Год Дракона - Давыдов Вадим - Страница 133

– Жив!? Сюда его, быстро, смотрите, не покалечьте мальчишку! – и, повернувшись к Майзелю, расплылся в счастливой ухмылке: – Догадался выпрыгнуть, смотри-ка. А, пожалуй, возьму я его к себе в бурсаки!

– Гонта. Ты мудак, – Майзель продолжал смотреть в сторону Олеси, которая приближалась удивительно медленно.

– Так точно, – еще шире ухмыльнулся Богушек.

– Я тебя предупреждал.

– А я облажался, – согласно кивнул Гонта и посмотрел на Майзеля с Еленой, мгновенно стерев ухмылку с лица. – Облажался я, голубки. Первый раз в жизни я так облажался. Старый стал, наверное. Пойду на пенсию.

Бронемашина с «дьяволами» с визгом затормозила в двух шагах от них. Бойцы вытащили ободранного и перепачканного Жуковича и поставили его перед Майзелем, как куклу, поддерживая, чтоб не упал, – от удара о землю при прыжке и последовавшим взрывом Павла контузило. Он дико улыбался разбитым лицом.

– Что ж ты натворил, малыш, – Майзель вздохнул.

Павел посмотрел на него одним глазом:

– Я его ебнул, Дракон. Это не ты, это я его ебнул. Сам ебнул. Младший сержант вэ-дэ-вэ Жукович, вэ-чэ одиннадцать тридцать пять. Пиздец Лукадрищеву. Понял? Десант, бля. Не хуй собачий! За Андреича с Викторовной. За барышню. За нас всех!

Олеся, вся мокрая от росы и задыхающаяся от сумасшедшего бега, рванулась к нему:

– Пашенька!!! Пашенька, родненький, любименький, Пашенька, жив, жив!

Она повисла на нем, – не столько на нем, сколько на бойцах, которым пришлось держать обоих, целовала, как сумасшедшая, его перепачканную сажей, ободранную физиономию, он еле успевал уворачиваться:

– Ну, живой я, живой, че ты ревешь-то теперь, дуреха ты ненормальная, – бормотал Павел, прижимая к себе Олесю одной рукой, – вторая висела, как плеть, – не то вывих, не то перелом. – Не реви ты, все нормально. Живой же я?

Все смотрели. И молчали.

Богушек крутанул головой так, что хрустнули позвонки:

– Остановить мелодраму?

– Дубль два, – усмехнулся Майзель. – Не надо, Гонта. Мне нравится.

– Данек, – Елена привстала на носки и дернула его за ухо. – Успокойся. Ты уже ничего не можешь изменить. Забери детей, мальчику нужно первую помощь оказать!

– Давайте, в самолет, обоих, – решил Майзель. Он покачал головой, посмотрел зачем-то себе под ноги. – Показания давать придется, Паша. Очень на тебя новая власть сердиться будет.

– По хую мне, – Павел сплюнул на землю комок черно-красной слюны.

– Ну, мы тебя в обиду не дадим, – Майзель посмотрел на него и вдруг усмехнулся. – Дурак ты, Павел, но это, наверное, со временем пройдет. Я очень надеюсь. Потому что я успел тебя полюбить.

Он обнял Елену и почти понес ее вверх по трапу, бросив на ходу:

– Готовьте полосу, и побыстрее. Гонта, я тебя дома убью.

– Че это он сказал-то? – Павел посмотрел сначала вслед Майзелю, потом на затихшую у него на груди Олесю и перевел растерянный взгляд на Богушека. – Какая, нахуй, любовь?!

– Эти слова много значат, мальчик, – тихо ответил Гонта, тоже глядя Майзелю вслед. – Если Дракон сказал человеку такое, будет у человека в жизни все хорошо. Ты это поймешь потом, мальчик. Вперед!

ИЗ СООБЩЕНИЙ ИНФОРМАЦИОННЫХ АГЕНТСТВ

Москва, 20 мая. ИТАР-ТАСС. Пресс-центр ФСБ РФ сообщил журналистам, что в Москве и Санкт-Петербурге, а также Челябинске и Хабаровске произведены аресты высокопоставленных военных. Арестован, в том числе, заместитель начальника Генерального штаба и главнокомандующий ракетно-космических войск РФ. О причинах ареста было объявлено чрезвычайно скупо – «коррупция, повлекшая за собой государственную измену». Сегодня же из Москвы было выслано несколько десятков сотрудников дипломатических представительств арабских государств, арестовано несколько влиятельных бизнесменов арабского и чеченского происхождения, произведены перестановки в некоторых государственных ведомствах, в том числе в силовых министерствах. Чрезвычайные и Полномочные Послы Ирана, Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, Йемена и Катара были вызваны в МИД РФ, где им были вручены ноты протеста, о содержании которых ничего не известно. Вечером все указанные дипломаты были отозваны в свои столицы «для консультаций». Российские представительства в этих странах временно прекратили работу. МИД РФ обратился к гражданам России с рекомендацией воздержаться от поездок в целый ряд стран Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии.

Минск, 20 мая. Вступившие в город вместе с частями Беларуской освободительной армии корреспонденты масс-медиа сообщают о поразительном спокойствии, в обстановке которого происходит передача власти. О местонахождении президента Лукашенко и ряда его наиболее одиозных приспешников ничего не известно. Представители БКА и Центральной Рады БНР никак не комментируют этот факт.

Минск, 20 мая. Столица Беларуси полностью перешла под контроль новых властей. Сообщается, что завтра состоится провозглашение независимости БНР и будут официально подняты государственные флаги исторического, бело-красно-белого колера. В городе повсеместно видны бело-красно-белые полотнища, развешиваемые жителями в окнах домов. Обстановка в столице спокойная, частично ограничено движение по нескольким центральным улицам, однако о введении комендантского часа не сообщается.

Москва, 20 мая. Комментируя вчерашние события в российской столице, аккредитованные здесь масс-медиа теряются в догадках и выдвигают различные версии. Общее мнение, однако, единодушно связывает происходящее в Москве с трагическими событиями в Беларуси. Официальная версия событий по-прежнему не прозвучала.

Минск, 21 мая. Сегодня здесь официально провозглашено возрождение Беларуской Народной Республики и объявлен состав переходного правительства, которое будет работать до того момента, пока не состоятся выборы в Центральную Раду БНР, намеченные на осень. Настоящей сенсацией прозвучал тот факт, что министр обороны Беларуси сохранил свой пост и в новом правительстве. Председатель Комитета национального спасения Алесь Пинчук заявил, что вклад министра генерал-лейтенанта Олейникова в укрепление основ военного строительства в Беларуси трудно переоценить, и выразил надежду, что усилия, затраченные Олейниковым, пойдут на пользу новой армии нового государства. В ответном слове министр поблагодарил за оказанное доверие и заверил правительство, что сделает все от него зависящее для того, чтобы армия и народ представляли собой единое целое, как это и должно быть. Аналитики считают, что это решение, хотя и является, мягко говоря, нетрадиционным, в полной мере соответствует внутриполитическим реалиям, сложившимся в стране, и обеспечит полную лояльность военных новым властям. Полагают, что с Олейниковым были проведены секретные переговоры, однако этот факт отказываются комментировать и Комитет национального спасения, и сам генерал, заявив, что имевшие место контакты состоялись в интересах и на благо страны и народа.

ПРАГА, ГОСПИТАЛЬ СВЯТОЙ ЕЛЕНЫ. МАЙ

Елена сидела на кровати и держала Сонечку за руку. Девочка спала. На шее у нее по-прежнему была фиксирующая повязка, правда, теперь не такая пугающая, как в Минске. Услышав стремительные шаги Майзеля, Елена обернулась и прошептала сердито:

– Тише, пожалуйста! Она, может быть, десять минут как сама заснула! За трое суток. Ужас какой-то.

– Это ничего, что ты говоришь по-русски, дорогая? – улыбнувшись, тоже шепотом ответил Майзель. – У тебя неплохо получается.

– На каком, по-твоему, языке я должна говорить сейчас с ребенком? – перейдя на чешский, прошипела Елена. Она поднялась и оттащила его за рукав в сторону, к окну. – Ты даже сейчас не можешь без своих...

– Это защитная реакция, ежичек. Не сердись. Сама-то ты как?

– Нормально. Я смертельно устала, но это пустяки, – Елена замученно улыбнулась.

Майзель долго смотрел в ее потемневшие глаза. Потом погладил ее ладонью по лицу:

– Елена.

– Не надо. Мы ведь никуда... Мы никому не отдадим ее, правда? Ты не можешь поступить так со мной.