу в классе за чтением одного параграфа за другим. Вслух!

- Не говори так, - попросил Агнию Шем. - О Дитрих. Нехорошо.

- Подумаешь, - протянула огневичка насмешливо. - Я бы ей помимо носа ещё что-нибудь подпалила.

Парень тяжело вздохнул, не одобряя желаний Агнии, но промолчал. Спорить с ней - себе дороже. Шема, в отличие от нашей подруги, «блажь» магини не огорчила. Он предпочитал, чтобы я сидела в классе, нежели бродила по замку в компании Ульриха. Приятель так бурчал в тот памятный вечер, что я грешным делом вспомнила мамины подозрения, но потом отринула их. Чушь. Шем не питает ко мне никаких чувств, кроме дружеских. Просто не хочет, чтобы я снова вляпалась в неприятности из-за полноценных.

- Брысь!

От громкого вскрика я подпрыгнула в крессе и больно прикусила язык.

Возмущалась Милли. На Урсула.

Мои кулаки сжались, в ушах загудело от желания кинуться на защиту необычного питомца. Но я вовремя сообразила, что спасать следует не кота. Синяя живность застыла посреди гостиной в боевой стойке и шипела на Милли, явно готовясь к нападению. Или лучше сказать - к бою.

- Брысь! - девчонка испуганно пятилась. Вот-вот врежется в обеденный стол.

Котяра потек за ней по ковру, глубоко вонзая в ворс острые когти.

- Шшшшшааааа, - объявил он угрожающе и предвкушающе.

Шем и Лиан испуганно заохали. Зато Агния не разделила паники.

- Во дает, - шепотом выдала она, силясь скрыть радость и одобрение. - Наш парень.

В глубине души я соглашалась, что Милли заслуживает хорошей порки. В дополнение к пострадавшему лбу. Но бездействие рикошетом ударит по нам с питомцем.

- Урсул! - завопила я, кидаясь на помощь воровке. - Нельзя!

Котяра не послушался. Повезло, что у нас Милли реакция хорошая. Девчонка успела запрыгнуть на стол с неожиданной для пухлой фигуры ловкостью, а я - перехватить боевую живность в прыжке.

- Пшшшшаааа! - возмутился Урсул.

Но я поволокла его прочь, слыша вслед горестные причитания Милли. Воровка жаловалась сбежавшимся на шум девчонкам на несправедливое нападение.

- Что я сделала? Шла себе мимо! Чего они привязались - коты? Сегодня черная кошка в коридоре шипела и зубы показывала. Откуда только взялась? А теперь этот - синий!

Я едва не рухнула с лестницы. Спиной назад.

Черная кошка? Опять?

Ну, всех в болото! В непроходимое!

Я вбежала в спальню и основательно встряхнула кота. Сначала надо разобраться с этой животинкой. О Тире или о ком-то сильно смахивающем на нее подумаю позже.

- Нельзя! - повторила я строго. - Понимаешь? Нельзя!

Серебристые глазки Урсула смотрели укоризненно.

- Да, я знаю: Милли - воровка и служит духу. Но нельзя же калечить ее у всех на виду. Тьфу! Ее вообще нельзя калечить! Это приказ. Ясно?

Воинственное выражение сползло с кошачьей морды, сменившись разочарованием.

Похоже, мое прямое распоряжение котейка не мог нарушить.

...Вечером, после седьмого обряда, я рассказала о происшествии Эмилио. Мы со средним герцогом остались в убежище вдвоем. Предпоследними комнату под фонтаном покинули Дитрих с Юмми. Магиня, уходя, кинула на меня мрачный взгляд. Уж не ревнует ли? С чего бы? Эмилио мне в отцы годится, а, по «экспертному» мнению Агнии, им и является.