Херувим - Дашкова Полина Викторовна - Страница 90

До дома доехали быстро. По дороге позвонил Райский. Коротко сообщив ему, что родителей он встретил и все в порядке, Сергей повернулся и произнес:

–?Папа, включи, пожалуйста, свой мобильный.

–?Да, конечно, я совсем забыл, – отозвался Владимир Марленович.

Уже светало. Когда выходили из машины, Сергей заметил, что генералу совсем худо. Глаза глубоко запали, лицо вытянулось и разгладилось. Теперь он был похож на старенького ангела.

–?Мне пора принять лекарство, – прохрипел он сквозь зубы и тяжело повис на руке Сергея, – ты поднимись к нам, надо поговорить.

Наталья Марковна молчала и не спускала с Сергея глаз. Взгляд ее был очень внимательным, напряженным и даже немного враждебным. Или это только показалось в неверном рассветном свете. Когда поднимались в лифте, генерал дал себе волю, сморщился, схватился за живот и еле слышно постанывал.

Квартира оказалась еще шикарнее, чем у Стаса. Но выглядела она вполне обитаемой, ничем не напоминала гостиницу и картинки из каталога. Генерал сразу отправился в свой кабинет, генеральша искоса взглянула на Сергея.

–?Если вы курите, можете пройти на кухню, – произнесла она быстро, сухо и отправилась к мужу.

Курить действительно хотелось. Но сигареты он забыл. Впрочем, в кухне на просторном подоконнике лежала пачка «Парламента». Опять позвонил Райский. Полковника больше всего волновали бумаги, которые принес Плешаков на подпись Стасу Герасимову.

–?Фирма «Омега» переводит сто пятьдесят тысяч в банк «Фамагуста», который находится в Никосии, на Кипре, – объяснил Сергей. – Это якобы оплата за партию компьютеров, полученных «Омегой». И семьдесят тысяч отправляются в тот же банк на личный счет консультанта по этим самым компьютерам. Я успел незаметно для Плешакова переписать реквизиты, номера, в общем, всю цифирь. Наизусть, разумеется, не помню, сообщу позже.

–?И вы все это подписали? – перебил Райский.

–?А что мне оставалось делать?

–?Ладно. Дальше. Как зовут консультанта, тоже не помните?

–?О, это трудно забыть. Консультанта зовут Анжела Болдянко.

В трубке повисла долгая пауза. Сергей слышал дыхание Райского, и ему на секунду стало жаль полковника.

–?Михаил Евгеньевич, – произнес он, – наш подопечный не трогал объект «А» потому, что перекачивает через него деньги, причем не только общак, но, вероятно, и свои личные. Стаса преследует другой человек, и я почти догадываюсь, кто он. Вы ошиблись, полковник. Я понимаю, как вам это неприятно слышать. Зато теперь мы знаем то, что могли бы никогда не узнать, и ваш план все равно работает, пусть не так, как вы предполагали.

–?Я не нуждаюсь в ваших утешениях, майор, – откашлявшись, рявкнул Райский, – когда вы сможете сообщить мне банковские реквизиты и номера счетов?

–?Как только окажусь в квартире объекта «А», – с легкой усмешкой отчеканил Сергей.

–?А где вы сейчас?

–?У мамы с папой. Сижу на кухне. Кстати, генерал очень серьезно болен.

–?Что с ним?

–?Пока не знаю. Но выглядит ужасно.

–?Да, я подозревал что-то в этом роде, – медленно произнес Райский, – вы не вздумайте рассказывать ему о бумагах, которые подписали.

–?Конечно, я понимаю.

–?Ни черта вы не понимаете, майор! Ладно. Сейчас уже утро. Когда вы уедете отсюда?

–?Пока не знаю. Генерал хочет поговорить со мной.

–?По возможности избегайте конкретных ответов. Только общие слова. Передайте генералу, чтобы позвонил мне, как только отдохнет, я сразу к нему приеду.

–?Михаил Евгеньевич, проверьте, пожалуйста, существует ли воровской авторитет по кличке Палыч, – Сергей осекся, услышав шаги.

–?Зачем это?

–?Потом расскажу, позже, – прошептал он, прикрыв трубку, – я позвоню вам, как только смогу.

В дверях появилась Наталья Марковна. Увидев, что он разговаривает по телефону, она включила чайник, села на стул напротив Сергея, достала какой-то журнал, открыла и принялась листать. Вид у нее был растерянный.

–?Но не раньше девяти утра, – отчеканил в трубке голос Райского, – я должен поспать хоть немного, чего и вам желаю. В десять вы должны навестить Анжелу. Непременно с цветами. Учтите, времени у вас будет мало, к двенадцати она едет в клинику на прием.

–?Почему такая спешка? Не лучше ли перенести на вечер?

–?Нет, – отрезал Райский.

Сергей попрощался, отложил телефон, загасил сигарету и тихо спросил:

–?Наталья Марковна, как себя чувствует Владимир Марленович?

–?Плохо, – вздохнула она, – он не спит, ждет вас, хочет поговорить. Я должна извиниться за сцену в аэропорту.

–?Ну что вы, я понимаю...

–?Отличная работа, – пробормотала она, впервые подняв глаза, – хотела бы я знать, какой вы на самом деле.

–?Теперь вот такой, – Сергей виновато улыбнулся, – другим уже вряд ли буду.

–?Эти рубцы – следы пластической операции?

–?Да.

–?Они останутся?

–?Нет. Чуть позже врач их удалит.

–?Вы будете теперь всегда жить вот с этим лицом?

–?Вероятно, да.

–?А волосы? Это ваш собственный цвет? – Она протянула руку и кончиками пальцев прикоснулась к его голове.

–?Нет. Краска.

–?Какие они у вас на самом деле?

–?Белые.

–?То есть вы светлый блондин?

–?Я седой.

–?Почему? Вам ведь мало лет. Кстати, сколько?

–?Тридцать шесть.

–?И почему же вы седой?

–?Не знаю. Наверное, гены.

–?Ваши родители живы?

–?Нет.

–?Жена? Дети?

Сергей молча помотал головой.

–?Вы очень рискуете?

–?Ну это уж как получится.

–?Как ваше настоящее имя?

–?Станислав.

–?Неправда, – простонала она и сморщилась, словно от сильной внезапной боли, – я знаю, вас зовут иначе. Скажите, как. Мне не нужна фамилия, не нужно отчество, только имя. Пожалуйста!

Зазвонил телефон, она вздрогнула и схватила трубку.

–?Да, Володенька, да, милый, сейчас мы идем. Нет, я хочу присутствовать при вашем разговоре. Почему? Ладно, я поняла, только не волнуйся, – она положила трубку и объяснила: – Кричать он не может, а встать ему тяжело. Вот, догадался позвонить по мобильному. Он просит вас зайти к нему. Он в спальне, по коридору направо. Вы хотите чаю, кофе? Может, вы голодны? Я могу приготовить что-нибудь на скорую руку.

–?Спасибо. Если можно, чаю.

Сергей отправился к генералу, Наталья Марковна осталась на кухне и долго сидела, не шевелясь, повторяя про себя: «Чужой человек. Посторонний. Сереженька».

Глава тридцать пятая

Николай проснулся первым, в десять утра. Оксана крепко спала, он не стал ее будить, тихо выскользнул из-под одеяла и отправился на пляж. Там он занялся гимнастикой, примерно полчаса приседал, отжимался, прыгал, потом еще полчаса плавал в море. Когда вернулся, застал Оксану на кухне, умытую, одетую. На плите шипела яичница с ветчиной, пахло кофе и поджаренным хлебом.

–?Доброе утро, – он чмокнул ее в щеку, уселся за стол.

Она тронула пальчиком его разбитую скулу.

–?Надо было сразу лед приложить, не было бы шишки.

–?Да хрен с ней, с шишкой, – поморщился Николай, – зуб жалко. Свой ведь, живой, здоровый, ни пломбочки! А вдруг позвонит Марленыч, прикажет лететь в Москву срочно, и как я такой щербатый полечу? Вот если подумать, вроде бы фигня, один зуб, но передний, и сразу чувствуешь себя уродом.

–?Лучше бы ты ему зуб выбил, – проворчала Оксана, – вообще вмазал бы ему хорошо. Для науки.

–?Не могу.

–?Что, на барское дитя рука не поднимается?

–?Да не в том дело, – помотал головой Николай, – я бы этого урода по стенке размазал, если бы не Марленыч. Очень старика уважаю, очень. И генеральшу жалко. Они хорошие люди и как только вырастили такого, прости, Господи? Главное дело, любят его до безумия.

–?Сын, – вздохнула Оксана, – никуда не денешься. Баловали они его, наверное, вот и получился обормот. Между прочим, есть придется со сковородки, ни одной тарелки не пощадил, японский сервиз грохнул весь, до блюдечка.

–?Ты заглядывала к нему?