Лабиринт (СИ) - Кулешова Марина - Страница 38

— Надеюсь там нет клопов, — пробормотала под нос, с отвращением рассматривая горку текстильной продукции. Не давала покоя мысль, что на них ранее поджарилась гарпия.

— Можем поменять тут все, — сказал Таурус, осматривая помещение с какой-то непередаваемой эмоцией. Или целой гаммой. Определить не получалось.

Явно это не самое его любимое место во всем лабиринте.

Подошла ближе к возвышению, поднялась на него и с недоумением уставилась на отрез ткани и корзина с нитками, лежащие на самой большой подушке. Как ни странно, нитки были трех тонов: два черных, один белый и множество серых мотков. Теперь я смогла рассмотреть насколько много серых оттенков.

Тяжко вздохнула, смотря на будущую работу. Не зря до этого думала о рукоделии. Теперь мысли решили материализоваться.

— Каждая нить — определенная гарпия. Оттенок передает цвет оперения. — Пояснил пернатый, подходя ближе и взяв из корзины один черный моток. — Это я. Второй моток — Омнис.

— А это, получается, я? — спросила, выуживая из множества серых, провалившиеся ниже, белые нитки.

— Да. Почему-то Гаргиппия считает, что ориентироваться по цвету оперения удобнее. Думает, что рукоделие заставляет сосредоточиться, очистить мозг от лишних мыслей и, естественно, послать видение, сообщение или самой пробраться в разум Оракула.

— А если я вообще не умею вышивать? — положила моток обратно и вытерла руки о бриджи. — Мне раньше как-то не нужен был столь бесполезный навык. И надеялась, что в дальнейшем он не понадобится мне.

— Придется учиться. — Хмыкнул Таурус, пытаясь подавить смех. Схватил меня за запястье и потащил в один из промежутков между колоннами. — Хочу показать тебе кое-что. Только запоминай, что я делаю. Каталина об этом не знала. Ей это было не зачем, а многие Оракулы до нее жили в этих комнатах.

— Каталина жила здесь? — задала вопрос, указывая на ворох подушек. К этому моменту мы уже остановились. Почему-то очень захотелось прояснить эту ситуацию. И тут же добавила: — и она умерла на этих подушках?

От внезапного осознания по спине пробежал холодок. Передернула плечами, отгоняя неприятное ощущение. Но тут меня добил ответ гарпия:

— Да, она жила в этом промещении, потому что считала, что чудовищам не нужны никакие блага и так далее. Ты поджарила ее в тот момент, когда она медитировала.

То ли у меня не получилось скрыть отвращения, то ли по какой-то другой причине, пернатый добавил:

— Мы можем поменять их, если захочешь.

Что за "если захочешь"? Конечно захочу! Не собираюсь даже видеть то, на чем годами, не слезая сидели. Да еще и…

— Лучше все же поменять…

— Хорошо, — ответил Таурус. — Завтра все сделаем… А сейчас запоминай. Тебе здесь жить потом три года, не хорошо получится, если что-то забудешь. Здесь особый код.

Не скрывая удивления, посмотрела в лицо гарпия. Он же не отрывал взгляда от меня. Вздохнула. Все же мне интересно.

— Показывай уже, — прошептала, пытаясь скрыть нетерпение. Но в голосе все равно послышалась дрожь.

Он отвернулся к стене.

Дальше он проводил какие-то манипуляции с камнями на стене. Я честно пыталась запомнить каждое движение, каждый пас, пересчитывала количество плит следом за ним. Но мои старания были напрасны — все сразу же выветрилось из головы. Осталась надежда, что в нужный момент все вспомню. Но призрачная.

После того, как он нажал на очередной камень, щелкнул затвор, послышался шум механизмов, и часть стены началась отьезжать назад. Потом скрылась в стороне, за стеной.

— А зачем такие сложности? — поинтересовалась у гарпия, заглядывая в темный провал.

— Насколько я знаю, когда только был создан механизм поддержания острова в воздухе, жрецов в лабиринте было много. И они устраивали паломничества в зал Оракула, чтобы переспросить Гаргиппию о чем-нибудь, даже о незначительных моментах. Вот и сделали эти комнаты, чтобы Оракул могла отдохнуть, набраться сил, придти в себя, и снова вернуться на свое место… Проходи, теперь они пренадлежат тебе.

Он улыбнулся, подталкивая меня в темноту. Я невольно уперлась пятками. Не хотелось идти в неизвестность. Мало ли что там впереди. Вдруг очередной монстр, вроде живого коридора. Похоже боязнь темноты и чудовищ стойко обосновались в моем подсознании.

Я сделала маленький шажок за порог и замерла зажмурившись. Меня ослепил яркий свет. Если в зале за спиной все скрадывала дымка под потолком, то тут предо мной предстало буйство света. Открыла глаза. И цвета.

Пол помещения, которое охарактеризовала как гостиная, покрывали разноцветные циновки. В центре стоял небольшой низкий чайный столик, а вокруг него раскиданы разнокалиберные подушки. И здесь тоже. Радует, что, по словам гарпия, здесь давно никто не обитал. Белые стены. Светящийся потолок. Никаких обоев, излишеств и, в целом, жилой характер комнате несет только пуховой текстиль. Даже подошла к вороху подушек, взяла одну и потискала ее. Мягкая. Бросила ее на пол.

Осмотрелась. В трех стенах имелись двери. При быстром осмотре оказалось, что одна ведет в уютную спальню, вторая в ванну. А третья… Третья вела в запущенный зимний сад. Удивительно, что в подземном лабиринте, нашлось такое помещение.

Пока стояла на пороге и смотрела на всю эту одичавшую красоту, ко мне подошел Таурус. Настолько близко, что почувствовала дыхание на затылке.

— Нравится?.. — тихо спросил.

— Еще как… — ответила в тон ему, хотя хотелось восторженно закричать. Резко сел голос.

— Это еще не все, — в голосе пернатого послышалась улыбка. — Сейчас покажу тебе униформу Оракула.

Не успела сообразить о чем он говорит, как была схвачена за руку и утащена следом. Мы покинули комнаты, пересекли зал и, после очередных манипуляций со скрытыми механизмами, попали в следующую комнату. Ничем не примечательную. Обычную. Небольшую, с серыми стенами. Единственным украшением здесь были два умопомрачительных наряда ладно сидящих на манекенах с безобразными лицами полуптиц.

Один я про себя обозвала сбруей. Кожаный топ, обшитый металлом, был прикреплён тонкими цепями к таким же, но очень коротким, шортам. И цепи, цепи, цепи…

— Что это за сбруя? — решила поинтересоваться у пернатого, дергая за одну из скрепляющих комплект цепочек.

— Это должна носить Оракул, когда находится в образе гарпии, — ответил Таурус, наблюдая за моей реакцией.

Я же поморщилась, представив себе эту картину, но промолчала. Извращение какое-то… Перешла к созерцанию следующего наряда. Платье в пол. Белое, с расклешенной юбкой, плотным кружевным лифом, ажурным воротником-стоечкой и такими же рукавами, полностью скрывающими руки. И накидкой из белых перьев за спиной. Невероятной длины.

Обомлела от восхищения. Ради такого образа стоило пройти весь этот путь… Но это ладно. А…

— Завтра, как только на потолке появится белая полоса, ждем тебя в центре зала Оракула, — послышался за спиной голос гарпия. Тихий смешок заставил по спине пробежать орды мурашек.

Забыла, что хотела спросить у него. Когда обернулась, его уже не было в помещении.

На следующий день, как только появилась тонюсенькая полосочка света на потолке, я уже полностью собранная сидела на ворохе совершенно новых подушек в центре зала Оракула и занииалась первым в моей жизни рукоделием — полотном Судьбы.

Гарпии пришли позже.

Часть 3. Разорванная нить. Глава 15. Гаргиппия

Комната была тускло освещена одной свечой. Скупо обставлена мебелью. Нежилая. Безликая. Рабочий кабинет.

За письменным столом сидела женщина и внимательно читала письмо. Брови ее сводились все ближе к переносице, глаза сверкали гневом, а уголки клюва зло кривились. Послышался скрежет зубов. Темные волосы на затылке встопорщились.

Она скомкала лист бумаги, швырнула его в угол. Ударила по столу кулаком и закричала:

— Алконост! Ты еще пожалеешь о своем решении! Хочешь отобрать моего жреца? Получишь маленький непредсказуемый подарочек — моего Оракула.