Мы, монстры. Книга 2: Иные (СИ) - Вернер Тим - Страница 97

Глупые, какие они все глупые. Считают, что могут с ним тягаться. Пф!

Да никто не может с ним тягаться!

Даже он сам!

Даже он сам... Почему-то вспомнились глаза Талы, ее улыбка, смех… И последний вопрос Марлы: “Ты спасешь насекомых?”

Он застыл, пыль осела.

Лаэф ногой отшвырнул Эйру, локтем в очередной раз ударил Заррэта, вцепился в веревку и даже пытался подняться, будто хватка Тэхэ на его плечах — так, мелочь.

Ух'эр нахмурился.

— Ну вот… — задумчиво пробормотал он. — Теперь, получается, спасу… Опять.

И выругался.

Аж обидно, честное слово: сначала убить девку за то, о чем она спросила, а потом взять и последовать ее совету.

— Нет, ну я же не специально, — пробормотал он себе под нос, будто оправдываясь, будто надеялся, что Марла ветром носится здесь, в его царстве, и услышит. — Лаэфа надо остановить. И мне уже надоела эта возня. 

— Заррэт! — крикнул Ух'эр, когда тот занес руку для очередного удара.

Тот вскинул голову и тут же пропустил удар, упал. А Лаэф расхохотался вновь.

Заррэт вскочил, глянул исподлобья. Лаэф был занят сестрами, так что пару мгновений у Ух'эра было. Но кричать “кинжал!” он не решился: услышит еще старший, отберет ножик раньше времени. Он просто указал на оружие пальцем — так, чтобы только Заррэт, сжимавший его в руке, видел. Толкнулся ногами, взмыл вверх, закружился в танце с ветром, и вспомнил вдруг, что он — вновь властитель этого мира. И потому пора прекращать шутки: здесь не обязательно за ними прятаться.

Остановился, замер в пепельном воздухе над головами братьев и сестер, раскинул руки в стороны — и замолчал ветер.

Стало тихо.

Улыбнулся Заррэту, глядя сверху вниз, и требовательно щелкнул пальцами.

Щелчок грохотом разнесся по равнинам, волнами ударился о черные скалы вдали, откатился.

Лаэф и сестры прекратили возню внизу, вскинули головы, но было поздно: Заррэт уже швырнул ему оружие.

Может, думал, что Ух’эр бросится на старшего сверху вниз. Может, что метнет — и кинжал пронзит его сердце еще раз. Или, что было бы куда веселее, пронзит глаз.

Ух’эр улыбнулся и им, глядя сверху.

Мелкие, мелочные, глупые, самоуверенные. И всегда забывают об одном: он — Смерть. Он — всегда решает. Он — делает последний шаг.

Взвился в очередном полете с ветром, еще выше, размахнулся в танце, и всю силу вложил в удар, короткий и рубящий.

***

Перерезанная нить танцующей золотой паутинкой падала вниз.

Ух’эр рухнул раньше.

Лаэфовой тенью провалился в темные глубины небытия в который раз.

Бледным телом остался лежать на темной равнине своего царства.

Бесполезным мертвым камнем выпал из руки кинжал.

Глава 38. Отражения

Когда Даарен увидел черную точку в небе, он не поверил.

Слишком долго ждал. Слишком хотел увидеть, чтобы верить сейчас обычно зорким, но в последние дни все чаще норовящим обмануть глазам.

Он несколько раз моргнул, точка стала ближе, больше.

Виверна?

Пока не разобрать.

Он следил за точкой неотрывно. Слишком страшно было отвернуться на миг и, подняв глаза к небу вновь, понять, что показалось.

И только когда размытое темное пятно обрело очертания, когда увидел, что следом идут еще два таких же пятна поменьше — только тогда он заставил себя резко развернуться и быстрым шагом выйти за дверь.

По лестнице спустился почти бегом. Не помчался бегом дальше, вновь перешел на стремительный шаг, даже не потому, что за ним уже спешили придворные, при которых как-то не принято бегать, — потому что все еще не верил.

Не верил и когда увидел грузно севшего Мирта. И когда с него спрыгнул Рэй и так же стремительно двинулся навстречу.

Только когда сын остановился напротив, остановился сам, выдохнул. И понял, что, кажется, не дышал с того момента, как увидел в небе точку.

Да он как будто вовсе не дышал все это время. Не жил. Ждал.

И пытался найти виноватого. И винил всех, то скопом, то по очереди. Потому что по-настоящему виноватого рядом не было.

— За непослушание будешь наказан, — холодно сказал он Рэю.

— Без сладкого оставишь? — ухмыльнулся тот, и Даарен чуть было не отпрянул от него, как от чумного — на миг показалось, что перед ним стоит Зверь, каким-то образом принявший облик старшего сына. Нет, единственного.

Что это не Рэй прилетел — тот, кого по глупости назвали когда-то Шаайенном. Слишком уж этот, прилетевший, спокоен, мягок, насмешлив. Даже взгляд изменился.

Но наваждение прошло. Это был Рэй. Его Рэй. Его надежда. Будущее Даара.

— Ты как с мной разговариваешь? — нахмурился Даарен.

Рэй вскинулся было, привычно, упрямо, вызывающе блеснули глаза, но в последний момент опустил их, пожал плечами и поднял совсем другой взгляд. Почти виноватый. Попросил:

— Прости.

— Прощу, но не сейчас, — угрюмо пообещал Даарен. Перевел взгляд на подошедшего Дэшона, с трудом сдержался от изумленного возгласа, завидев за его плечом Риирдала. Но сдержался, только коротко кивнул тому.

Риирдал ответил поклоном. Бросил странный, холодный взгляд на Рэя. Но ничего не сказал, только вопросительно уставился на Даарена.

Даарен кивнул — отпустил. Риирдал стремительно зашагал прочь — его тоже ждали.

Дэшон же встал рядом с Рэем и скрестил руки на груди. Вот в чьих глазах читался открытый вызов. Он вдруг стал похожим на себя много лет назад: на странного, нездешнего, упрямого парня с острым и твердым взглядом.

Тот парень всегда постоянно пытался защищать не тех, кого нужно. Вот и сейчас: демонстративно встал на защиту Рэя.

— Вы нашли Шаайенна? — имя вырвалось, будто само по себе.

Даарен уже очень давно не произносил его вслух. А сейчас — вырвалось.

— Нашли, — тихо сказал Рен. — Он больше не появится в Дааре.

Странная формулировка.

Даарен перевел взгляд на Дэшона, но вновь натолкнулся лишь на холодный вызов в серых глазах. Что-то произошло там, в пути. Чуть позже они расскажут, что именно. Не захотят — он заставит.