Мятный кофе для Санты (СИ) - Скай Рин - Страница 7

И я поверила ему. Поверила, что не бросит. Ни меня, ни малыша, если вдруг эта ночь не пройдет для нас без последствий.

Виктор задвигался быстрее. Его ритм идеально попал в мой собственный.

— Узенькая, маленькая, моя, для меня! — его слова порочно звучали в ушах и придавали остроту и так обнажившимся до предела ощущениям.

«Так вот он каков, мой босс в постели» — не успела подумать я, как Виктор разогнался настолько, словно внутри меня забурлил жидкий азот, поднимая, вспенивая волну удовольствия, готовую снести все дамбы личных комплексов и затопить первым в жизни, мощнейшим оргазмом.

Когда меня еще колотило в ознобе, я почувствовала что и мужчину вот-вот накроет та же самая волна. Он стал неимоверно твердым, движения мощными и глубокими и вот он пролился наслаждением прямо внутри меня, даря острые ни с чем не сравнимые ощущения.

Виктор лежал, нависая надо мною на могучих руках и шумно дышал мне в плечо. Поймав немного дыхания, он улыбнулся:

— Прости, я не смог выйти вовремя. Просто не было никакой возможности. Но не переживай по этому поводу. Я слово свое держу!

Немного отдышавшись, он переместился к моей лодыжке.

— Не повредили твою ногу? — озабочено спросил он.

Опять «тыкает». Но с другой стороны, после того, что с нами произошло несколько минут назад «выкать» уже совершенно не нужно. И совесть моя тут чиста. Виктор уволил меня за день до этого, и обвинить меня в корысти и соблазнении начальства у него не получится! Но он и не пытался, тем временем его язык вовсю кружил вокруг моей раны, повторяя контуры припухлости синяка вокруг.

Я просто откинулась на диване и прикрыла глаза. Наслаждение от ласк Виктора граничило просто с эйфорией. А когда внезапно погас экран телевизора — мужчина выключил его пультом, я и вовсе растворилась в ощущениях на грани бездны наслаждения: слышалось лишь небольшое завывание метели за окнами, да потрескивание огня в камине. Настоящем или нет, я так и не поняла.

С лодыжки нежный язык мужчины стал медленно продвигаться вверх. Я в который раз возблагодарила небеса, что только недавно провела курс депиляции и ни единый волосок не «украшал» мою кожу. Было больно тогда, но сейчас эти мучения стоили того!

К языку присоединились неутомимые пальцы мужчины. Они гладили, щекотали, ласкали, без устали дарили наслаждение, будто «залюбить меня до смерти нежностью» было первоочередной задачей босса.

Его язык достиг главного. Медленно раздвинул складочки и опустился на самую суть, в самое мое естество. Я была уже не то что на седьмом небе… но в какой-то радужной неге, боясь даже дышать, чтобы ненароком не нарушить чистейшее удовольствие.

А потом всё взорвалось, и разрозненное кружило перед глазами, слепляясь в запахи, прикосновения, эмоции, его рваный шепот:

— Вкусная… Слышишь, ты такая вкусная… оторваться от тебя не могу.

Я медленно приходила в себя, завернутая в принесенный им плед, в его объятиях, в его власти.

— Мы так и не открыли шампанское…

— Самое время! — кивнула в ответ.

Виктор потянулся и профессионально откупорил бутылку. Разлил по бокалам. Аккуратно очистил мандарин, поделив его на дольки.

— За нас! — подняли мы бокалы, прикоснулись и поднесли к губам одновременно.

Словно пузырьками веселящего газа потекла в меня золотистая жидкость, обжигая губы, язык и гортань. Виктор кормил меня долькой мандарина из рук, слизывая брызнувший сок со щеки. Было остро, щекотно и кайфово одновременно. Воистину, это была одной из лучших Новогодних ночей в моей жизни!

Позже Виктор задул свечи, затушил камин и отнес меня в свою спальню — продолжить наше волшебное занятие на мягком матрасе и шелковых простынях. Сколько раз я подлетала к небесам на волнах экстаза, точно сказать не могла. Но Виктор оказался неутомимым, чутким любовником. Найдя общий язык с моим телом в обход разума, он умело играл на нем, как на послушном музыкальном инструменте…

Глава 7

Виктор

Очнулся поздно. За окном вовсю светлел снежный день. Мое плечо затекло. На нем лежала девичья голова. Маша. Даже во сне она была прекрасна. Ее полные губки, слегка приоткрытые в этот её глубокий сок продолжали манить к себе, так хотелось в тысячный раз приникнуть к ним, как к живительному источнику и терзать, не выпуская, пока сладко не захрипит, не попросит продолжения.

Эти мысли завели меня, несмотря на сумасшедшую ночь, когда мы оба сбросив оковы условностей дорвались друг до друга, и никак не могла насытиться, утолить голод, жажду по друг другу.

Я обнял ее покрепче, смятенный, нахлынувшими мыслями. А что же дальше? Ясно же, что просто так подобные ночи не забываются. Да и не хотелось это все забывать. Напротив, хотелось повторять бесчисленное количество раз, пробовать все новые позы, открывать все новые горизонты.

А согласится ли она быть со мной, после всего, что я ей сделал? Я же ничего не знаю про ее личную жизнь, вообще ничего не знаю о ней, как о человеке. Вдруг у нее дети? Хотя с такой-то узенькой почти девственной пещеркой это вряд ли возможно…

И что сподвигло ее пойти на воровство… Безусловно нужно разобраться со всем этим, потому что она может спокойно забеременеть после дикой необузданной ночи, а мне придется если не жениться, то обеспечивать мать своего ребенка, проводить с ними много времени…

С этими мыслями, я лег поудобнее, притянул ее ближе, практически подминая под себя и уснул.

***

Открыла глаза от того, что была придавлена к твердокаменному телу. Пошевелилась и отползла на безопасное расстояние. Где это я, и с кем, самое интересное! Ведь последние несколько лет спала, а уж тем более просыпалась одна. Пригляделась: Аполлон! Греческий бог лежал на груди, ягодицами вверх, обняв вместо меня подушку огромными раскаченными руками.

Херович?! Я умудрилась переспать с самим Виктором Хердовичем?! И видимо не один раз, потому как внутри все тянуло и простреливало сладкой болью. Боже, как же меня так угораздило?! Со стоном, поднялась, ойкнула, когда забыла про больную лодыжку и случайно переместила на нее свой вес. Осторожно поплелась в душ.

Тугие струи будили все еще спящий мозг, и вместе с тем, поднимали панику со дна души: Мы не предохранялись! Более того, после неизвестно какого раза никто из нас не удосужился заглянуть в душ, хотя мытье к контрацепции не имеет никакого отношения! А у меня сейчас… блин! Как раз то самое время, самое опасное! Вот идиотина! А он-то сам тоже хорош, полез на девушку без презервативов…

Потом я пришла к выводу, что оба мы «хороши» в этой ситуации. Оправдывает нас только то, что мы планировали провести Новогодние праздники в одиночестве, а получилось… так как получилось!

На аборт в случае чего не пойду… Виктор мне вчера золотые горы пообещал, чтобы только дорваться до «сладенького», а на деле кто его знает… придется ехать к себе обратно с приплодом. Ох, мама мне все жилы вытянет из-за этого!

Ладно, пока это еще на воде писано, нужно решать более насущные проблемы, главная из которых дальнейшая стратегия поведения с Виктором. Ежу понятно, что он захочет остальные шесть дней подобные бонусы на ночь, но хочу ли их я? Нет!!! А если честно? Вот прям совсем! Вот прям перед собой? Да… но только с контрацепцией, потому как сознательно беременеть от Виктора как-то не входит в мои планы.

После душа поплелась на кухню, делать себе, а заодно и ему кофе. Нет, я так взбудоражена, что лучше чай. С мятой. Хотя кофе уже заварила. Не пропадать же добру? Добавлю пару листиков туда. Прямо как советовала секретарше Виктора пару дней назад.

А вкус своеобразный. Мятно-кофейный. Надеюсь, он поможет нам успокоиться, оставаясь бодрыми для дальнейшего.

Не успела я приготовить нам напитки, как на кухню вышел взъерошенный, небритый, но какой-то домашний Виктор. Он улыбнулся мне и потянул носом воздух.

— Мятный кофе? — склонил голову, приобнял меня сзади.

— Мятный кофе для Санты. — улыбнулась я, — но из тисков вывернулась. Еще непонятно, какие у нас с ним теперь отношения.