Подлянка для попаданки. Часть 2 (СИ) - Парамонова Елена - Страница 47

«Воу, а у них есть такое понятие, как любовница?» — ловя волну его откровенности, снова накинулась я с вопросами на него.

«Но я же рассказал тебе про общих, а теперь сама же о них спрашиваешь. Я не понимаю», — как-то совсем по-человечески фыркнув, отозвался Воу.

«То есть, общие — это те, которые спят с мужчинами, не являющимися их опекунами?», — на вякий случай уточнила я.

Должна же я чётко представлять размеры их тамошних заскоков, чтобы разобраться в наших с Кижумом перспективах. Ох, даже сейчас это звучит так многообещающе…

«Спят?» — снова фыркнув, переспросил форкош.

Я чего, недостаточно образно думаю, передавая слово «спят»? Какая я скромняшка в мыслях-то, оказывается. Чёрт, даже смутилась из-за этого. А ты не фыркай, я ещё не привыкла к такой вот болтовне, а ты меня не учишь телепатии, уверяя, что я не могу быть в теме.

«Если ты имеешь в виду физическое соитие, то нет», — игнорируя моё последнее замечание, будто бы ничего не слышал, уточнил вредный Воу. «Как правило, физическим соитием с одним самцом всю жизнь занимаются в тех семьях, в которых есть тяга к «натуралистике», да и то это частенько бывает единичные случаи. Обычно, для нежностей друг с другом они используют «втыкательные коробки». Люди считают, что такая форма близости гигиеничнее и приносит больше удовольствий».

«Гигиеничнее…». А мыться они не пробовали?! Или тут важнее не пачкаться, и на этом баста? Вот куда привело пристрастие к гаджетам, всё через проводки теперь делают. Интересно, а Кижум такой накаченый тоже из-за какой-то машинки? А вдруг, он такой крутой потому, что ему какой-то там имплантат вшили или на кору головного мозга программы поназаписывали? А мышцы вообще могли нано-силиконом набить, как игрушечного покемона ватой. Б-р-р-р…

«Нет, физические и психические силы Кижум развил с помощью тренажёров, но без использования постороннего вмешательства. Поэтому-то, живя здесь, ему приходится ежедневно тратить время на тренировку и пробежки в лесу, чтобы не потерять форму».

Так вот он чем каждый день занимался!

«А ты что думала?» — удивился Воу.

Судя по виду, его ответ был единственно возможным.

«Гуляет?» — кокетливо заморгав ресницами и выдавив на лице непонятную лыбу, предположила я. Ему это чего-то не очень понравилось, тогда я наобум выдала ещё парочку, чтобы явить свою эрудицию: «Любуется природой? Или охотится»

«Любуется? Кижум?» — снова расфыркавшись, переспролсил он меня, и это фырканье ужасно напомнило мне смех. «У Кижума фотографическая память, пройдясь всего раз по этому лесу, он досконально тебе опишет, что здесь и где, даже, если будешь пытаться его запутать. Что до охоты, то на территории этого санатория для гостей она запрещена».

«Жмотничаете?» — разобидевшись над его насмешкой, переспросила я.

Но форкош ответил вполне серьёзно.

«Бережём природу».

«Тогда русалицу надо отсюда гнать, она больше всех тут природу портит своим ором», — сложив руки на груди, высокомерно парировала я.

Вот так-то! Я в этом тоже чутка соображаю и знаю, на что указать.

«Я обязательно внесу твоё предложение в отчёт для Сектора управления гостевыми санаториями».

А?!

Ты это серьёзно?

«Вполне. Твоё мнение для форкошей важно», — придавливая моё высокомерие своей железобетонной уверенностью, заявил он.

Глава 54

«А у вас, у форкошей, тоже так же?» — спросила я, просидев в задумчивости минут десять, после переваривания скинутой на меня так внезапно информации.

Тут немудрено окосеть от всех этих странностей. А я-то ещё себя сумасшедшей посчитала, а тут рецидив у кое-кого ещё на лицо.

«Нет, мы зачинаем детей в любви и без использования техники» — охотно ответил он, и гордость за это из него на меня прямо так и поперла. «Форкоши во всём придерживаются естественности, так что и наши жёны от и до вынашивают и рожают детей сами, и не видят в этом ничего страшного. Так у нас было всегда, и так будет дальше. В процесс деторождения мы можем вмешаться, только если это необходимо для спасения жизни роженицы и потомства. Технология — это хорошо, она должна облегчать нам жизнь, но не отбирать весь её смысл».

Чёрт… Какая подстава… А ведь мне так хочется сейчас вступиться за людей, но всё, что он сказал слишком логично, тут и крыть-то нечем. Что тут у них за белиберда такая случилась, что люди ведут себя хуже зверья, а животные, наоборот, выглядят куда разумнее. Что за будущее такое? Ожившая кунсткамера, да и только.

Хотя, если подумать, мне вот есть чем гордиться. Не знаю как, но ведь это я как бы сделала форкошей такими мегамозгами, и что они живут правильно. А вот у людей не было меня, и вон до чего докатились. Очертенеть можно! Неужели, я настолько гений, и поэтому меня Боженька в кокон этот ихний впечатал, чтобы я доброе и светлое транслировала? Я чего, спасительница Вселенной?!

Чёрт!

Увидев ошалевшую от моих рассуждений морду Воу, я тут же зажмурилась и спрятала лицо за руками. Вот же ж, лохушка!

А он — гад! Опять подслушивает!

«Я это несерьёзно. Это я так, типа пофантазировала немного», — мысленно сообщила ему я.

А сама лица не поднимаю — стыдно.

По сути, вроде бы ничего такого не сказала, и вообще я только подумала и даже ничего не попросила, но чего-то всё равно стыдно за это. И чего я такая дура совестливая, а?

«Я так и понял», — вклиниваясь меж моих тоскливых сожалений, заявил Воу.

А? Заинтересовавшись, я чуть-чуть отодвинула руку от лица, чтобы сквозь образовавшуюся щёлочку осторожно на него посмотреть. У форкоша, как всегда, было абсолютно непроницаемая звериная морда, этакий покерфейс, хоть сейчас за стол с зелёным сукном. Правда, с его-то крутыми силами, с ним всё равно никто не стал бы играть, бесполезно, сразу бы всё рассекретил. Разве что Кижум мог бы, но его я не представляю с картами, на каталу он вообще не тянет.

А этот всё сидит, на меня пялится. Да мне и так стыдно!

«Не переживай», — по-царски посоветовал форкош, сжалившись надо мной, когда я в запале всё-таки на него осмелилась взглянуть. «Вполне может быть, что кое в чём ты и права. К похожим выводам пришли некоторые из учёных».

А? Чего?

Я непонимающе на него уставилась. Вот тут бы поподробнее. Ты вообще о чём?

«Некоторые из учёных считают, что твоё влияние определило наше понятие о морали и семейственности»

О! Ни черта себе!..

«Но все подобные утверждения находятся на уровне теорий», — едва увидев, как я обрадовалась, тут же добавил форкош. «Мы не можем быть уверены в их истинности».

— Круто! — ошалело выдохнула я.

Плевать мне на их возможности и невозможности, даже в теории сделать что-то такое, это уже круто. Я себя так вдруг прямо мамкой их почувствовала. И плакать захотелось…

«Благодаря тебе у форкошей появились ментальные силы и высокий интеллект. Разве этого мало, чтобы собой гордиться?»

«Не знаю, я ещё не уверена, что такое возможно», — пожав плечами, пояснила я. «Нам в школе долдонили, что люди произошли от обезьян, спустившихся с деревьев, но вот я смотрю на вас и чего-то облысения не вижу».

«А почему мы должны облысеть?» — отодвинув морду назад от удивления, переспросил он.

«Чтобы тоже в кого-то начать превращаться», — пояснила я, как само собой разумеющееся. Вот хвастается интеллектом, а таких простых вещей не понимает. «А вот форкоши, судя по твоему рассказу, такими и были всегда, только поумнели сильно. Так что всё это вилами на воде писано. Я вот поверю, а потом вдруг откроется, что вы всегда такими были, а я, типа, там просто бесполезно висела все эти тысячи лет. Будет обидно».

«А в то, что наша мораль продиктована тобой тебе больше верится?» — явно не улавливая связи, уточнил Воу, перестав от меня отодвигать морду.

«Теперь и не знаю. Это всё вообще как-то странно. Я ни в чём не уверена»

Нет, ну, вот, честно, как я должна ему объяснить свои мысли, если сама ещё не совсем поняла, как ко всему этому отношусь. Вывалил на меня внезапно информацию, а я теперь — ковыряйся в этом всём. И ведь до сих пор не может сказать.