Знак четырех (СИ) - Носова Алёна - Страница 15

- Что же они такое? - прошептала Сая, глядя на повязки.

- Я не знаю, - убитым тоном сказал Арамил. - Но даю слово, что попробую найти ответ! Вот еже не первый год я работаю над расшифровкой текстов моах, что сохранились у нас. Проклятое рунное письмо слишком тяжело...

- Но что делать, мне, наставник? - спросила Сайарадил с отчаянием.

- Как это что? Стать великим магом, конечно же! - воскликнул Арамил. - Ты одна можешь показать, что стихийная магия не проклятье, а дар нашему миру! Я буду рядом и смогу защитить тебя от моих ретивых братьев, пока ты не станешь настолько сильной, чтобы не нуждаться в защите!.. Тебя ведь больше не беспокоят кошмары?

У Сайарадил заблестели от слез глаза. Она замотала головой; от резкого движения у нее в ушах зазвенело.

- Нам надо уйти, - услышала она встревоженный голос наставника, но его самого уже не видела: мир закружился хороводом забитых полок и канул в темноту.

Арамил подхватил обмякшую Саю и бросился к двери, дивясь тому, насколько она легкая.

- Как вы посмели сюда войти?! - раздался гневный крик.

Дверь открылась; за ней стоял наставник Аргус. Видно было, что он спешил: его лицо раскраснелось, мокрые от пота волосы прилипли ко лбу.

- Мне казалось, у меня есть на это право, - спокойно заметил Арамил.

- Но не у нее! - рявкнул Аргус.

- У нее больше прав, чем у всех нас, - не сдержавшись, Арамил смерил его взглядом свысока. - Отойди! Сайарадил нужна помощь.

Несколько мгновений казалось, что Аргус не уступит, но он все же посторонился и проводил молодого наставника взглядом, полным лютой ненависти.

У лестницы их встретил запыхавшийся наставник Еримил.

- Чего ты добиваешь? - крикнул он, заступая дорогу. - Хочешь стать для нее покровителем? Несчастный дурак! Неужели ты думаешь, что потомок Ксайгала станет служить тебе?

- Я верю, - смиренно сказал Арамил, - что Сайарадил будет служить Храму... Поэтому, прежде чем привести ее сюда, я посетил Верховного жреца. Надеюсь, его разрешения для вас достаточно?

Лицо старшего наставника вытянулось так, что разгладилось большинство морщин. Он посторонился, отметив при этом, как бережно Арамил прижимает Саю к груди.

Глава 4

Сайарадил металась в горячке несколько часов кряду, затем затихла. Ее дыхание было едва слышным, а обжигающе-ледяные ладони вновь покрылись кровавыми волдырями. Казалось, жизнь вытекает из Сайарадил; ее и без того бледные щеки синели с каждым часом.

Храмовые целители отбыли на север в прошлом месяце, а рядовые лекари только и могли, что напрасно изводить свой арсенал мазей и настоев. Наставник Арамил не находил себе места: он послал за целителями в ближайший порт Эсла, но те прибудут только через сутки...

В щели между ставнями просочился солнечный луч. Рассветало.

- Может, стоит сообщить родным? - предложил учитель Нармаил.

- Она очнется! - отрезал Арамил.

- Это будет чудом.

- Значит, сотворим его... Приведи Айнэ Анарда.

- Адепта? Ему запрещено использовать магию до посвящения!

Взгляд наставника стал жестким.

- Так приведи его так, что никто не узнал.

Нармаил неодобрительно покачал головой и скрылся в дверях. Наставник принялся в который раз обрабатывать волдыри, понимая всю бесполезность своих действий.

- Наставник? - раздалось позади. - Мне сказали, что кому-то из первогодок плохо... Великие предки! Это же...

- Да, это она, - Арамил обернулся, даже не пытаясь скрыть отчаяние. - Айне, прошу, скажи: что с ней?

***

Когда Сая пришла в себя, то обнаружила, что ничего не видит. Зрение исчезло, остался только слух.

- Что с ней, Айне? - это был голос наставника.

Кто-то положил Сае на лоб прохладную ладонь.

- Слышишь меня? Проснись! - приказал незнакомый голос.

Он говорил еще что-то, но Сайарадил не могла разобрать слов. Ей казалось, что она падает вниз - в пропасть без дна, и этот прекрасный полет будет длиться вечно. Наконец-то Сая чувствовала себя свободной.

Айне Анард отстранился от впавшей в забытье Сайарадил и беспомощно посмотрел на учителей:

- Я не смогу ей помочь. Она умирает.

- Что?! - вскричал Арамил, надвигаясь на адепта.

- Ее сила велика для детского тела. Пробуждение должно было пройти постепенно...

Учитель Нармаил потупил взгляд.

- Вы чувствуете? - адепт провел рукой над Сайарадил; видно было, как у него вздулись вены. - Энергия распыляется в пространство, как кровь из пореза! Естественная защита трескается... Первый раз вижу такое! Если так продолжится, она умрет через пару часов. Я попробую замедлить процесс...

- Тебе нельзя, - вклинился Нармаил.

- Я смерти не боюсь, - поморщился Айне. - А вот хватит ли вам смелости спасти ее от дара, который убивает?

- Следи за словами! - одернул было учитель, но Арамил перебил его:

- А если поток энергии иссякнет?

Нармаил поглядел на наставника, как на помешанного.

- Что ты предлагаешь?

- Запечатать ее дар.

- Это еще что?

- Рунная магия моах.

- Магия древних северян? Жречество ей не владеет!

- Я работаю над расшифровкой их рун не первый год.

- Но ты никогда ими не пользовался!

- Отличный случай попробовать.

- Рунная магия запрещена седьмым из Верховных под угрозой отречения и смерти!

- Кто узнает? Мы не проболтаемся, а Айне я заблокирую память.

Адепт презрительно фыркнул.

- Это безумие, - Нармаил поднял руки, словно снимая с себя всякую ответственность.

Наставник прикрыл глаза на мгновение: перед его мысленным взором пронеслись чертежи из древних свитков, испещренные крючками и закорючками - легендарная магия древних северян, утерянная много веков назад. Несколько ритуалов ему удалось расшифровать...

Почти удалось.

- Сдвинем стол, чтобы было свободное место, - Арамил решительно тряхнул головой, отгоняя сомнения: маг должен быть уверен в своем праве творить магию. - Придется открыть окна, я не могу чертить вслепую! Кстати, чем можно начертить руны?.. Айне! Приведи Саю в чувство. Мне нужно ее согласие.

Пробуждение было пыткой - тело сковал леденящий холод, мягкий утренний свет казался нестерпимо ярким. Сая попыталась сфокусировать взгляд. Над ней склонился наставник и еще кто-то...

Сая захрипела от ужаса. Рядом с наставником замерла безмолвная тень с бледным лицом, которое совсем недавно она видела на рисунке тушью. В прозрачных голубых глазах замерло холодное безразличие.

'Он пришел за мной!' - поняла Сая. Ей вдруг пришло на ум, что смерть избавляет от боли. А раз так, то почему бы и нет?

Ничего не подозревающие наставник склонился над ней и сказал прямо на ухо:

- Сайарадил! Ты поправишься, если я запечатаю твою силу. Но мне нужно согласие. Позволишь помочь тебе? - и услышал в ответ слабое: 'Да'.

Этого было достаточно.

Приготовления завершились. Завернутую в плащ Сайарадил уложили в центр круга извилистых рун. Ставни вновь закрыли: творить магию при свете солнца привыкшим к полумраку жрецам казалось кощунством. Вместо южных благовоний в курильницы добавили пихтового масла. Еще раз перепроверив руны, наставник приказал Айне выйти. Когда за адептом закрылась дверь, Арамил вошел в круг и кусочком белой глины, которую лекари использовали для лечебных аппликаций, нарисовал замыкающую, сорок девятую руну.

Учитель Нармаил остался за чертой круга.

Впервые в жизни Арамил был настолько не уверен в том, что делает. Под хриплое дыхание Сайарадил он произнес на унге, мертвом языке моах:

- Я, поручитель Арамил, перед свидетелем Нармаилом, накладываю печать на мага Сайарадил по ее доброй воле и согласию. Силою круга сорока девяти рун повелеваю: сковать магию Сайарадил, пока все трое - поручитель, свидетель и маг - не откажутся от своих обязательств!