Зигзаг судьбы (СИ) - Титова Светлана - Страница 32

Тариэль словно не слышал последних слов, перехватил руки и прижал над головой, жадно оглядел приоткрытые губы и впился жестким, властным поцелуем. Пальцы, лаская, спустились на бедра. Погладили нежную кожу. Волны неги медленно растеклись по всему телу. Тело выгнулось, желая более смелой ласки. Пальцы прошлись по кружевной кромке трусиков и скользнули под нее. Обласкали каждую складочку и слегка нажали на бугорок. Сладострастная судорога заставила тело вздрогнуть, низ живота заныл. Губы накрыли возбужденное навершие груди. Язык выписывал узоры, играл с соском. Легонько прикусив, чуть подул. Тело выгнулось, я застонала. Тар подхватил под ягодицы и прижал к напряженному паху. Уже плохо соображая, что делаю, вцепилась ему в плечи и обвила его ногами. Каменная стена холодила разгоряченную спину.

— Элик, любимая… маленькая моя, что же ты со мной делаешь… — едва слышный полушепот, полу стон.

Пальцы стиснули мое тело до боли. Это признание! Волна сладострастия захлестнула тело и разум. Неуловимое движение бедер, и мы слились в одно целое, отдаваясь сладкой боли наслаждения. Разум растворился в волнующих, острых ощущениях. Блаженство накатывало волнами одна за другой. Его горячие губы, опаляя кожу, повторяли на ашранском: «моя», «любимая». Волна нежности поднялась в сердце и, переплетясь с наслаждением, разлилась по телу. Шум водопада исчез, и остались только мы, сгорающие сами и сжигающие в страсти горечь и боль. Чувствуя приближение разрядки, он резким движением вжал меня в себя. Судорога ошеломляюще яркого удовольствия скрутила низ живота, разливаясь сладким томлением, потом еще одна и еще. И мой крик слился со стоном Тариэля.

* * *

Обессиленные сидели, прижавшись друг к другу. Тариэль, едва касаясь, провел пальцами по моей щеке.

— Элик, ты плачешь? Что случилось? — Тар притянул меня на колени, сцеловывая капельки слез.

— Мне слишком хорошо сейчас… — я прижалась груди, чувствуя, как сладкая нега заполняет каждую клеточку расслабленного тела.

— Сочту за комплимент, — Тариэль тихо рассмеялся и потянулся поцелуем к губам. — Идем…

— Куда? — удивленно вскинулась, глядя на протянутую руку.

— Ты же не думаешь, что это все?

* * *

Тариэль сонно сопел за спиной, уткнувшись в шею и прижимая меня к разгоряченному телу. Вспоминая все, что происходило под водопадом и в его комнате, тихо улыбалась. Смогла по-настоящему улыбнуться впервые с тех пор, как выписалась из госпиталя. Поймала себя на мысли, что счастлива простой возможностью вот так лежать и слушать дыхание любимого мужчины.

Как же мало надо, чтобы сделать меня счастливой! Берге с их богатством это так и не удалось, хотя я бесконечно благодарна этой семье за заботу, внимание и теплый прием. Семье, но не Рону. Пережив крушение шаттла, бункер, где могла погибнуть от рук психопата, смерть отца, помешательство матери, боль несчастных землян, я изменилась, переоценила ценности, как бы пафосно это не звучало. Теперь надуманные проблемы Рона больше не воспринимались, как нечто серьезное, способное задеть, причинить боль. Не моя вина, что наше семейное счастье оказалось слишком хрупким и не выдержало первого же испытания. Понимая, что брак, заключенный между абсолютно чужими людьми, не мог быть долгим, Рон, воспитанный на идеалах дворянской чести, мучился от собственного несовершенства. Его дед, преданный памяти покойной жены, и его отец, отстоявший право жениться на любимой перед высшим обществом Ашрана, теперь стали недосягаемым идеалом для него, не сумевшего сохранить достоинство и самоуважение. Мой «неблаговерный» муж сам испортил себе жизнь. Но втянуть себя в любовный треугольник и этим испортить свою жизнь я не дам. Судьба слишком уж щедро подкидывает нам беды и трагедии. Не стоит соревноваться в этом с ней.

Глава 25

Глава 25

Следующие неделю мы друг друга видели только урывками. На Луну- 3 прибыла новая миссия. Тариэль, исполняющий обязанности начальника безопасности, все время пропадал по служебным делам. Чтобы поднять мне настроение, присылал сообщения с признаниями или смешные ролики, как глупят служащие базы. Он придумал игру, оставлял подсказки, следуя которым, в разных уголках базы я находила небольшие подарки или лакомства. Загруженный сверх меры работой, не забывал обо мне, пытался развлечь. Ловила себя на том, что постоянно хожу с глупой улыбкой и отвечаю невпопад. Кажется, впервые за много лет я бессовестно счастлива.

* * *

На коннект пришло сообщение об отправке транспорта в зону боевых действий утром завтрашнего дня. В кратчайшие сроки он доставит боеприпасы и медикаменты, заберет раненых. За неимением других медработников, я как принявшая присягу, сопровождаю медицинский груз, а на обратном пути буду следить за состоянием раненых. С тяжелым сердцем, пытаюсь связаться с Землей, с мамой, с Триш. Связи нет. Списывать все на необычно сильные магнитные бури — дежурную отговорку прогнозистов-синоптиков не получается. Мрачные подозрения отравляют и так неспокойные мысли.

Команда сменщиков Триш давно отбыли на Землю, но подруга так и не вернулась. Сведения по вирусному заболеванию засекречены. Тариэль упорно отмалчивается, переводит темы или закрывает рот поцелуями, своим поведением еще больше подогревая тревогу. Отправляю сообщение лорду Освальду о новом назначении. Он будет очень недоволен, я, конечно, рискую. Мелькает малодушная мысль отказаться, сославшись на беременность. Отгоняю ее. Вспоминается, как вместе пили чай, его забота и уверения в помощи. Машинально потираю плечо, там, где чип.

Надо собрать вещи, утром не будет времени. Тариэля увижу завтра, перед отлетом, он наверняка выйдет проводить нашу группу. Ложусь пораньше, в надежде выспаться. Сквозь сон чувствую, как горячие руки скользят под тонким полотном рубашки, губы выцеловывают чувствительные местечки на шее.

— Милая, я соскучился…

Губы сладко накрывают мои, и я проваливаюсь в водоворот страсти.

Проснувшись пораньше, успеваю в душ, пока Тар спит. Форму оставляю в гладильном шкафу. Стоя в белье, закалываю волосы перед зеркалом. Из-за беременности волосы изменились, стали гуще и жестче. Теперь целая проблема убирать их в прическу. Шпильки выскальзывают, я бурчу ругательства себе под нос.

— Элик, что семье фон Берге нужно от тебя? — огорошивает вопросом Тар. Он давно проснулся и наблюдает за мной, не спеша вставать.

Подумав, рассказываю о законе, одновременно натягивая форму и чулки. Помянув в нехороших отношениях гхыра и затейников от военной моды, достаю туфли на каблуке. Одевшись, ставлю вариться кофе и разогреваю мясной пирог.

— Если им нужен наследник, почему он отпустил тебя, а сам с другой на Этане? — Тар, жмурится от вкусного запаха, наблюдая, как я собираю на поднос чашки.

— Потому что дело сделано, я уже беременна. Двойняшками… — ставлю поднос на кровать перед Тариэлем.

Рука, не дотянувшись до пирога, замирает на полпути. Тариэль оглядывает стройную фигуру, смотрит недоверчиво, надеясь, что я шучу. Я пожимаю плечами. Он резко меняется в лице, прищур становится злым.

— Ты никуда не полетишь! В твоем положении опасно! Берге знает про детей? — приказным тоном допрашивает Тариэль. — Если знает, почему отпустил сюда?

— Узнал, когда я была на базе, — сую ему чашку и кусок пирога в руки. — Я полечу, Тар, больше некому. Со мной все в порядке. Беременность — не болезнь.

Завариваю себе чай, ищу в пищевом шкафу шоколадные конфеты, и возвращаюсь к нашему завтраку в постели. Судя по решительному выражению на лице, Тариэль принял решение.

— Ешь, я пока в душ. Нам нужно серьезно поговорить, — резко скидывает одеяло и, не стесняясь наготы, уходит.

Просматриваю сообщения. Сердце сжимается, с Земли снова ничего нет. Лорд Освальд требует моего отказа от полета, грозит задействовать свои связи. Леди Анна выражает соболезнование по поводу отца и просит поберечь себя. От Ронана требование о видеосвязи. Благодарю Лорда Освальда и Леди Анну за беспокойство. Разговаривать с «неблаговерным» и портить настроение перед поездкой нет желания. Тревожно, что мог придумать Тариэль. С него станется запереть меня в комнате. Заедаю не радужные мысли шоколадом.