Соло для попаданца с оркестром (СИ) - Селиванов Дмитрий - Страница 62

На следующее утро у меня уже появилось достаточно сил, чтобы сидеть на стуле. Мне помогли добраться до открытой кухни, которая была сооружена в середине лагеря. Где я и провел время до вечера, наблюдая за сборами в дорогу. Здесь же меня навестили Итон с Жесли.

— Ха! Двенадцать противников в одиночку! Хотя, если у тебя жена орчанка. — И барон заржал во всё горло.

И этот туда же. Даже дважды туда же.

— Слушай, Итон. Я уеду. А вот у тебя проблем не будет?

— Уже нет. Альберто потерял силу. Сейчас весь город в курсе того, что судья составил документ для его отвода. И пусть рассматривать его в канцелярии короля будут долго, но поделать в Шламе он ничего не в силах. Ни один наемник не пойдет к нему на службу. Ни один торговец не продаст ему товар в кредит. Тот чиновник, который выдвинул Альберто на этот пост, сейчас отодвинут от трона. А у судьи Сталана достаточно хороших знакомых, чтобы теперь к нам прислали «правильного» представителя короля.

Как он все основательно разложил по полочкам. И вот этот человек показался мне простым рубакой и пьянчугой?

Вечером поужинали последний раз на этом месте. Все вещи были уложены, походная кухня упакована. Утром нас ждала переправа.

Часть 3. Глава 7. Если б я был султан, я б имел трех жён

[39] Песня из кинокомедии «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика» 1966 года. Музыка: Александра Зацепина. Слова: Леонида Дербенёва.

Утром меня разбудило мычание запрягаемых волов. Чтобы не было никаких накладок во время прохождения брода, в каждый фургон впрягали двойное количество волов. Пусть дно реки каменное и выровнено за многие годы использования брода, но никто не хотел застрять во время переправы, а потом таскать вещи по пояс в воде.

Переправив половину транспорта начали перегонять скотину обратно. И снова все с начала: мычание волов, крики погонщиков, свист и щелканье кнута.

Наконец, тронулся и мой фургон. Когда вышли на стрежень, койка подо мной закачалась. Я даже испугался, что нас снесет. Но нет, все обошлось. Фургон благополучно поднялся по выложенному камнем берегу и встал на свое место в колонне. Лишних волов отцепили и увели к своему транспорту.

От города Шлам-Хлам до собственно Королевского тракта была положена неплохая мощеная дорога, и этот участок пути занимал всего несколько часов. Недалеко от выезда на тракт заканчивалась граница владений барона Ламского. Итон вдвоем с Жесли немного размялись, провожая нашу колонну. Приглашали заезжать, если буду рядом. Барон, кстати, вчера предлагал нанять мой отряд для охраны порядка, но я отговорился. Сказал, что надоело таскаться по Степи, и сейчас иду в восточные баронства — к берегу океана. Там и наймусь. Последний раз попрощались. Итон еще раз напомнил, что всегда готов поставить меня капитаном своей стражи. На вопрос, как быть с Жесли, который уже сидит на этой должности, ответил, что Жесли всегда будет командиром его отряда, и должен ходить в поход. А капитан стражи отвечает за порядок в городе. Совмещать эти обязанности довольно сложно.

Эх! Если бы я не выполнял важное поручение от одного высокопоставленного, очень высокопоставленного, лица! Какое теплое местечко приходится бросать!

Тракт действительно поражал воображение. Практически прямой линией он проходил от одного населенного пункта до другого. Пологие спуски и подъемы. Лежит не на земле, а на толстой подушке из утрамбованного щебня с песком. Тракт замощен крупными плоскими камнями, почти без стыка. На всем протяжении он оборудован канавами и водоотводом. Первое, что приходит на ум — дороги Древнего Рима. Говорят, что те трассы, которые когда-то проложили римляне тысячи лет назад, используют до сих пор почти без ремонта, только сверху кладут современное покрытие. Если дороги Империи еще лучше, то как же они устроены?

***

Наш караван идет, вытянувшись по правой стороне тракта. Это требование когда-то написал сам Зиртак Завоеватель. Впрочем, на самом деле это не его придумка, требование было взято из законов Тарианта. Правая сторона не позволяет тем, кто передвигается по дороге, неожиданно нападать на других путников. Попробуй ударить того, кто находится от тебя по левую руку. Вот такая безопасность движения. Лично мне не понятно, чем руководствовались в Англии, прописывая левостороннее движение. Это же никаких проблем с внезапным нападением. Опускаешь копье и таранишь. А потом, с появлением автомобилей — высунул руку с пистолетом в окно и пуляешь. А ты попробуй левой рукой постреляй.

Скорость по ровной мостовой выросла ощутимо, тем более на резиновых покрышках, хоть они здесь и без камер. За день мы стали проходить раза в два или три больше, чем по пересеченной местности. Скакать можно было бы и быстрее. Мы даже иногда разгонялись довольно ощутимо — может пятнадцать или двадцать километров в час. Вот только корова — не человек, долго бежать не может, зато шагом полдня без проблем может идти. Хотя под всадниками быки, как мне сказали, разгоняются до запредельных здесь скоростей. Я прикинул, и получалось, что не хуже лошади, то есть — около сорока километров в час. Но и лошадь, и бык не могут долго скакать. Они спринтеры, а не марафонцы.

За долгие годы, а с основания Зиртании прошли почти три стении, а если точно — четыреста восемь лет. Ровно через две дюжины лет ожидается грандиозные празднества. Подготовка к ним видна уже сейчас: что-то строится, ремонтируется. Так вот, за долгие годы владельцы трактиров и постоялых дворов вычислили, где заканчиваются бычьи переходы, где путешественники останавливаются на ночную или дневную стоянку. Вот и получается, что какое-то время едешь вдоль деревьев, и больше ничего вокруг. А потом раз — и перед тобой городок, где можно поесть, поспать, починить упряжь. Деревья вдоль дороги, кстати — это введение одного из королей. Они посажены, как защита от степной пыли. Рубить их запрещено, а за рощами обязан наблюдать королевский представитель в каждом крупном феоде. Не только в каждом графстве, даже в каждом важном баронстве есть такой же человечек, как Альберто. Хотя Королевский тракт — богатая нива. Все баронства, стоящие на тракте или около него — не бедны и очень важны.

Пока я все еще днем еду на своей койке, а вечером выползаю посидеть на общей походной кухне. В дороге сидеть долго не получается. Лечусь потихоньку. Суть лечения сводится к тому, что я ненадолго подключаюсь к той силе, что мне дает Пламя Смарагона. Вхожу в состояние полу-транса, вспоминаю Негасимое пламя, и Сила течет ко мне. Потом делаю перерыв, пока Сила не усвоится организмом. День ото дня это у меня получается все эффективнее. В первый день мне даже показалось, что у меня ничего не получилось. Я попытался обратиться к Пламени, так же, как всегда. Вспышка! И я снова его не чувствую. Повторная попытка не принесла результатов. Как и последующие. Даже вспышки не было.

Я пробыл в депрессии до следующего дня. Лишиться источника Силы при том раскладе, в котором я очутился, это было бы смерти подобно. Заснул я уже совсем отчаявшись. Зато когда проснулся, понял, что организм немного восстановился, и теперь подключение должно произойти. Новая попытка снова закончилась вспышкой. Но осталось ощущение более длительного контакта.

Следующую готовность впитать силу я почувствовал вечером. Потом следующим утром, днем и снова — вечером. Контакт становился длительней, а промежутки короче. Выздоровление шло в геометрической прогрессии. Позавчера сеанс длился «часик», а перерыв — час. Вчера дело было уже наоборот, сеанс длился час, а перерыв — «часик». Сегодня я вышел на финишную прямую. Закачивал силу под завязку. Вечером я подготовился к тому, что приходилось откладывать из-за моей «магической дистрофии».

Уже выздоровев, я понял, что когда подключался напрямую к Пламени Смарагона, то был недалеко от гибели или магической инвалидности. Это также, как при обычной дистрофии — можно получить заворот кишок от обильной и сытной пищи. Или как заряжать аккумулятор телефона от настенной розетки. Мне повезло, что мои предохранители «вышибало» и поток обрывался.