Жемчужное сердце (СИ) - Дынина Ирина Валерьевна "Никтовенко" - Страница 54

Конан отвернулся от щелки и мрачно улыбнулся. Его взгляд не предвещал ничего хорошего женщине по ту сторону двери.

Подойдя к Рахмату, который все еще никак не мог прийти в себя после глубокого потрясения, Конан с тревогой осмотрел царапины, оставленные оружием Рамасанты, а затем и свои собственные раны. И чем больше он смотрел на них, тем меньше они ему нравились. Ссадины ныли, хотя особого беспокойства не доставляли. Однако, Конан, еще не позабыл о том несчастном, чьи мучения он был вынужден прекратить, превратив жестокое убийство в акт элементарного милосердия. Киммериец не горел желанием сгнить заживо и если для того, чтобы выжить он будет вынужден пройти через ад преисподней, красноречиво описанный ему дайомитом, то он сделает это, а затем призовет к ответу виновных и тогда, храни Эрлик их

черные души!

-Ты поступила опрометчиво! - Шанкара меряла широкими, почти мужскими шагами просторную комнату, освещенную лишь светом воткнутых в стены факелов.

Темные, шелковые занавески прятали за собой земляные стены, являясь единственным предметом роскоши в суровой обители старшей из сестер.- Нужно было сразу убить негодяев. Если варвар смог уничтожить четырех демонов, то он чрезвычайно опасен!

- Опасен? – звонко рассмеялась ее сестра, накручивая длинные, темные пряди на тонкий палец,- Он великолепен! Принеси его в жертву на алтаре. Нам все равно нужен сильный мужчина на церемонии, так почему бы не он?

- Чужестранец! – поморщилась Шанкара, рассеянно щуря покрасневшие от бессонной ночи глаза,- Я устала видеть перед собой чужие лица, Шарма. Там, в Туране, уверяю тебя сестра, мне пришлось совсем не сладко. Твоя игрушка стоила мне многих лет жизни.

- Глупый туранец принял меня за тебя, называл Тануссой и грозился убить!- Шарма кокетливо склонила голову, ласково поглаживая алые грани камня, оправленного в потемневшее серебро. Более легкомысленная и ветреная, но, такая же жестокая, как и Шанкара, она легко управлялась с алмазом, вот у Шанкары возникали проблемы. Поэтому камнем владела младшая из Черных жриц.

- Караван с лотосом погиб, люди разбежались, и у нас больше нет ракшасов.- нервно

выговаривала Шанкара.- Потребуются деньги, много золота, чтобы подкупить стражу и держать в повиновении наших сторонников. К тому же требуется убедить сановников Деви Юасмины не вмешиваться во внутренние дела Вейнджана. Все это непросто и очень дорого.

- Подумаешь!- раздраженно пожала плечами Шарма.- Ты слишком возбуждена, сестра! Наши ловцы отыщут новых рабов. В джунглях остались другие плантации, пусть не такие большие, как разоренная варваром. Проведи церемонию вызова и привлеки новых демонов. Пообещай им кровь и плоть. Они с радостью станут служить тебе за столь щедрую плату.

- Все не так просто - кусала губы Шанкара. На ее бледном лице лежали синие тени.- Я слишком устала. В назначенный день мне может просто не хватить сил.

- Мы не потерпим поражения, сестра!- младшая обняла старшую за плечи и прижалась прохладной щекой к ее разгоряченному лицу.- Только не сейчас, когда нам остался всго лишь шаг до намеченной цели. Мы рождены для власти. Ты и я, мы обе предназначены для трона!

Шанкара опустила голову и замерла, погрузившись в воспоминания.

Шарма, опасаясь нарушить ее покой, легко отстранилась, разжала объятия и отошла в сторону, двигаясь неслышно, точно призрак.

…Две маленькие девочки, худенькие и бледненькие, похожие точно горошины из одного стручка, сложив на коленях руки, с пальцами исколотыми иглами, молча наблюдали за тем, как умирает их мать, храмовая танцовщица и жалкая рабыня, бывшая некогда ослепительной красавицей, а теперь морщинистая и непривлекательная, почти старуха, с иссушенным болезнью телом и скрюченными ногами. Жестокий кашель бил ее слабое тело, алые губы помертвели, свинцовые тени залегли под воспаленными глазами.

Женщина умирала и знала об этом. Перед смертью она должна была поведать своим дочерям о величии, ожидавшем их.

- Когда-то давно - шептала она, судорожно сжимая и разжимая худые пальцы – В наш храм прибыл юный магараджа, тогда еще просто безусый парнишка, а не грозный правитель. Его сопровождала большая свита, молодые воины, представители лучших семей страны, родовитые и спесивые, точно павлины из княжеского дворца. Молодые люди, вырвавшись из под бдительного ока своих воспитателей бесчинствовали, требуя вина и женщин. Отец настоятель не посмел отказать знатным особам. Кшатрии вылакали море вина и устроили оргию прямо в пиршенственной зале храма. Вино ударило им в головы, и знатные господа снизошли до храмовых рабынь.

Девочки навострили уши - юные, но неглупые, они надеялись когда-нибудь избавиться от рабского ошейника. Может быть, какой-нибудь богач выкупит их у храма и, пораженный их красотой и обаянием, позаботится о будущем двух сестер.

- Мне выпало развлекать самого Джафай-ирра – прохрипела женщина, чуствуя приближение смерти.- Магараджа был молод и неопытен, и я тоже еще не познала мужчину до той ночи. Утром я убежала. Мне повезло. Никто не видел моего разорванного платья и окровавленных ног.

Девочки замерли, пораженные страшными откровениями умирающей матери. Если бы открылась правда, то их немедленно умертвили бы, ибо магараджа как раз собирался сочетаться браком с девушкой знатной и родовитой.

- Все рабыни, забавлявшие знатных господ в ту кровавую ночь, были умерщвлены. Их задушили по приказу Вайомидиса, Верховного дайома княжества. Магараджа не помнил ни моего имени, ни, тем более, моего лица и жрец не стал рисковать. Молодые, цветущие тела рабынь сбросили в реку на поживу крокодилам - горько прошептала женщина.- Мне повезло, и я уцелела, сохранив свою тайну. Затем мне вновь повезло. Вскоре меня призвал к себе отец-настоятель, мерзкий, похотливый старикашка. Я подмешала ему в вино сок лотоса и жирный развратник, мало что запомнил из той ночи. Старый жрец умер, подорвав свое и без того слабое здоровье, а я родила двух девочек-близняшек.

- Мы дочери жреца? – тряхнув темными кудрями, спросила старшая, изо всех сил пытаясь скрыть свое разочарование.

- Нет, нет..- женщина прикрыла глаза, борясь с усталостью. Слабость и дурнота волнами накатывали на несчастную и смерть скалила острые зубы, затаившись в ногах.- Вы, дочери магараджи Вейнджана, наследника, а теперь уже и правителя княжества. Под мышкой у юного князя, слева, я видела знак, родинку, похожую на бабочку. Понимаете, о чем я говорю?

Девочки понимали. Они переглянулись, но промолчали. Сестры были похожи, родились в одну ночь, с разницей в несколько мгновений и у каждой из них была подобная родинка, как раз слева, у самого сердца.

Женщина вновь закашляла и молчала довольно долго, собираясь с силами.

Дочери, потрясенные ее рассказом, терпеливо дожидались продолжения, понимая, что мать не просто так решила открыть им правду.

- Я призвала Темную госпожу!- шептала она.- Я отринула свет Асуры, жрецы которого обрекли вас на лютую смерть и посвятила вас кровавой богине. Я обещала ей ваши души в обмен на жизнь и молодость. Теперь вы особенные, избранные дети Сигтоны. Ты – женщина из последних сил потянулась к старшей из девочек – станешь могущественной жрицей, которой будут подвластны великие силы, а ты, дитя мое – мать ласково провела рукой по нежной щеке другой дочери – Ты получишь силу соблазнять и совращать, молодея и становясь сильнее после каждого соития.. И неважно, сколько лет потребуется для того, чтобы наша Госпожа вернулась из мрачной бездны , вы, мои дети, подготовите ее приход в этот мир.За вами придут люди из тайного храма.- пена выступила на губах у несчастной и она шептала слова все быстрее и быстрее, боясь не успеть.- доверьтесь им и вас ждет величие.

Она захрипела и замолчала. Жар охватил ее тело, и женщина умерла.

Девочки похоронили мать, никого не посвятив в тайну своего рождения, и вернулись к прежнему занятию – они были отданы в учение к златошвейке и весьма преуспели в выбранном для них ремесле.