В лето 6746 года от сотворения мира (СИ) - Нефёдов Борис - Страница 93

И уже, обращаясь ко мне:

— Ну вот и размялся малость. А ты боялся.

Во второй группе разучивали простые атаки, в ходе которых используются только базовые 1-2-3 рубящих удара, сразу направленные на поражение противника. Здесь и рубящий сверху и косой удар от основания выи (т. е. шеи) противника к его нижним ребрам на другой стороне грудины, и рубящие горизонтальные и рубящие снизу восходящие. Наконец, кастетный удар — то есть удар кулаком с зажатым мечом в грудь или лицо. Особое внимание уделяется ударам по самому уязвимому месту. А это вовсе не туловище и не голова, и не то, что приходит на ум в первую очередь. Это — руки. Девять из десяти ударов в бою на самом деле приходятся на кисти и предплечья.

Отрабатываются такие удары при движении как вперед, так и назад. При этом вырабатывают привычку после каждого удара слегка протягивать рукоять меча на себя. В бою это позволит не «провалиться» и не потерять меч при ударах.

Не отслеживается, чтобы во время тренировок противники не проводили защиты и атаки «в меч» (как обычно рубятся в современном мне кино). Это ведет к наработке неверного восприятия дистанции и утраты бдительности. В бою это позволяет противнику провести, например, захват руки, удар щитом или просто сильный пинок, сбивающий с ног или выводящий из равновесия. А провести такой удар — значит решить исход боя.

Слышу, распекает кого-то один из «тренеров»:

— Смотри. Удар идет от плеча, не сгибая руки. Вот так. Только такой удар будет иметь большую силу. А будешь часто руку в локте сгибать, быстро устанешь, тем более что на тебе бронь будет с рукавом до локтя.

«Учителем» оказался Векша (он же — Гаврила Олексич). Князь не утерпел и подозвал его:

— Ну, как дела? Как питомцы.

— Да ничего, княже, учатся помаленьку. Стараются. Одно никак не могу им вбить в башку, что результат от контратаки в три раза выше, чем результат самой атаки. Мало того, первая атака всегда отнимает втрое больше сил, и требует в три раза выше скорости нанесения ударов. Говоришь-говоришь, все вроде бы понимают, соглашаются, а как до дела, прямо как бычки. Каждый рвется атаковать первым.

— А ты заранее определяй — ты атакуешь, а на тебе — защита и контратака.

— Да пробовал. Все равно оба в атаку лезут.

Здесь откуда не возьмись, нарисовался мой хозяйственник, Степан Молчун.

— Хорошо, Михаил Игнатьевич, что мечи деревянные. Никак не могут понять, что для блокировки нужно использовать плоскость меча, а не лезвие.

— Ну, так ты собери таких, возьми у них их ножи. А дальше — бей лезвиями ножей друг о друга, тогда быстро поймут, что к чему. На своих клинках это лучше и сразу доходит. Только это… вполсилы бей, ножи не сломать надо, а только зазубрины на них сделать. Помаются с заточкой, на всю жизнь запомнят, что меч не палица и что, чем острее лезвие, тем легче его повредить.

Но князь мои потуги не одобрил и видя это Векша не удержался:

— Тут ты не прав, Михаил Игнатьевич. Я тебе так скажу: рубящий удар надо не столько блокировать, сколько отбивать и отбивать жестко. При этом в реальном бою времени рассуждать о том, каким образом подставлять оружие, плоской стороной или лезвием, времени не будет — дай Бог успеть заслониться, да так чтобы тебе пальцы не отрубили. Учитывай и то, что рубящий удар очень сильный. Его наносят с целью разрубить тебе кости или срубить голову и при этом пробить имеющуюся у тебя защиту. А раз удар сильный, значит и быстрый. А чем отбиваем сильный удар? Сильной частью клинка, а она — у рукояти меча. Если верхней частью клинка попробуешь, то клинок супротивника легко соскользнет тебе на персты (пальцы), а противник часто именно в руку и целит. И тут не до выщерблин на железе, да и толку тебе потом в не выщербленном мече. И еще одно. Если не можешь увернуться, то, чтобы ослабить удар — принимай его вблизи, чтобы противник нанес его медленной (ближе к рукояти), а не быстрой частью клинка. Я вообще-то так тебе скажу. Варяги в единоборствах вообще удары мечом не парируют. Могут, конечно, защититься щитом, но обычно просто уклоняются от удара. Для этого они все время перемещаются и «сражаются корпусом». Противник обычно стремится нанести ему подсекающий удар по колену, не прикрытому щитом. Зная это, викинги специально тренируются именно от него уходить. Меч противника, не встречая сопротивления, резко уходит в сторону, ему в этом еще могут немного «помочь» и … все, битва закончена.

— А я вот слышал, князь, что у викингов есть такие мастера, что могут двумя мечами драться. Правда, аль нет?

— Дурь какая. У такого «мастера» преимущество только против противника, вооруженного одним мечом. Но если у того есть еще и щит, то он сильнее. Одновременно рубить двумя клинками трудно, они длинные, будут мешать руг другу. Удары мечами один за другим будут слабее, чем могли бы быть, из-за иного распределения веса. Сам попробуй. С двумя мечами не заслонится от стрелы, да и от копья тоже. Пугнул тебя копейщик, ты меч увел, он тебя тут же заколол. Даже от вражеского щита не защитит, а тот может тебе не только все зубы выбить. Меч и нож, еще куда не шло.

Я крякнул, вспоминая исторические фильмы своего времени, но промолчал. Вспомнил другое. В современном мне мире достаточно распространено убеждение, что меч за спиной — это очень круто, мужественно и естественно. Во многом это убеждение возникло благодаря кинематографу, где могучий воин обязательно носит за спиной либо меч, либо колчан. Причем это выглядит более, чем убедительно. И никого не смущает тот факт, что такого в принципе не было и быть не могло. По крайней мере, по отношению к мечу. Причин по которой воины средневековья не носили мечи за спиной несколько, но суть одна — люди в те времена не гонялись за «эффектностью», предпочитая удобство, которое позволяло выжить. И все-таки я не удержался:

— А не удобнее меч носить не сбоку, а за спиной.

— Как? За спиной? Не смеши. Человек просто не сможет выхватить длинный меч со спины из-за длины своих рук, они слишком короткие, чтобы получилось его достать и это еще не уделяя внимание скорости. А ты представь, что нужно, например, выхватить меч где-нибудь в помещении. Кроме того, меч так неудобно носить за счет его тяжести, рукоять значительно перевешивает лезвие. Чуть наклонился, он и выпал.

Впрочем, я точно знаю и об исключениях. Так, двуручные тяжелые мячи носили за спиной, но только во время переходов. Но быстро достать такой меч невозможно.

Видимо, чтобы сменить тему, князь тоже обратился к дружиннику:

— Что дальше думаешь с ними сегодня делать?

— Смену стойки, приемы освобождения «увязшего» меча.

— Завтра?

— Парные удары с двух сторон без остановки меча.

— Ладно, иди. Больше терпения и все получится. И это…, знаю я тебя, руки сильно не распускай.

— Постараюсь, княже. Но так они быстрее учатся.

— Я сказал.

— Все понял, княже.

В третьей группе учились вращать меч кругом и «восьмеркой». Один круг над головой, второй перед собой. Упражнение рассчитано на подготовку связок кисти руки к большим нагрузкам при нанесении ударов-финтов. В четвертой группе проходили рубку предметов. Нарабатывались удары мечом по неподвижному бревну в разных плоскостях, затем по подвижному (на подвеске или в руках у напарника).

Пятая группа занималась немного в стороне. Прямо в землю, очищенную от растительности, были вкопаны бревна, изображающие противника и имевшие в высоту около 2 метров. На этих бревнах отрабатывали все виды нападения и защиты. Мои рекруты то пытались нанести удар чучелу «в голову», то грозили его «бокам», то старались подрезать ему «ноги». И все это под надзором десятников, которые стояли рядом с хворостинами и лупили ими новобранцев каждый раз, когда те при ударе отводили в сторону руку со щитом и открывали тем самым себя для удара противника.

Александр Ярославич пройти мимо такого упражнения, конечно же, не мог.

— Это зачем?

Понимаешь, князь, я учу их не только рубить мечом, но и колоть. Согласен, для славянских дружинников это необычно. Даже сейчас, я смотрю, концы мечей у твоих дружинников не острые, а закругленные. Почему так? Тут несколько причин. Удар с плеча (или рубящий удар) редко бывает сразу смертельным. Его видят, а, значит, его легче отбить, площадь удара велика, и он может не пробить защиту. Кроме того, при таком ударе обнажается правая рука и правый бок. Человек на какойто момент становится беззащитным, если не для противника, дерущегося прямо против него, то для его соратника слева. Именно на этом был в свое время построен принцип мясорубки в римской пехоте. Легионеры в строю всегда старались нанести удар не тому противнику, что был напротив каждого из них, а тому, что сражался с их соседом справа. При этом наносили удар именно колющий. Делали это по команде, каждый раз отодвигая щитом противника, который был напротив легионера, под меч своего соседа слева и принимая на свой меч открытый бок противника своего соратника справа. В результате выкашивали врагов целыми рядами. Таким образом, колющий удар наносился при прикрытом щитом теле, и вонзался во врага, открытого для удара, раньше, чем тот успевал сообразить откуда пришла смерть. Такой удар труднее увидеть и сложно отбить. Он наносится вот так, снизу вверх, а в качестве цели выбираются бока или живот, реже — пах противника, которые, как правило, не защищены или слабо защищены доспехом. Так вот, римляне при этом были вооружены довольно короткими мечами — гладиусами. Рубить, конечно, при случае, им тоже можно было, но им в основном именно кололи. И кололи очень результативно, убивая противника толпами, как на скотобойне. Думаю, что для войны с монголами и нам надо постепенно заменять рубящий удар (характерный для войны с лыцарями) на колющий.