Пчелиный Рой. Уплаченный долг (СИ) - Куликов Даниил - Страница 79

— Сволочь. — Кваз тихо плакал.

— Можешь поверить — труп подлинный. — с гордостью сказал Чалый. — На нём всё моё оружие, которое попало к Рою, его бронежилет, одежда, мелкие вещички вроде пенала со спеком в одном сапоге, зубной щётки в футляре — во втором… Батя когда мы встретились очень точно всё описал, что и как носил при себе Рой, какие имел привычки — сразу видно бывшего полковника. Ошибки не может быть. Теперь уже Рой не воскреснет. Вот только дневника не было…

Кваз молчал. Чалый пошарил рукой в вещах Кваза и вынул дневник Роя.

— А вот и дневник. — кивнул он сам себе. — А я голову сломал, где же эта книжечка.

Кваз молчал.

— Вижу ты приуныл. — небрежно сказал мур. — Но я продолжу, не было случая похвастаться знаешь ли. В Улей попадают толпы народу, и тупо хватают оружие, начинают палить направо и налево, качать дары, хвастаться… Хоть бы один сел и подумал… Однако есть и такие — тот же Рой. Он первым делом стал исследовать Улей, записывать данные по заражённым, препарировать трупы… Молодец. Тот же легендарный клокстопер Карат, вызывает восхищение, но заметь — он не стал пытаться что-то изучить. Тот же Гробовщик — вызывает трепет, но заметь — он пошёл убивать. Ещё одна легенда — Айвен — убил плохих парней и пошёл устроился на работу в стаб. Все эти люди достойны восхищения.

Кваз вспомнил, как комплексовал Рой, от того, что не умеет стрелять.

Чалый помолчал смакуя мысль.

— Их кучи — этих легенд, которых можно почти боготворить. — продолжил он. — Ампер, Рина, Еврей, Никта… А были никому неизвестные люди которые занялись созиданием. Кто-то ушёл в Институт. Кто-то открыл стаб… И я стал изучать Улей, только не как твой приятель — с точки зрения зоологии и эволюции, а с точки зрения экономики. Так вот — первый необходимый для жизни продукт на который не упадёт спрос — спораны, без живчика никто не выживет. Второй — оружие и развлечения. Поэтому первые по влиянию и богатству — торговцы и проститутки, вторые — стронги, которые снимают оружие с трупов внешников, после — трейсеры, охотящиеся за потрахами, а уже потом идёт всякая шушера типа рейдеров и спекулянтов.

Чалый сделал паузу.

— Так вот, самые богатые в Улье — это муры. Внешники снабжают их любым оружием, в обмен на человеческие органы, даже самым редким и дорогим, спораны и прочие потроха они могут добыть сами, или отобрать у своих жертв. Развлечение — им проще насиловать в перезагрузившемся кластере, чем оплачивать услуги проститутки. Ты не представляешь, какие суммы льются через их руки. Так вот, я объединил эту тупую шушеру и стал получать ценную и жизненно необходимую вещь в любом количестве — оружие. Осталось только его сбыть. Немного актёрского мастерства, и я стал не только муром Чалым, но и рейдером Якорем. Немного хитрости, и я смог входить в стабы… Так я смог неограниченно получать спораны, горошины, жемчуг, просто сбывая лишнее оружие рейдерам.

Чалый снова помолчал.

— Выдавая себя за две личности я смог уходить от всех — муров, стронгов, внешников. И получать прибыль стало легче — куча дураков и неглупых мужиков согласятся пойти с таким рейдером, как Якорь… Вот только те, кто встретил меня вне стаба и без свидетелей попадут на стол к внешникам, и вырежут им глаза, почки, печень и разделают на части. С остальными можно понянчится. А позже я придумал гладиаторские бои — чтобы выжимать у муров всё… Полагаю я даже стал богаче Била Гейтса и всяких Рокфеллеров. Никто и не догадывался — я взял простые, серые имена — Якорь, Чалый… Оставалось только наводнить стабы своими людьми, ментатами, и я стал бы царём и Богом Улья…

Чалый хмыкнул.

— Но пришёл ещё один, который не побежал совершать подвиги, не спешил стать героем, а решил сесть и подумать. Этот Рой почти сразу после того, как попал в Улей, разгромил мой притон, перестрелял кучу зрителей, и сбежал взорвав гараж. А потом убил всех киллеров, и даже смог понять, что за всем этим стою я — некто Чалый. Лучше бы он стал известным и прославленным героем — хлопот бы меньше было… Неприятности всегда устраивают такие вдумчивые и аккуратные люди. Подобных вообще замечают только когда они становятся например богаты. Но и тогда, все говорят, что им просто повезло.

— А теперь вернёмся к тому, что тебя ждёт. — спокойно продолжил Чалый. — Как все одиночки, которые попали ко мне, ты будешь разделан вместе со своим дружком. Внешники хорошо заплатят за ваши потроха. Этот бардак и всё остальное достанутся мне. Да, кстати — ни один мур не должен узнать, что я и Якорь — одна личность. Поэтому я вколю тебе в шею лидокаин и ещё кучу всякой дряни, чтобы у тебя отнялся язык, резать не буду — так внешники больше заплатят.

Кваз стиснул зубы и зарычал, пытаясь избавиться от оков. Рой был прав — Чалый оказался гением преступного мира.

Глава семьдесят восьмая

Крещение

В Улье очень много повторяющихся даров.

Заметки Полковника.

— Приехали. — Чалый выпихнул Кваза наружу. — И не надейся, что тебя найдут по маячку — как только я сел, включил электронную глушилку у себя в рюкзаке.

Кваз захотел выматериться, но не получилось — язык и челюсти вообще не двигались. Ещё один шанс избежать западни и отомстить оказался уничтожен. Тем не менее он огляделся — Чалый остановил машину в каком-то подземном ангаре, полном техники. С потолка светил слабый свет. И ещё — кругом стояли увешанные оружием люди. Много людей.

— Тю… — сплюнул один. — Чалый, у тебя что дар какой-то — ну там рог изобилия? Говорил, что придёшь через часик, а соврал — приехал на бардаке, да ещё и с тушей для разделки.

— Может и дар. — пожал плечами Чалый. — Этот седой Иуда не объявлялся?

— Через час должен. — доложил один. — Как и договаривались — с трупом.

— Присмотрите за ним — чтобы не чудил. — распорядился Чалый.

— Чалый, ну чего ты как целка условия ставишь? Нам что, в первый раз петухов и вертухаев принимать? — обиделся один.

— Ага, петух петуху глаз не выклюет. — мрачно кивнул Чалый и толпа дружно заржала, а упомянутый «петух» пошёл багрянцем от ярости.

— Бардак не потрошите. — приказал Чалый. — Я сам буду разбирать. А этого… В камеру.

Кваза радостно поволокли, забросили в камеру и заперли дверь. Кваз огляделся — маленькая комната, с массивной дверью и засовом снаружи. Кроме засова прилагался гаражный замок и цепь. Оковы на руках и ногах висели по прежнему. Кваз начал яростно извиваться, но всё чего добился — это рухнул на пол. В мучениях прошёл почти час. Выдохнувшись он устало растянулся на полу. Чалый не первый раз связывал живой товар, и с квазами дело тоже имел. Всё шло к одному концу. Предательство Бати, пьянство Ярла, дезертирство Уайта, и смерть Роя, и теперь смерть Кваза.

Чалый был действительно очень умён — ни одно оружие, ни один дар, ни одна броня не спасёт от холодной логики, и расчёта.

В дверь поскребли.

— Пссс… — раздался шёпот, голос был не знаком.

Кваз поднял глаза, и увидел мура, смотрящего сквозь окошко. Мур был смутно знаком, но выглядел паршиво — без одной руки, без части пальцев на другой, лишённый одного глаза, и в разорванном рубище. Кваз не сразу узнал его — это был Хмель. Мур, который пришёл с Рыбаком, и единственный, кого Рой отпустил живым. Мур который рассказал всё что знал о Чалом и всём остальном.

— Живой. — шепнул мур. — Я сейчас отворю дверь. Не шуми.

Кваз замер. А это ещё что такое?

Мур замер, затем его лицо побледнело, и по нему покатились капли пота. Щёлкнул открываясь замок. Кваз вспомнил — Рой упоминал в своём дневнике, что у Хмеля дар — короткий телекинетический щуп, позволяющий открывать замки. И Вот сейчас этим даром Хмель отпер замок. Хмель отпер дверь и вошёл внутрь. В глазах у Кваза читался немой вопрос.

— Он резал меня, когда я не смог убить Роя. — грустно сказал тот. — И резал ещё сильнее, когда понял, что я ничего не могу сказать, как ни старался.

Дар Бати «Цензор» работал безупречно. Хмель глотнул из фляги, восстанавливая баланс в организме. И используя дар отпер наручники у Кваза.