Школьник путешественник (СИ) - "noslnosl" - Страница 57

— Да! — радостно ответила Мисуби. — Это Минато-сан.

Карасуба повернулась к Мусуби спиной, приспустила плащ и оттянула воротник кимоно сзади, отрывая вид на печать сэкирей. Она сказала:

— Я тоже окрылилась.

— О! — сияла от счастья Мисуби. — Знак Сэкирей! Поздравляю!

Они так общались, словно тут не разборки, а встреча одноклассников. Все прочие, и я в том числе, уставились на этих девушек с интересом, словно смотрим душещипательный сериал или ток-шоу. Так странно было видеть, что Карасуба, которая только что выглядела как сумасшедший маньяк, моментально преобразилась и стала щебетать, словно обычная девушка. У меня из головы вылетело, что собирался отомстить Цукиуме, и приласкать чарами наказующих.

— Ха-ха-ха! — звонко рассмеялась Карасуба. — Ты не изменилась, Му-тян, всё такая же непосредственная. Помнишь наше обещание?

— Обещание? — слегка задумалась Мисуби. — Ну, конечно же!

— Прости, но мне пора заняться делом, — сказала ей Карасуба.

— Конечно, Карасуба-сама, — кивнула Мусуби. — А я ещё поболтать хотела.

— Дела сами не сделаются… — Карасуба взглянула на Цукиуме пронизывающим взором маньяка, словно собиралась разделать её на сотню кусочков для рагу…

— А-ано… — протянул Минато. — Мусуби-тян, вы знакомы?

— Да, — бодро ответила Мусуби, не снижая громкости. — Мы с семпаем дали друг другу обещание дойти до конца игры сэкирей и сразиться друг с другом!

— Бля, как же меня задрало всё это! — говорю на русском. — Массовый Паралич!

Активирую на шумерском языке заготовленное заклинание из посоха. Всех в радиусе пятидесяти метров поразило параличом и они стали валиться на землю. Достало всех без разбора, ашикаби или сэкирей, вне зависимости от рангов и силы. Заклинанию пофиг на расу, пол, видовую принадлежность и магическую мощь. Остановить подобное заклятье способна лишь соответствующая защита. Ещё сопротивляться подобному воздействию можно благодаря сопротивляемости наподобие полученной при помощи ритуала, через который прошёл я сам и прогоняю всех своих сэкирей. Из всех присутствующих лишь Карасуба пыталась среагировать. Она в момент, когда я начал активацию заклинания, молниеносно выхватила меч и быстро переместилась в мою сторону, даже смогла нанести мечом один удар, который остановил защитный купол. После этого она упала парализованная.

Как быть? С одной стороны мне нужна восьмая сэкирей. Не знаю, почему Дзинки завязаны на количество сэкирей, хотя предполагаю, что они выступают в качестве предохранителя, чтобы ашикаби не спалил себе ауру, подключаясь напрямую к силе стихийных сущностей, заточённых в Дзинки, ну и какая-то заморочка с доступом к корабельным системам, настройкам печатей сэкирей и душам. Видимо, чтобы слабый маг не получил подобного доступа, ведь предположительно, только сильный маг способен заполучить восемь сэкирей и все Дзинки.

Так, стоп, души? Присматриваюсь к посоху, а точнее, к Дзинки, духовным зрением. Да, вполне возможно, что души сэкирей привязаны к Дзинки, как к крестражу, поэтому Минака собирает их тела. Тот, кто соберёт все восемь Дзинки и получит доступ администратора, сможет вселять души в тела сэкирей и оживлять их. А может и заточить души убитых сэкирей в посох, тем самым увеличить запас заклинаний и магическую мощь, которой может оперировать! Так, а с другой стороны, нафига мне бешеная сэкирей, которая считает меня мартышкой и жаждет убить? Нам такого счастья не надо и даром. Но, есть кое-что существенное! Она последняя неокрыленная сэкирей женского пола. Это единственное, но зато неоспоримое преимущество Цукиуми. И как быть? Окрылять или не окрылять, вот в чём вопрос. Дилемма…

— Эй! — раздался женский возглас. — Что тут произошло?

Поворачиваю голову и вижу близняшек в латексе и Кагари. У всех троих усталый вид.

— Сео?! — выкрикнула сэкирей в сине-фиолетовом латексе. Она бросилась к нему и стала щупать пульс. — Живой! — радостно констатировала она.

— Да что такое! — экспрессивно высказалась сэкирей в красно-фиолетовом латексе, обратив свой взор на меня. — Стоит появиться тебе, как Каору валяется в отрубе!

— Ученик, какого хрена они тут делают? — спрашиваю у Кагари.

— Простите, сенсей, я сдерживал их, сколько мог, — с виноваты видом склонил голову Кагари. — Сложно биться сразу с двумя неслабыми противниками.

— Ладно, забей.

Направляю на одну из девушек-близняшек всё ещё сжимаемую в руках волшебную палочку, хочу вновь наложить на них Империо, но припоминаю, что внедрял им ментальные закладки не вредить мне и убираю палочку в кобуру.

— Забирайте своего ашикаби и валите отсюда. Он жив и здоров, очнётся примерно через час.

Близняшки-сэкирей по очереди кинули на меня злые взгляды, но… Сэкирей в сине-фиолетовом латексе подхватила Сео Каору на руки и троица удалилась с этого места.

— Сенсей, что собираетесь делать? — спросил Кагари. — Если окрылить насильно… Цукиуми, она весьма экспрессивная девушка, непонятно, что творится у неё в голове. Может ведь и наплевать на свою жизнь и прибить во время сна.

— Ты же прекрасно понимаешь, что мне нужна ещё одна сэкирей. Или хочешь занять её место? Я уже не думаю, что это такая плохая идея. Один раз поцелуемся, а дальше… Нам же не обязательно спать вместе, будем хорошими друзьями, бухать вместе, на рыбалку ходить. Это не должно помешать тебе найти девушку, как и жениться естественным образом, или же даже при помощи магического ритуала.

— Токарь-сан, что вы такое говорите! — возмущенно произнёс Кагари. — Я не думал, что вы из этих…

— Ну… Я конечно не из этих, которые те… И честно, тошнит только при одной мысли о том, что надо будет поцеловать парня, но в сравнении с Цукиуме ты смотришься намного лучшим вариантом!

— Если вас интересует моё мнение, то я против, — скрестил руки на груди Кагари.

— На нет и суда нет, — смотрю на Цукиуми. — Эх… Не хотел я это делать, но, видимо, придётся.

Наговариваю и подвешиваю в посох мощное ментальное заклинание под названием "Печать раба". Как следует из названия, оно является именно тем, как звучит. Полностью привязывает человека к хозяину. Раб неспособен убить хозяина и причинить ему какой бы то ни было вред. Раба парализует раньше, чем он успеет сделать что-либо плохое. Это заклинание более жесткое, чем связь сэкирей-ашикаби, оно стимулирует радость при выполнении приказов хозяина и боль при саботаже исполнения приказа, боль, если думаешь плохо о хозяине… В общем, весёлая штука.

— Сенсей, что вы собираетесь сделать? — спросил Кагари.

— Хочу наложить на Цукиуми подчиняющее ментальное заклинание. Сделать послушную рабыню, не способную причинить вред хозяину. Не вижу иного выхода из ситуации, ведь ещё одна сэкирей мне необходима!

— Что?! — Кагари очень удивился. — Не стоит! Это же хуже, чем то, что делает Минака. Он хотя бы оставляет видимость свободы выбора, а тут полное принуждение!

— Кагари, что ты предлагаешь?

— Не знаю. Ну можно же как-то менее радикально решить проблему? — Кагари внимательно посмотрел на Цукиуми. — Не думал, что когда-нибудь скажу подобное, но полагаю, что можно её просто окрылить, а там стерпится-слюбится. Связь сэкирей с ашикаби не даст ей причинить вам вред.

— А не ты ли только что говорил, что она может прирезать меня во сне? Она же больная на всю голову! Ты просто не видел, как она попыталась наделать во мне кучу дополнительных отверстий, не предназначенных природой.

— Ну… — Кагари задумался. — Цукиуми просто дурно воспитана закомплексованной старой девой, а так, она не такая уж и плохая девушка. Думаю, она не будет пытаться вас убить после окрыления.

— Кагари, если она тебе так дорога, то смотри, под твою ответственность! Если она попытается причинить мне вред, моментально получит рабскую печать, а тебя я пошлю на хрен, сам будешь постигать метаморфизм методом научного тыка.

— Сенсей, я ручаюсь за Цукиуми! — Кагари низко поклонился. — Прошу вас, не стоит поступать столь радикально!