Соло для попаданца с оркестром (СИ) - Селиванов Дмитрий - Страница 93

— Поединок отрядов! — Уцепился за последний шанс Радзилко, снова по подсказке Стэна.

А вот это просто подарок какой-то! Вырезать сразу всех приспешников графа. Особенно этого слишком умного управляющего. Потому что формула «здесь и сейчас» означает, что должно быть использовано именно то оружие, которое было на момент вызова. А это можно трактовать двояко. Как то, что нельзя брать что-то другое. Так и то, что нельзя убирать что-либо из оружия или кого-либо из соратников. Значит, Стэну не отвертеться от драки. Хотя, он вроде и так рвется в бой.

***

Еще немного формальностей, и наши отряды разошлись на разные концы площади, готовясь к бою. В одну сторону — отряд графа из дюжины воинов, капитан Стэн и сам граф Радзилко.

А на другой стороне — мой отряд, из одного меня. Вариантов с отрядом не просматривалось. Самый лучший стрелок в округе — Натаниэль, как и самый лучший одиночный боец — Нах'тал, сейчас не могли встать рядом со мной. Впрочем, На'тин тоже могла бы прикрыть мне спину. Только сейчас они не могут идти в бой, они свидетели поединка, а не бойцы. Остальная команда осталась в замке, я никого не стал вызывать сюда. За отсутствием гербовой, как говорится… Ладно. Потанцуем!

Один из сержантов подал сигнал боевым рогом, взятым у бойцов графа. И весь отряд рванул в мою сторону, на ходу разворачиваясь в небольшую лаву. Зеваки, которые по глупости еще не освободили площадь, начали разбегаться. Понимать же надо, откуда можно безопасно на всё смотреть. Вон, капитан Мораник увел моих жён на крыльцо ратуши. Остальная городская стража тоже стояла в различных проходах, куда всадник просто так не попадет. Боевой бык — это ведь почти машина смерти, его может остановить только крепкая стена.

Прошло несколько секунд, и всадники взяли максимальный разгон. Хотя, какой сейчас смысл, если у бойцов не было с собой длинных пик? Да и разгоняться на таком маленьком расстоянии, чтобы тотчас же тормозить? Тем не менее, граф решил максимально использовать свое преимущество, просто попробовав растоптать меня. Я так и думал, что быки будут использованы сразу. Надо только пережить эту лобовую атаку. На меня в первом ряду мчались сам граф и его управляющий, пробуя зажать меня в клещи. За ними — ведь отряд в два ряда, эдаким зигзагом. То есть, увернуться нереально. Если не попадешь под копыта одних, то наденут на рога другие. Сейчас бы два лука моих жён, а особенно эльфийский, очень пригодились. Повалить первых быков — и затор обеспечен.

Можно было бы попробовать и мечом. Но этих монстров также просто, как тогда — в Шламе, не завалишь. На них надето всё необходимое для боя снаряжение.

Эх, придется циркачом побывать. Не вынимая оружия из ножен беру разбег навстречу Стэну. Никакого особого выбора, просто он был на ровной линии между мной и скачущим следом бойцом. Чем военным нравится таран бычьей кавалерии, так это тем, что разъяренное животное само участвует в атаке. Топчет мощными копытами, поднимает на рога. Вот последним рефлексом и воспользуюсь. Обычному бойцу проделать такое невозможно, поэтому про такое никто не думает. Бык уже передо мной, его рога нацелены точно на меня. Берусь за основание стальных пик, которые удлиняют и делают острее природные выросты животного. Сейчас, в ускоренном режиме, это проще простого. Одновременно с рывком головы быка отталкиваюсь от земли, а потом и от рогов. В полете буквально выстреливаю рукой в голову капитану. Тот вылетает под копыта несущегося сзади скакуна. Я остаюсь верхом, схватившись за луку седла и подтянувшись обратно. Хотя долго мне здесь не пробыть. Скоро бык очухается и поймет, что родного всадника нет в седле, начнет выписывать кренделя. Но и этого времени мне хватит.

Если спереди поразить несущегося скакуна нереально, то со стороны седла открываются новые возможности. Я вытащил нож и воткнул его в шею между позвонков. Толстым кинжалом это сделать затруднительно, зато плоский нож легко проник между косточками и перерезал спинной мозг. Бедное животное смогло сделать еще несколько шагов, а потом его парализовало, ноги подкосились. И туша быка пропахала мостовую, высекая амуницией искры из камней. Нож так и остался в шее, зажатый позвонками. Соскользнув с седла, я упал на землю практически под быка и постарался прикрыться телом павшего скакуна, чтобы не оказаться раздавленным. Скачущий следом боец не успел среагировать, и его бык споткнулся, вставая на рога. Всадник вылетел, как из катапульты, и сбил разворачивавшегося графа. Оба влетели в стену дома, где и прилегли отдохнуть. Еще два всадника, следовавшие в шаге позади быка-катапульты, тоже оказались на земле, не успев отвернуть. Минус пять. Осталось всего девять. Плевое ведь дело, ага! Э, нет! Дела похуже. Граф барахтается, как и один из последних упавших.

Но и у меня шансов выше крыши, если противники наскакивают на меня по одному, а не пытаются раздавить все сразу с разбега. Я стоял между павшими быками (тот, что встал на рога, всё-таки свернул себе шею) и отбивал атаки мечей. Подскакать поближе у всадников не получалось — быки начинали спотыкаться о туши собратьев. Пики у бойцов также отсутствовали. Оставались только удары кончиком меча. Я в таком положении тоже не мог их достать, но и выходить под живые танки не хотелось.

Положение изменилось, когда очухался граф. Резкая команда, и бойцы спешиваются. А потом начинают зажимать меня в кольцо. Запрыгнув на одну из туш, я быстро рублю двух противников, пока они не очухались. Третий успевает отбить удар и нанести свой, но я уже отскакивал обратно, и его выпад не достиг цели. Сразу же выскакиваю с другой стороны и опять успеваю зарубить двоих. Минус семь. Теперь точно половина. Эта мысль прерывается острой болью в плече. Соскакивая назад я не учел, что это место будет уже занято. Радзилко, пока я рубился к нему спиной, успел перепрыгнуть другую тушу. Соскакивая после атаки обратно в убежище, я сам накололся на его выставленный меч. Резко подавшись вперед, я соскользнул с клинка, но ранение оказалось серьезным. Правая рука упала безвольной плетью. Работать ею теперь невозможно, пробита дельта.

Подхватив выпадающий меч левой рукой, я развернулся, вставая в защитную стойку. Улыбка превосходства медленно сползла с лица Радзилко. Не ожидал, маньячелло, что смогу и левой рукой работать?

Я раз за разом отбивал атаки графа, постепенно отступая. При этом я старался больше не упускать то, что происходило в задней полусфере. В магическом зрении можно увидеть всех вокруг, но вот детали зачастую не понятны. Если я буду смотреть на бой магически, то не смогу увидеть некоторые удары и среагировать на них. Приходилось переключаться на магическое зрение только в особых случаях и ненадолго. А еще вертеть головой и прислушиваться.

Вот и атаку этого громкоголосого можно было легко предсказать. Ориентируясь по приближающемуся реву, я в последний момент отскочил в сторону, уходя от замаха топора. Меч, оставшийся на уровне колен, тряхнуло, и запнувшийся боец так и упал с топором над головой. Шея одного из оглушенных, который еще приходил в себя, оказалась на пути боевого топора, окончательно выводя воина из строя. Да и этот, с одной ногой — не боец.

«Надо уходить от стычек с графом», — подумал я, снова беря на блок атаку Радзилко. Пока у меня за спиной вертятся другие его воины — нет возможности дать ему нормальный бой. Слишком уж хороший боец. До заживления раны еще далеко, но кровотечение уже остановилось под тонкой пленкой свежей кожи. Теперь можно и побегать. Сколько же осталось? Я сбился со счета, оглядываться, как и вспоминать — нет времени.

«Пять, вместе с графом», — донеслась до меня мысль младшей жены.

«Спасибо, девочка!»

В следующий раз, дождавшись окончания атаки графа, я не просто отскочил одновременно с ним. Я просто рванул по дуге, по-быстрому налетая на каждого бойца. Да, эти тролли сильнее и быстрее обычного воина, но тупы, а по сравнению с самим графом — просто улитки. Увернуться на ходу от удара бойца, ударить самому один или два раза — как получиться. И дальше — к следующему. Снова граф. Его даже не пытался ударить, перепрыгнул через клинок и побежал на новый круг.