Жемчужное сердце (СИ) - Дынина Ирина Валерьевна "Никтовенко" - Страница 35

- Дворец стар, он выстроен еще во времена первых правителей княжества. Его подземная часть плохо изучена - большинство карт и планов не уцелели во время большого пожара - задумчиво проговорил жрец - а может быть и были похищены файнагами. Вначале мы думали, что вы, чужеземцы служите Черной жрице из корысти и желания возвыситься. Хорошо, что мы ошибались и вы всего лишь обыкновенные воры… - Обыкновенные? - оскорбился Рахмат - Да в Туране, а это вам не чета какому-то занюханному княжеству на краю мира, каждый знает имя Рахмата-аграпурца!

Жрец не обратил на гневную реплику туранца ни малейшего внимания.

- Вы явились в Лунный дворец, словно порождения тьмы, вонючие и зловонные, вознамерясь наложить свои нечестивые руки на величайшее сокровище - Черную жемчужину, даже не познав всех тайн нашего сокровища! – Рамасанти в возмущении тряхнула страусиными перьями на своем головном уборе. Голос воительницы звучал угрожающе.

Ади-Басс недовольно сморщил нос, а Вайомидис с благодарностью взглянул на высокую темнокожую девушку, столь пылко выразившую свои мысли.

- Боги были благосклонны к нам - после некоторого молчания продолжил жрец - Вас схватили несколько позже, чем мы рассчитывали. Никто не предполагал, что вам, дерзкие, удастся пробраться в сокровищницу. Счастливая случайность спасла княжество от великого бедствия. - Ади-Басс ехидно усмехнулся и покосился на Раму, виновато потупившую взгляд при упоминании о ее досадном промахе - С ворами у нас поступают жестоко, не церемонятся, ибо воровство один из тяжких грехов - старец ласково улыбнулся, но глаза его оставались холодными и взгляд не предвещал ничего хорошего. Рахмата вновь слегка затрусило и нефритовая статуэтка, украденная им, обожгла кожу холодным пламенем.

- Им отрубают правую руку и бросают ее собакам – мило улыбнувшись, продолжила Рамасанти, а Ади-Басс кивнул, подтверждая ее слова - а затем нечестивца опускают в котел с кипящим маслом.

Рахмат мысленно содрогнулся, припоминая намеки Ади-Басса и украдкой бросил взгляд на Конана. Тот, казалось, с неподдельным интересом прислушивался к словам жреца. Лицо киммерийца, как обычно не выглядело ни испуганным, ни расстроенным.

- С вами поступили вопреки обычаям - продолжил жрец, разглаживая складки на изрядно потрепанном одеянии - вас напоили, накормили, ублажили всеми доступными способами и даже вернули вам, государственным преструпникам, оружие. Неслыханная милость со стороны нашей госпожи! – Вайомидис почтительно склонил голову перед раджассой, рассеянно прислушивавшейся к оживленной беседе - С вами обошлись, как с дорогими гостями. - Как же - язвительно проговорил киммериец, которому надоели угрозы и намеки Верховного жреца-Дорогих гостей всегда сопровождают эти кусачие твари - и он жестом указал на пару гепардов.

Те, словно ощутив неприязнь варвара, угрожающе зарычали, встопорщив усы и яростно хлеща хвостами по поджарым бокам.

- Придержи своих кошечек - взгляд киммерийца заледенел - Иначе в твоем зверинце обнаружится недостача.

Рамасанти, усмехнувшись недоверчиво и презрительно, перевела взгляд с гепардов на мощные мышцы киммерийца и слегка призадумалась. Кошки продолжали рычать и скалить зубы.

Меч северянина угрожающе лязгнул.

- Хватит! - властно произнес Вайомидис - Мы не всех гостей, как ты верно заметил чужеземец, водим под охраной, но ведь вы не совсем обычные гости. К тому же - жрец одним взмахом руки успокоил рычащих гепардов - у твоего друга, северянин, весьма своеобразный дар. Он ухитрился стянуть весьма ценную вещь прямо под носом у стражи, хотя девушкам, было приказано наблюдать за вами.

Голова Рахмата поникла, а Конан, бросив на прятеля уничтожающий взгляд, буркнул

- Стеречь надо лучше, а не ушами хлопать.

- Это нефритовая статуэтка Кубиры - продолжил говорить жрец, поглаживая пятнистую кошку, злобную и опасную, между ушами,словно безобидного котенка - Кубиру-бог

богатства, жадный и глупый. Надеюсь, что у тебя, туранец, хватит ума вернуть предмет на место. Статуя не принесет тебе богатства, скорее одни неприятности. Мы же закроем глаза и забудем о твоей шалости.

Дайомит в задумчивости пожевал свои седые усы,отпихивая гепарда, ластившегося к нему и решившись, продолжил речь, открывая чужеземцам свои тайны.

- Страшные времена настали для Вайнджара. Опасность угрожает всем и каждому, без исключения. Недавно во дворце погибла наложница, совсем почти ребенок, безобидная красивая девушка, прелестное юное существо, чистое и невинное. Кхитаянка. Смерть ее была ужасней ужасного. Сделали это файнаги, враги нашей веры. Рассказать вам,как она умерла? - неожиданно спросил дайомит.

Конан и Рахмат переглянулись. Как бы ни погибла юная кхитаянка, это было не их дело.

Жрец разочарованно вздохнул.

-Вот поэтому на улицах города стоят гвардейцы, а караулы удвоены, как во время войны.

- Я же предупреждал тебя, что здесь нечисто - скривился киммериец-Слишком много суеты вокруг..

Рахмат печально вздохнул и украдкой покосился на Раму. Наткнувшись на колючий,неприязненный взгляд кешанки,он съежился и отступил, словно пытаясь спрятаться за широкой спиной северянина.

Жрец печально покачал головой, устало вздохнул, устремив свой взгляд на раджассу. Та не принимала участия в разговоре и даже не прислушивалась к звучащим словам.

Словно маленький, шаловливый ребенок играла она с грозным зверем, не замечая ни когтей, ни острых зубов гепардов-убийц.

Лицо Вайомидиса посуровело, а голос обрел мрачную жесткость.

- Вы, как я подозреваю, уже знаете о том, что наш господин и повелитель Джафай-ирр изчез много дней назад. Мы убеждены в его смерти - жрец замолчал, словно запнувшись, но, ни Рамасанти , ни Ади-Басс не осмелились вставить хотя бы слово - Вслед за ним была похищена княжна Гури, единственная наследница трона магараджей. Теперь вот новое несчастье обрушилось на наши головы. Вейнджан проклят, его правителей преследует злой рок - в голосе Верховного жреца проступила горечь- Этой ночью, в то самое время когда вы наслаждались ласками девушек, неизвестные воры, оказавшиеся куда как удачливей вас, похитили диадему богини Сигтоны. Это ведь не просто корона и символ княжеской власти. Венец с черной жемчужиной - священная реликвия, которую могут использовать темные маги в гнусных целях.

- И всего-то дел - зло рассмеялся киммериец - У вас украли дорогую цацку, так вы и сопли распустили. Не мое это дело, сопли утирать - насмешничал варвар, пряча за бравадой свою заинтересованность и не желая показывать, как сильно задето его самолюбие. Какие-то, никому неизвестные воришки, здесь, на краю света, сумели сделать то, что не удалось ему, лучшему вору Шадазара.

Его приятель Рахмат так же был удручен. Он держал в руках изумительную вещь, чуствовал приятный холодок драгоценной жемчужины и вот теперь этот бесценной красотой овладели другие, а не он.

«Накажи Эрлик тупоголового варвара!» - злился туранец, не желая прощаться со сладкими мечтами о провинции в далеком Иранистане и об отмщении…

- Конан! - Вайомидис строго взглянул вначале на северянина, а затем на туранца-Кажется, вы меня не дослушали.- Жрец тяжко вздохнул. Так вздыхают смертельно уставшие люди - Похитители диадемы бесследно исчезли - и он развел руками, признаваясь в собственном бессилии - Жрецы Асуры не так сильны в магии, как служители Митры или маги Стигии. На дворец наложены злые чары. Посмотри сюда - жрец протянул руку и ласково погладил раджассу по черноволосой голове.

У Конана челюсть едва не отвалилась от удивления - за подобную вольность служитель Асуры, даже будь он трижды советником правительницы, должен был немедленно поплатиться, но не преданная, раджассе Рамасанти, ни красавчик Ади-Басс не сдвинулись с места, лишь тонкие ноздри капитана Меченосцев раздулись от гнева, да яростно сверкнули глаза темнокожей воительницы.

- Наша госпожа стала жертвой ужасного колдовства файнагов. Она лишилась разума и подобна пятилетнему ребенку. За внешностью зрелой женщины скрывается дитя, наивное и беззащитное.