Вызов (СИ) - Сударев Владимир - Страница 111

— А я тут причем? — удивился Ваал.

— Из имперской канцелярии пришло распоряжение о переводе вас в консульство баронства Толк.

— Почему я это узнаю от тебя? — поинтересовался консул и подозрительно посмотрел на помощника.

— Потому, что вы отключили вашу нейросеть от голонета, — усмехнулся помощник и вышел.

— Вот ведь, уел, — прошептал Ваал, он действительно отключил нейросеть, чтобы постоянные сообщения не мешали думать.

Включив нейросеть граф оказался засыпан ворохом сообщений среди которых было и предписание сдать дела своему помощнику и прибыть на пассажирский лайнер «Балла» для следования к новому месту службы. Для сопровождения пассажирского лайнера способного в себя вместить до десяти тысяч пассажиров выделялась патрульная звезда тяжелых фрегатов. Хоть в баронствах, через которые пролегал маршрут полета, отношение к пиратам было очень жесткое, изредка они промышляли на территории баронств, нападая на слабо защищенные корабли. Фрегаты, после прибытия лайнера в систему Толк, должны были вернуться на военную базу патрульного флота в системе Квац, где собственно и собирались все добровольные переселенцы. Лайнер, являвшийся собственностью одного из дварфов, написавших письма, и эксплуатировавшийся все эти годы его женой, должен был остаться в системе Толк, в ожидании конвоя в герцогство.

Тяжело вздохнув граф начал собираться. Ему предстоял недельный перелет в систему Квац, а потом, двухмесячное путешествие в баронство Толк в компании с дочерью и шестью тысячами придурков, многие из которых надеялись найти следы своих пропавших более двадцати лет назад родственников. К таким сумасшедшим Ваал относил и свою дочь Труну, считавшую, что пропавшая больше двадцати пяти лет назад Лаона, может находиться в этой системе на одном из аварских кораблей.

Единственное в чем граф соглашался с имперской канцелярией, это необходимость открытия консульства в таком интересном месте. Правда, возможности торговли с баронством Толк, были практически нулевыми, поскольку перевозить продукты питания или руды металлов на такие расстояния было не выгодно, а ничего другого баронство не производило.

92

В системе Стольц Аня уже не была больше трех месяцев. Если честно, то еще столько же не показывалась бы там. Потому что посещения столичной системы всегда были связанны с какими-то конфликтами. За последнее время скопилось много дел в системе Стольц, решить которые дистанционно не получится. Конвой в столичную систему собирался изрядный. Тяжелый крейсер «Талог» изображал линкор дварфов серии «Звездный молот» и являлся лидером. Пять аварских тяжелых крейсеров и носитель, укомплектованный тяжелыми истребителями, и штурмовиками собственного производства являлись серьезной группой охраны. Антранский линкор девятого поколения, три тяжелых крейсера девятого поколения и два тяжелых крейсера восьмого поколения имели на борту только боевую вахту и вполне могли участвовать в артиллерийской дуэли. Довершали караван два контейнеровоза. Крейсер «Лешша» вплотную занялся расчисткой системы со стороны баронства Толк, где было очень много кораблей, которые без больших затрат возможно было отремонтировать в довольно короткие сроки. Плюс к этому расчищался коридор для движения караванов в баронство.

Для предотвращения возможной засады, было решено выйти из гипера возле системы DX— 18006. Решение было правильным, в системе была обнаружена довольно крупная засада. Возле обеих точек выхода из гипера по маршруту следования из системы Сирла в систему Стольц под маскировочным полем находилось по одному линкору, пятерке тяжелых крейсеров и одному тяжелому носителю. В самой системе затаились еще десяток тяжелых крейсеров с глушилками гипера на борту. В точке выхода из гипера со стороны системы Стольц дрейфовали три поврежденных тяжелых фрегата, и еще парили утечками воздуха.

Корабли конвоя легли в дрейф далеко за пределами чувствительности кораблей засадников. Аня минут пять рассматривала диспозицию, прежде чем начала отдавать команды.

Тяжелый носитель покинули два десятка абордажных ботов с диверсионными комплексами на борту и под маскировкой устремились каждый к своей цели. Еще четыре абордажных бота поднялись с «Талога». Боты подлетали на дистанцию действия арийских излучателей и замирали, ожидая подлета к своим целям ботов, которым приходилось преодолевать большее расстояние.

Наконец через три часа ожидания, за которые засадники пару раз обменивались зашифрованными пакетами данных, операция началась одновременно на всех двадцати четырех кораблях противника. Было интересно наблюдать, как вражеские корабли выпадали из невидимости по мере применения против них излучателей. Затем в дело вступили диверсанты, а с «Талога» и аварских крейсеров на вражеские корабли отправились партии живых десантников. Вялое сопротивление противника, оказавшегося аграфами, на ближайших кораблях было подавлено раньше, чем десантные боты достигли дальних кораблей. Единственной проблемой стала зачистка носителей, так как на них пилотами истребителей были люди и дварфы с рабскими имплантами. Почувствовав, что рабские импланты их не контролируют, пилоты истребителей сами провели зачистку экипажей, и стоило большого труда успокоить разгоряченных кровью людей и перевезти их на «Талог» для извлечения рабских имплантов. Если десантники, проводившие зачистку кораблей в точке выхода из системы Сирла, брали в плен тех, кто не оказывал сопротивления, то группа, проводившая зачистку точки выхода из системы Стольц, пленных не брали. Десантники, пролетая мимо места разгрома тяжелых фрегатов, отлично видели мертвые тела без скафандров, дрейфующие вокруг фрегатов.

К окончанию десяти часов с момента выхода в системе абордажная операция на аграфских кораблях была завершена и на «Талоге» скопилось почти две тысячи людей и дварфов с рабскими имплантами, а на аварских тяжелых крейсерах собрали почти пять тысяч аграфов. Если с извлечением рабских имплантов и заменой нейросетей на симбионты проблем не было, то что делать с аграфами, Аня не представляла. По-хорошему всех аграфов нужно было ликвидировать, но обнаруженные на аграфских кораблях криокапсулы позволили отложить эту проблему на неопределенный срок. Второй проблемой были сами корабли аграфов. Уничтожать их не хотелось, все же корабли были абсолютно исправны, но и тащить их в систему Стольц было бы глупостью. Просидев с час над картой системы, Аня решила отбуксировать все аграфские корабли даже дальше того места где они вышли из гипера. Никакими средствами обнаружения нельзя было зацепить этот импровизированный отстойник из стандартной точки перехода в гипер, даже гравитационные датчики на таком расстоянии не могли показать точное направление.

Сказано, сделано и почти шесть суток крейсера, и линкор работали буксирами, оттаскивая аграфские корабли далеко за пределы системы. Несмотря на опасения Ани, никто их не потревожил. Всем бывшим рабам установили симбионты, Аня провела присягу и теперь разумные ударными темпами обучались для перегона аграфских кораблей. Самым последним делом в системе был сбор тел мертвых патрульных, которых набралось сто пятьдесят человек. Плюс к этому с фрегатов сняли уцелевшие искины и все другие носители информации. Отбуксировав сильно поврежденные фрегаты в сторону от точки выхода из гипера, чтобы они не мешали полетам, караван начал разгон для прыжка в систему Стольц.

Выход каравана из гипера в столичной системе сопровождался некоторой паникой, прекратившейся сразу после выхода Ани на связь. Не смотря на желание диспетчера поговорить, Аня сослалась на необходимости связи со службой безопасности, отключила канал связи, едва получив маршрут для следования к персональной парковке.

Полковник Нелк на вызов ответил почти сразу, хоть по времени станции Верш 3 была глубокая ночь.

— Здравствуйте герцогиня Аня, — поздоровался он.

— И вам не хворать, но если будете постоянно сидеть в такое время на работе, здоровья не прибавится.