Жемчужное сердце (СИ) - Дынина Ирина Валерьевна "Никтовенко" - Страница 13

В некотором отдалении от раджассы и служителя Асуры шли Черные стражи во главе со своим капитаном . Лицо Рамасанты, женщины-воина оставалось бесстрастным.

Жена магараджи миновала обитательниц пардханы, жалко жавшихся к стенам комнаты и судя по их бледному виду - жутко перепуганных и ее ноги ступили на мягкий ковер в комнате отдыха, где женщины собирались вместе для того, что бы посплетничать, поиграть в мяч или похвалиться друг перед другом новыми нарядами и украшениями.

Теперь же роскошные покои, насыщенные пряными ароматами восточных трав,были абсолютно пусты. Их покинули даже многочисленные туранские кошки, обольстительно пушистые и курносые, точно кхитайские собачки - живые игрушки скучающих девушек пардханы. Несчастные животные забились под ноги к своим перепуганным хозяйкам, и ни за какие сладости мира не желали покидать безопасные уголки.

Неподвижное женское тело распростерлось на пушистом ковре, рядом с мраморной купальней, где безмятежно плавали, далекие от ужаса и потрясения внешнего мира, редкостные золотые рыбки, еще один привет из далекого Кхитая, страны невообразимых чудес и сокровищ.

Воздух в просторной комнате буквально сочился муками и страданьем.

Едва лишь взглянев на труп наложницы, раджасса Вайнджара без чуств упала на руки, боязливо жмущихся рядом евнухов. Она потеряла сознание, точно простолюдинка, а не потомок древнего воинского рода кшатриев.

Молодая кхитаянка была безнадежно мертва. Ее лицо, искаженное предсмертной мукой, жутко изуродовали. У девушки, вероятно еще живой, отрезали нос и уши, а на месте глаз зияли провалы в черных сгустках крови. Но самым страшным оказалось то, что у несчастной жертвы не было сердца и белые кости ребер торчали из кровавого месива,оставшегося на месте ее груди.

Шафрановая кожа девушки была вся перепачкана ее собственной кровью, а богатый ковер под ней был безнадежно испорчен.

Ужасало и то, что у нападавшего, человека или безрассудно смелого, или просто везучего глупца, хватило времени для того, что бы соорудить для раджассы особый сувенир - на длинной стреле, со страшной силой воткнувшейся в стену, обтянутую сатином, висело зловещее ожерелье из ушей и носа убитой кхитаянки.

Словно по мановению волшебной палочки появились нюхательные соли и уксус, но заплаканным наложницам, чьи зубы стучали, а руки дрожали от ужаса, с трудом удалось привести в сознание свою госпожу. Грозные кешанки из числа Черных стражей, с обнаженными тувларами - кривыми восточными саблями, гневно сверкали белками глаз, обступив правительницу со всех сторон и не подпуская к ней никого из придворных,сбежавшихся на поднятый евнухами шум и толпящихся в коридоре, ведущим в Малый дворец.

- Жертвоприношение.. жертвоприношение..- перешептывались перепуганные обитатели пардханы, заламывая руки и поминутно взвизгивая от страха. Словно мрачные плакальщицы на погребении, вторили им евнухи, своими тонкими, пронзительными голосами.

Придворные, в неуместно ярких одеяниях, толпились поодаль - их сдерживали решительно настроенные кешанки, но из их шумной толпы неслись охи и ахи, а многие скрещивали пальцы и плевали через плечо, стараясь отвести от себя беду.

Лишь один человек стоял спокойно, сохраняя невозмутимый вид. Капитан копьеносцев Ади-басс, с плохо скрываемой неприязнью, смотрел на обеспокоенного жреца-дайомита и его тонкие пальцы ласково поглаживали гладкую рукоять тувлара.

- Кровавая богиня требует жертву от дома магараджей! - шептал кое кто из суеверной знати, еще так недавно посмеивавшейся над опасениями Вайомидиса и хватались за охранные амулеты.

Марджена приподняла голову - боль отступила и она вновь могла двигаться. Оглядевшись вокруг, раджасса заметила только слезы, страх и отчаянье. Ей снова стало не по себе.

Коленопреклоненные наложницы рыдали в три ручья, кривя красивые губы и размазывая слезы по искусно раскрашенным лицам. Ни одна из них, даже под страхом бастинады не желала оставаться в этой зловещей комнате.

-Успокойтесь! - гневно воскликнул жрец Асуры, убедившись, что с раджассой все благополучно. Он обвел присутствующих огненным взглядом своих серо-голубых глаз и пересуды мгновенно смолкли. Жрец гневно взмахнул рукой, от чего его нелепый плащ слегка распахнулся и все увидели, спрятанную под ним кольчугу, из тонких, переплетенных между собой железных колец.

-Унесите тело - коротко приказал он - Позже мы позаботимся о несчастной.

Пересуды вспыхнули с новой силой - даже во дворце магараджей, главной твердыне княжества, Верховный жрец Асуры, известный своей праведностью, не снимает кольчуги. Значит он, не очень надеясь на защиту Асуры, позаботился о собственной безопасности. Поистинне настали смутные времена!

Многие из знатных лиц, тут же вспомнили о срочных, неотложных делах, требующих немедленного разрешения. Толпа стенающих и всхлипывающих распалась на несколько частей.Очнувшиеся и вспомнившие о своих обязанностях евнухи собрали рыдающих, изнемогающих от страха наложниц и, укрывая их отпосторонних взглядов своими широкими спинами, погнали прекрасное имущество прочь, подальше от раджассы, Черных стражей и Верховного жреца.

Глава Вайнджарских дайомитов был рассержен. Окружающие с почтительным страхом внимали его словам. Судьба немногих, посмевших восстать против его влияния, была достойна сожаления.

- Это измена!- гремел голос Вайомидиса - Черная злоба темных сил проникла даже сюда, в Лунный дворец и клянусь могучей десницей Асуры, мы сурово покараем преступников. Культ кровавой богини запрещен и преследуется в нашем княжестве, ее алтари разбиты и храмы разрушены уже сотни лет! Всякий, кто осмелится открыто или тайно приносить жертвы этому чудовищному божеству, будет объявлен вне закона, имущество конфискованни, а родственники - проданы в рабство! Теперь - жрец почти кричал, потрясая тяжелым посохом - пошли прочь и запечатайте свои уста, если не хотите попасть в подземелье .

Ади-Басс, капитан дворцовой гвардии и Рамасанти, глава Черных стражей увели поникшую, дрожащую, точно в лихорадке, Марджену в ее покои.

Обезображенное тело наложницы зашили в холстину и передали в руки младших служителей Асуры, полы вымыли и ковер заменили. В женской части дворца внешне все стало, как прежде.

Казалось, все забыли о погибшей наложнице - невозмутимыми, черными изваяниями стояли у главных дверей темнокожие стражницы, сжимая в крепких руках оружие, дозором обходили посты Копьеносцы вельможного Ади-Басса, повара готовили изысканные яства для прожорливых придворных, девушки-рабыни натирали полы и прислуживали своим господам, благоухали цветы в саду раджассы и громко рычали звери в дворцовом зверинце..

Однако, в роскошных покоях, за плотно запахнутыми занавесями, всю ночь курили благовония и их обитатели, от могущественной госпожи, до низкорожденной рабыни молились богам, умоляя их о спасении своих ничтожных душ и прощении многочисленных грехов.

Под утро Вайомидис и Ади-Басс собрали военный совет. Опасность, угрожающая государству стала очевидной. Против этого не осмелился возражать даже скептически настроенный кшатрий, не верящий во всякие потусторонние страхи.

Жрецы-файнаги, последователи кровавой богини Сигтоны, изгнанные с приходом к власти дайомитов и утверждением культа Асуры, вернулись и молодая кхитаянка

стала первой, но к сожалению, не последней жертвой.

Глава3. « Последний приют».

В любом, уважающем себя поселении, будь то пышная столица или убогий провинциальный городишко,есть такое местечко, район,где селятся низшие классы: убогие и нищие,воры и убийцы, беглые рабы, конокрады и прочие представители преступных элементов. Здесь же находятся лавчонки менял и скупщиков краденого, сомнительныезабегаловки, где вам с радушной улыбкой подадут кружку дешевого вина и сунут нож в брюхо, если будут уверены,что получат от этого какую-нибудь выгоду; квартал,где девицы подсыпают своим кавалерам в напитки сонное зелье и без зазрения совести очищают карманы, освобождая их хозяев от находящихся в них ценностей, а иногда и от самой жизни; где маленький мальчик,с жалкой улыбкой тянущий грязную ладошку за подаянием в одну медную монетку, другой рукой срезает тугой кошелек с вашего пояса; где громилы,чьи лица внушают ужас, готовы выскочить из любой темной подворотни и обобрать неосторожного путника до нитки…