Мы, монстры. Книга 3: Зверь (СИ) - Вернер Тим - Страница 89

       Тейрин все молчал.

       Крит успел тихо вздохнуть, изучить все окрестные тучи, а также подумать о том, что с такими тучами нет смысла смотреть в небо — все равно ничего не увидишь, и только потом Тейрин снова заговорил. И сказал, как обычно, совсем не то, чего от него ждешь. И совсем с другой интонацией. Крит не разобрал, с какой именно, успел заметить только, что с неожиданно живой. Тейрин даже не сказал — спросил:

       — А если они погибнут?

       Крит нахмурился. Нет, он все-таки решительно не понимал, о чем мальчишка думает. Даже примерно. Вроде как, только что судьбы мира решал… а теперь? "Они" — это опять эти двое? Ну, а кому ж еще быть? Не о даарцах же он так печется.

       — Н-ну… — неуверенно протянул Крит. И еще менее уверенно предположил. — Значит... судьба?

       — О ком тогда мы будем писать легенды? — спросил Тейрин и намек на интонацию в голосе снова исчез — вернулся к равнодушному, задумчивому состоянию.

       — Легенды? — удивился Крит. Нет, ну это просто. — Найдём. Что, идиотов вокруг мало?

       Тейрин медленно развернулся. Все так же задумчиво окинул его взглядом, но Криту показалось, что сейчас мальчик — хотя, какой это теперь мальчик? — думает над тем, насколько сложно будет добросить его до края площадки. Взвешивает.

       И вдруг Крит понял одну простую вещь. Настолько простую, насколько и невероятную. И настолько невероятную, что не удержал в себе, спросил вслух:

       — Ты что… тебя волнует их судьба, Повелитель?

       Тейрин задумчиво качнул головой. Вроде бы, отрицательно.

       Вновь вернулся к созерцанию неба.

       И еще через много, много долгих мгновений спросил:

       — Зачем пришел?

       — Торговцы прибыли, — сообщил Крит. — Час посещения пока не настал, но они уже ждут внизу. Может, тебе будет лучше...

       — Ждут внизу… — отстраненно перебил Тейрин и наконец-то стал похожим на себя — глядящего сквозь пространства призрака. — Я спущусь. Когда настанет час. Иди.

       И не оборачиваясь, взмахом руки, отпустил.

       Крит развернулся, вышел за дверь, аккуратно прикрыл за собой. Сильно не хлопал — а то еще снесет таки Тейрина с края, так близко к нему он стоит. Всегда слишком близко.

       Толкать его что-то расхотелось.

       Крит свое дело сделал — напомнил о встрече. Теперь есть шанс, что Тейрин о ней не забудет. Если не слишком задумается. Если не засмотрится в небо.

       Странное было чувство. Крит, вроде как, нашел наконец хоть какую-то уязвимую точку. Точку контакта. Точку, в которой Тейрин превращался в человека. Кажется, мальчик каким-то образом привязался к этим двум сумасшедшим. Но эта информация не давала Криту ровным счетом ничего: никак не используешь ее против Тейрина. И даже наоборот: против превратившегося в человека Тейрина и использовать ничего не нужно было.

       Зачем? Одно дело — победить призрака. Другое — только что выросшего мальчишку, который, оказывается, умеет переживать за своих героев. Выбирать не умеет героев, это да. Но это ведь его дело, в кого верить.

       А правитель он, если подумать, не самый плохой.

Глава 27. Готов?

В дверь застучали, сильно и настойчиво.

       “Если это опять кошмары…” — угрожающе подумал Рэй и мрачно спросил:

       — Что?

       — Возвращается! — крикнул страж из-за двери. Кто именно — даже не уточняли. И так ясно.

       Рэй набросил плащ, одним прыжком оказался на пороге, рванул засов, за ним — дверь, чуть не сбил стража и бросился к винтовой лестнице, ведущей на посадочную площадку. Взбежал по ступеням. Кажется, перепрыгивал через несколько сразу. Он не запомнил, не успел — ступени слишком быстро закончились.

       Раз — и преодолел. Не устал, не запыхался, не сбил дыхание. Слишком важным было сообщение, которого ждал.

       Он все равно не успел встретить — когда вылетел на посадочную площадку, Риирдал уже протягивал поводья погонщику, остальные из его отряда были еще в небе — догоняли. Но не Дал. Этот — всегда первый.

       Тянуть с новостями на этот раз не стал: обернувшись на глухой удар распахнутой двери о стену, глянул Рэю в глаза и коротко кивнул: да, все в порядке. Хранители приняли даарцев.

       И лишь потом, передав поводья и развернувшись спиной к погонщику, приветственно поклонился.

       Рэй кивнул в ответ. Вторым кивком приказал следовать за собой. Он узнал все, что было нужно. Но кое-что еще предстояло узнать Риирдалу.

       Дал приподнял бровь — едва заметно. Так, что могло показаться, этого жеста и не было. Но Рэй слишком хорошо его знал — жест был. Словно тот спросил, чуть слышно, но спросил: “Что, прямо сейчас?”

       Рэй молча развернулся и двинулся к лестнице. Далу пришлось следовать.

       Да, прямо сейчас.

       Конечно, Рэй успел рассмотреть: и темные круги у него под глазами, и как нетвердо он стоит на ногах, и нездорово горящий взгляд — такой взгляд у Риирдала всегда бывал, когда силы уже на исходе, когда он сам живет, существует на одной воле, на нездоровом своем упрямстве. Дал со своими людьми и так сделал слишком много. Они и так не спали и, возможно, не ели несколько дней подряд.

       Им бы сейчас всем отдохнуть. Риирдалу — в первую очередь. Но Рэй подозревал, что и у него самого взгляд сейчас — не лучше. Просто не время отдыхать, пока — не время.

       Он сбежал по ступеням. Все так же, не оборачиваясь, догадался, что Риирдал снова поднял бровь, когда Рэй завернул к своей комнате. Но пока подходил к двери, провожая взглядом почтительно отошедшего стража, пока отворял и оборачивался, чтобы кивнуть Далу, тот уже, должно быть, разобрался со своим выражением лица — смотрел холодно, равнодушно. А может, он просто настолько устал, что на все уже было плевать.

       Дал вошел, Рэй кивнул на стоящий у стола стул, привычно громыхнул засовом, направился следом, сел напротив. Дал уже успел откинуться на спинку, скрестить руки на груди, смерить холодным взглядом и спросить:

       — Что случилось?

       — Йен, — коротко ответил Рэй. И вот теперь Дал точно поднял бровь. Очень заметно поднял. Но ничего не спросил больше, ждал. Или — что скорее — снова старательно сдерживался, чтобы ничего не сказать. Например, что-то вроде: "Ага! А я говорил!"

       — Он… был здесь, — Рэй не то чтобы, подбирал слова, у него особо не из чего было выбирать, но говорить получалось тяжело и медленно. — Дэшон видел его. Видел, как Йен превратился в птицу и улетел.