Соло для попаданца с оркестром (СИ) - Селиванов Дмитрий - Страница 52

Еще один способ кажется хорошим со всех сторон. Нужна была только активная помощь со стороны гномов. И Аарон согласился. Все гномы того отряда, что идет со мной, согласились играть безродных. Это очень серьезный шаг для подгорного народа. Силен, видать, авторитет Аарона Мечника, если они согласились на такое.

Теперь я Доменго, капитан отряда наемников. Джакобо мой заместитель и начальник штаба. На Санти лежат остальные обязанности — снабжение, быт. То есть, у меня два помощника: по военной и гражданской части. Гражданская часть — это все четыре наши дамы и Маэстро. А также Вогнир, как кузнец, и вообще мастер на все руки. Хотя он и ворчит, что не дают повоевать. Впрочем, как и Санти. Уговорил их тем, что они — последняя защита наших беспомощных женщин.

Сам отряд — две дюжины гномов в полном вооружении, которые Аарон отправил со мной. Немного переносной техники — заготовки для стреломётов.

К вечеру стала видна какая-то темная полоса впереди на горизонте. Значит, это последняя ночевка в степи. Дальше будет королевский тракт, который спускается вдоль реки до самого Восточного океана. В этом месте приток Саржи, которая течет на юго-восток, изгибом близко подходит к основной реке королевства Зиртании — реке Мар'че. Она не такая большая, как Саржа, но тоже достаточно полноводна, вот на ней когда-то Зиртак поставил свою столицу Марчак. Сейчас уже не понятно, реку назвали по имени города, или город по названию реки. Но есть у степных орков женское имя Мар(ы)Ча. При этом «Ы» произносится почти не заметно. Скорее похоже на «Мар'ча». Наводит на размышления о происхождении основателя королевства Зиртании и о женщине с таким именем.

Эту историю мне рассказал на одном из привалов наш орк Санти. На самом деле его имя звучит по-другому, но не каждый выговорит его правильно, что служит оскорблением для истинного орка. Поэтому все используют похожее человеческое имя.

Расположились вагенбургом. Как нам говорили на истории, «вагенбург» по-немецки значит «защитное строение из повозок». Burg'ом изначально на германских землях называли поставленные единым целым дом и несколько хозяйственных построек с внутренним двором. Эдакая бревенчатая мини-крепость. А потом гуситы — были такие повстанцы, стали называть передвижную крепость из повозок «вагенбург». От русского «гуляй-города» он отличается большей мобильностью, но зато меньшей защищенностью. Хотя, даже те телеги, про которые нам рассказывали на истории, позволяли в разы облегчать оборону. Фургоны же циркачей могли превращаться в мощный оборонительный рубеж. Дополнительные щиты, закрывающие проход снизу и между фургонами. Все пропитано средством от пожара и сырости. Наши фургоны перед отъездом тоже оборудовали подобными щитами, как и транспорт гномов. Шесть повозок у циркачей, два наших фургона, и четыре у отряда гномов. Итого, ровно дюжина. Правда, они разного размера и высоты. Но постепенно, от одной стоянки к другой, мы разобрались, в каком порядке они лучше стыкуются. И сегодня загнали повозки в круг довольно быстро. А сколько раз до этого мы цеплялись колесами фургонов или оглоблями! Один дрын даже переехали, и его пришлось менять.

Распределили часы дежурства. На этой неделе заступает на дежурство дюжина Контанира. Вообще, у каждой дюжины в отряде есть свой сержант, который и командует непосредственно воинами, выполняя мои распоряжения. Ближе по смыслу слово «дюженник», но такого слова в русском нет, а «десятник» не подходит по значению. Так что пусть будет «сержант». На прошлой неделе было дежурство Веринира, а сейчас должен Контанир. Два че… то есть гнома меняются каждые три часа: ночью на стоянке и днем в дозоре.

Вот, кстати, и сержант. Повозки уже стоят на местах, основные распоряжения розданы, и гном решил с кем-то потренироваться.

Так, это же мой побратим. Короткие и не постоянные всё-таки у него увлечения. Пример Аарона не смог надолго привить ему вкус к мечам. Стоило Вогниру увидеть, как Контанир на корабле разваливал своей секирой врагов на две половины, как тут же воспылал старой страстью. И ведь не объяснить ему, что такой лихой удар, как у сержанта, ему не удастся в ближайшую дюжину лет. А может и никогда. Контанир выше среднего гнома на голову, а ширина плеч не меньше, чем высота корпуса. Вот уж точно «косая сажень в плечах». Длинные руки опускаются до самых колен. И с этой гориллой Вогнир пытается тренироваться. Длинный боевой топор Книжника в несколько раз легче двухсторонней короткой секиры Контанира. Но тот машет ею как хворостиной. Удары Вогнира выбивают искры, когда два оружия сталкиваются, но он так и не смог пройти завесу стали, выставленной сержантом. В какой-то момент я думал, что побратиму всё-таки удастся достать Контанира. Резко перейдя из верхней рубящей атаки, когда секира противника уже пошла вверх, Книжник попытался подцепить сержанта под колено загибом лезвия. Но опытный гном просто поднял ногу и наступил на топор. Потеряв равновесие, Вогнир упал на колени, а возле его глаза уже блестело острие шипа секиры.

— Сколько в этот раз ты «умер», Вогнир?

— Мы только начали, командир, — пробасил сержант, опираясь на свое оружие. Это по человеческим меркам секира коротка, а гному она доходила до пояса. — Так что сейчас был первый раз. Но парень дерется всё лучше. Скоро с моими новичками сможет выстоять в бою.

Его «новички» — это два молодых гнома, которые пришли в отряд в прошлом году. На фоне самого сержанта они действительно не выглядят супербойцами, но уже давно не новобранцы. Хотя до уровня сержанта вряд ли дотягивает хоть один боец моего отряда. Сейчас обеими дюжинами командуют самые опытные сержанты, которых мог дать Аарон. Фактически, они могли бы стать капитанами, если бы была возможность создания для них отрядов — то есть двенадцати дюжин бойцов. Получается, что я «недокапитан» всего с двумя отделениями. А командует каждым не просто сержант, а «старший сержант». Их, кстати, уже ставили над подобными отрядами в несколько дюжин. И мне кажется, Аарон хочет, чтобы своим походом они заработали звания капитанов. Пока же каждый командует своей дюжиной и входит в мой штаб.

— Капитан, а сам размяться не желаешь?

Еще одна здравая мысль пришла в голову уже в дороге. Чтобы никто случайно не спутал, каким именем меня называть, договорились обращаться ко мне по званию. Если наши лица графу наверняка не известны, то про мое имя он точно в курсе. Так что «капитан» или «командир». Тренируются, но постоянно кто-то да ошибается.

— Так как, командир?

Взрослый же мужик. Он что, не видел мои тренировки с Аароном? Но воевать против секиры можно только каким-нибудь тяжелым двуручником. Мой бастард просто обломится.

— Есть такая поговорка «Не зная брода, не суйся в воду». Не буду я с тобой тренироваться. И вот почему…

Разгоняю восприятие. Мои действия видны гному только смазанным движением. Хватаю его за бороду, которую сержант начал отращивать в ожидании повышения. Пока длины бороды хватило только-только, чтобы он не вырвал её из моего кулака. Второй рукой приставил кинжал к подбородку гнома.

— Понятно? — Я сделал движение, как будто отпиливаю бороду.

— Понятно… Но как ты успеваешь? Я же знал о скорости и готовился. Но не успел даже руки поднять.

— С тобой это получается, потому что ты привык к тяжелой секире, — я отпустил бороду и отошел на шаг. — Но вот с Мечником такое у меня не пройдет.

Пусть считает, что его командир самый крутой. С меня не убудет. А кто именно из нас быстрее — я или Аарон, сейчас не важно. Важно, чтобы воины такого склада характера, как этот сержант признавали меня хорошим бойцом. Ведь таких гномов в отряде — подавляющее большинство. Вот второй сержант — Веринир, так он будет смотреть, насколько хорошо я командую. И его уважение надо заслужить не только силой, но и умом.

Наконец, ужин закончен, и лагерь постепенно затихает. Провели небольшую тренировку в музыке. Я пытаюсь подобрать по памяти ноты на гармошке. Маэстро перебирает струны ваколы и морщится. В городе ему вместо старых струн из жил поставили стальные — гномьей работы. Звучание изменилось совершенно. Стальные струны звучат гораздо чище и звонче, чем жилы и кишки. Но к этому надо привыкнуть и приноровиться. Вогнир собрал барабанную установку, схему которой я ему подсказал. Сейчас над степью разлетается барабанная дробь разной тональности.