В лето 6746 года от сотворения мира (СИ) - Нефёдов Борис - Страница 109

— Убили?

— Убили. Это был первый случай убийства чингизида в бою за все время их войн. Молодой, горячий, талантливый, мечтавшего о славе отца, и негласный наиболее влиятельный соперник Батыя.

— Тебе вроде как его жаль?

— Нет, не жаль. Я всегда считал и считаю, что тот, кто пришел на чужую землю забирать жизнь других, тот должен быть готов отдать и свою. Продолжу я, княже. Тяжело рассказывать, но нужно. Сражение длилось три дня. Тут к монголам подошла подмога в виде основных сил во главе с Батыем, и вскоре все было кончено. Монгольские луки и превосходство в маневренности и численности сделали свое дело. Число задавило отвагу. Русское войско погибло… Много полегло русичей. Только князь Всеволод Юрьевич с малой дружиной сумел спастись и пробраться к Владимиру. Это была катастрофа, но опять поражение ничему князей не научило. Тут бы Великому князю Владимиро-Суздальского княжества Юрию Всеволодовичу с оставшимися силами укрыться во Владимире — стольном городе и очень сильной крепости. Но снова сыграла уверенность в том, что степняки города штурмом брать не умеют, а биться с ними надо «во чистом поле». Забирает Юрий Всеволодович лучших оставшихся воинов, да вместе с сыном Константином уходит на реку Сить собирать новое войско для новой битвы с монголами. А всю семью свою оставляет во Владимире.

— А что же монголы?

— Еще не захватив крепость Коломну, войска Батыя продолжили путь по льду Москва реки и в середине января вышли к стенам Москвы. Великий князь Юрий Всеволодович послал на помощь воеводе Москвы Филиппу Няньке своего младшего сына Владимира. Как я понимаю, каких-то серьезных сил с Владимиром не прибыло, да и сам он едва успел попасть в город до прихода монголов. Но чтобы отстоять город, нужны были воины, а они лежали под Коломной. На пятый день Москва была взята штурмом. После чего переход на Клязьму и по Клязьме — к Владимиру. Часть татар идет на Суздаль, который, опять же, в короткое время был взят и разграблен, ведь там тоже дружинников не осталось, только небольшой гарнизон, так что причины все те же. А дальше, думаю, что ты этого еще не знаешь. Армия Батыя осадила Владимир и после быстрого и яростного штурма лучшая крепость Северо-Восточной Руси, оставшаяся (также, как и Москва) без защитников, пала даже не в пять, а в три дня. Погибла вся семья Юрия Всеволодовича, включая сына Всеволода, спасшегося под Коломной.

— Когда произошло?

— Два дня назад — 7 февраля.

— Откуда знаешь не спрашиваю.

— Правильно делаешь.

— Почему сроки такие — три или пять дней? День на подготовку и штурм!

— Монголов много. В походе их отряды оказываются сильно растянутыми. Останавливаться всем в одном месте тоже не резон. Ни людям, ни лошадям места нет. В первый день к городу подходят первые отряды, так сказать, голова змеи, а хвост — только через пару дней. И все-таки они могут начать штурм и раньше, но не делают этого, чтобы сократить до минимума собственные потери. Время, конечно, монголы не теряют, обыскивают окрестности, забирают продовольствие, корма и животных, собирают пленных для хашара (я вам рассказывал, что это такое). При этом постоянно тревожат осажденных, да направляют хашар на штурм стен. Двойная выгода. Во-первых, осажденные, не привыкшие к штурмам стен, отбивая атаки хашара, используют несоразмерное количество своих стрел, которых потом будет сильно не хватать, а, во-вторых, под прикрытием нападения хашара монголы выбивают из своих мощных луков защитников города на выбор и значительно обескровливают силы обороняющихся. Ну и лестницы готовят, а если нужно, то и пороки. Их с собой не везут, на месте собирают (вокруг леса много), а это тоже время. Вот как раз к пятому дню все собираются, обеспечивая монголам многократное численное преимущество, да и стрел у защитников крепости к этому времени почти не осталось, добавим и то, что часть защитников перебита, ну и к штурму всё готово.

— А дальше, как будет, что думаешь?

Я усмехнулся, помолчал, но потом все-таки решил не отнекиваться, а сказать правду:

— От Владимира силы монголов разделяться на три части. Наиболее крупная часть (под командованием Батыя) пойдет на северо-запад до Юрьева-Польского, где снова разделится. Одна часть продолжит движение на Переславль-Залесский и после пяти дней осады (все те же 5 дней) возьмет его штурмом. Вторая часть пойдет по глухим лесам на Дмитров, а после его захвата — на Волок-Ламский. Оттуда пойдут до Твери. Тверь сопротивления не окажет и откроет ворота. Она добровольно подчинится завоевателям и согласится выдать лошадей и провиант. Впрочем, также поступят Ростов и Углич, да и Кострома. Правда, если честно, это не спасет их от грабежа и разорения. Но мы с тобой о такой ситуации сегодня уже говорили. После Твери монголы пойдут к Новому Торгу. Так что, княже, через одиннадцать или двенадцать дней они придут к нему. Новгород ему не поможет.

— Слава богу, Новый Торг не послал воинов в ополчение Юрия Всеволодовича.

— Это позволит ему продержаться достаточно долго, но не спасет от захвата. Не повторяй, князь, ошибок своего брата, не отвечай на провокацию степняков.

— Точно знаешь?

— На все, конечно, воля Божья, но я до этого хотя бы раз ошибся? Просто прими, что я знаю.

— Может и судьбу этой своей крепости знаешь?

— Нет, Князь, это мне неведомо. Но сам я сегодня здесь для того, чтобы она устояла. Не устоит, значит я погибну вместе с нею.

Ярославич видимо решил сменить тему:

— Даже не верится, что можно такие расстояния пройти так быстро.

Я ничего не ответил. Только пожал плечами. Что тут скажешь? Действительно порядка 650 километров (около 500 километров только по прямой), да еще с боями, монголы прошли за две недели. Получается по 45 километров в день. Сильная армия, сильные полководцы, но как-то хвалить их не хотелось.

— А куда третья часть монголов пошла?

— Не догадываешься? Ну, конечно же, на поволжские города, которые перед этим отправили свои войска (дружины княжеские с ополчением) со своими князьями Константиновичами к Юрию на Сить. Вел эту часть монголов Бурундай, враг, конечно, но талантливый темник. К самому началу марта он уже выйдет на реку Сить. У него будут хорошие проводники (из мери), они помогут ему перебить заставы и сторожи. Нападение будет внезапным.

— Ты хочешь сказать…

— Юрий Всеволодович ничему не научился, а значит, войска на Сити будут действовать по старинке. Снова на лед реки, снова «честный бой», а, значит, снова разгром. Кроме того, зима на дворе, морозы, а жилья компактного нет. Боюсь, понадеется Юрий Всеволодович на все тот же авось, раскидает сотни вдоль реки по окрестным поселениям, между которыми многие версты. Там их Бурундай и перебьет один отряд за другим. Двигаются монголы очень быстро. Не успеет князь людей предупредить… 4–5 марта все будет кончено.

Не стал говорить, что и Новый Торг возьмут где-то в это же время.

— Может быть что-то можно сделать? Предупредить его как-то?

— О чем? О приходе монголов он и так знает. Будешь его учить воевать? Конечно же, он тебя, семнадцатилетнего, сразу послушается и начнет воевать по его представлениям «бесчестно». А скорее всего, просто примет, что тебя, что меня, что людей от нас присланных, за врагов. Если, конечно, они смогут до него добраться. Пойми, что предначертано — не изменить. Такова Божья воля и не нам в нее вмешиваться. Не так скажешь? Чего молчишь? Вот и я говорю. Нам, княже, свое дело делать надо: Новгород от разорения спасти. Вот давай этим и заниматься. И еще…

Март. Мы ждали врага каждый день, и он был уже на подходе. Главное, что с местом я не ошибся.

Сегодня я собрал «у себя» руководителей всех моих служб и подразделений. Слушали Ерему, вернувшегося из разведки.

— На расстоянии дня пути впереди без обозов идут подвижные монгольские отряды, вначале мелкие, потом покрупнее. Мы залегли у холма, где дорога делает большой изгиб. Замаскированные лежанки были нами заранее приготовлены, следов в сторону дороги нет. Иначе, думаю, их разведка бы нас нашла. Активно работала, а на снегу следы далеко видно.