Игра судеб (СИ) - Грин Лина - Страница 44

— Я буду держать за вас кулачки! — Никита широко улыбается и уже помогает мне встать, собрать все вещи и найти моего лечащего врача. Полчаса еще уходит на то, чтобы выпросить выписку из больницы и убедить очень уж сомневающегося врача в том, что я здорова и могу передвигаться. Сошлись на том, что я буду принимать выписанные лекарства и в случае чего приеду обратно в больницу (еще чего!). С облегчением я выдыхаю лишь тогда, когда мы выходим на улицу, где нас ждут Линда с Ваней. Около машины друзей, мы прощаемся с Ником и говорим одновременно:

— Надеюсь, не последний раз видимся, — и начинаем дружно смеяться.

— На созвоне, — добавляет Ник и подмигивает мне, после чего уходит к своей машине, а я сажусь на заднее сидение к моим друзьям, морально настраиваясь на встречу с Артемом. Пока мы выезжаем со стоянки, я набираю телефон Соболева и спустя пару гудков, он мне отвечает:

— Привет, Алиса (даже не маленькая, однако). Прости, что уехал, дела срочные появились, — на заднем фоне слышится женский смех, и я без лишних слов понимаю, что у него там за дела.

— Привет, мы сейчас выехала с больницы, где встретимся, чтобы я могла сумочку забрать?

— Через три квартала будет детское кафе, давай около него?

— Хорошо, без проблем, — говорю я и отключаюсь. Стараюсь унять нервную дрожь, пока объясняю Ване куда подъехать и собраться с мыслями. Спустя пару минут мы паркуемся около указанного места, и рядом с нами останавливается машина Артема. Так, главное не ударить в грязь лицом и проследить за тем, чтобы мне еще куда-нибудь не прилетело. Выхожу из машины одновременно с Артемом, и он жестом просит следовать за ним. Мы доходим практически до входа в кафе, когда Соболев все-таки останавливается и поворачивается ко мне лицом. Он внимательно смотрит на меня с неподдельной грустью и усталостью в глазах, протягивает сумочку, но когда я тянусь за ней, не отдает. Только я хочу возмутиться, как Артем осторожно проводит рукой по моим швам, которые залепили пластырем и бормочет:

— Я не хотел этого, ты ведь веришь мне? — я же закрываю глаза, не в силах побороть те ощущения, которые во мне вызывает лишь одно прикосновение руки Артема и отвечаю:

— Верю и не держу на тебя зла. Ты это хотел услышать?

— Маленькая… я хотел всего лишь услышать правду, которую не так и часто прошу.

— Ты услышал ее, Темочка. Теперь отдай мне сумку, я хочу добраться до дома, — он наконец отдает мне мой аксессуар и притягивает к себе. Не успеваю я опомниться, как Артем начинает отчаянно целовать меня, и я отвечаю ему… Я совершенно не понимаю, что происходит между нами, похоже, как и Артем, но мы не в силах разорвать эту взаимосвязь. Но конечно же в очередной раз начать ссору получается именно у меня, так как я действительно возмущенна собственническим поведением Соболева!

— Перестань вести себя так, как будто я принадлежу тебе! — кричу, я, вырвавшись из поцелуя, о котором мои губы будут помнить еще очень и очень долго.

— Я тебя назвал своей невестой, разве этого недостаточно? — возмущенно спрашивает Артем, я же ему отвечаю точно в такой же интонации:

— Ты сказал это специально, чтобы тебе отдали мою сумочку! Опять наверно хочешь сказать мне о том, как тебе нравится Лера, но хочется и со мной потрахаться?!

— Артем… — слышу я позади и, обернувшись, вижу Леру при полном параде, разворачиваюсь обратно к Соболеву и говорю:

— Вот видишь. Тебе, видимо, очень нравится доставлять мне боль. Что же, поздравляю, Соболев, ты победил — я проиграла, — разворачиваюсь и ухожу прочь. Пора заканчивать с этой болезненной любовью к Артему, пока я совсем не потерялась в том, чего никогда и не было.

Глава 19

Линда

Ранее произошедшие события и некоторые разъяснения

Я досматривала довольно интересный сон, когда около моего уха начал трезвонить мобильник. Кому и что надо от меня в такую рань?! Решаю подождать пару минут, надеясь на то, что человеку с другого конца надоест мне названивать. Но не тут то было, после одного продолжительного звонка, сразу поступает следующий, на котором все мое терпение заканчивается. Я хмурюсь и открываю один глаз, моргаю несколько раз и беру в руки телефон. Вся сонная дымка проходит, когда я вижу имя звонящего. Этот человек ни за что бы не стал мне просто так звонить, да еще и в десять утра, что же, хоть не в восемь, спасибо и на этом. Провожу рукой по сенсору и наконец отвечаю:

— И тебе доброе утро, Артем, — ворчу я в трубку, параллельно щекоча рядом сопящего Ваню. Чего это меня разбудили, а он до сих пор спит?! Ах, какая я эгоистка.

— Привет, Линда, у нас тут трагедия небольшая, а ты последняя кому звонила Лиса (Когда, мать вашу, мне звонила Громова? Как я могла пропустить звонок от лучшей подруги?!)

— Рассказывай, — говорю я уже совершенно бодрым голосом и встаю с кровати, направляясь в ванну.

— Я, как бы сказать, чтобы ты меня правильно поняла… — я усмехаюсь и отвечаю:

— Наверное, как есть?

— Я стукнул Алису дверью и прошиб лоб, — выдает Соболев, и моя челюсть чуть ли не падает от шока. Некоторое время мы молчим, пока я осознаю слова Артема, он же что-то бормочет себе под нос, но я так и не разбираю, что именно. Делаю глубокий вдох и выдох, понимая, что мне сейчас совершенно противопоказано злиться и нервничать. Взлохмачиваю волосы и наконец спрашиваю:

— Где вы сейчас?

— Ждем скорую, маленькая в обморок упала, — говорит Артем с такой грустью в голосе, что мне аж становится его жалко. Представляю, как сейчас он себя чувствует. Настолько дерьмово, насколько это возможно.

— Держи меня в курсе, где вы, что и как происходит. Мы с Ваней приедем через пару часов, думаю, она для этого и звонила. Но знай, Соболев, если я приеду и тебя не будет в больнице, ты останешься без своего хозяйства, как только я найду тебя с ножницами в руках.

— Я ни за что не брошу ее, по крайней мере, до вашего приезда точно. К сожалению, я не смогу остаться в больнице дольше, — я хмыкаю и не очень-то верю его словам, пока не увижу все в действии.

— Лучше бы ты ее не бросал никогда, — замолкаю, понимая, что сказала лишнего. Мысленно хлопнув себя по лбу, дополняю речь, чтобы хоть как-то сгладить свои слова, сказанные с укором.

— Мы выедем минут через сорок, давай до первых новостей.

— До связи, — говорит удивленно Артем, и я быстренько завершаю звонок, пока мой длинный язык не сболтнул еще чего-нибудь. Зато Соболев теперь точно будет знать, что я на его стороне. Знаю ведь, что он не плохой парень, просто наша девочка слишком гордая, чтобы сразу все простить. Но мы с Ваней все-таки держим кулачки за то, что эта история закончится счастливым концом.

— Линда? — слышу я встревоженный голос Вани и только собираюсь дать ему о себе знать, как он появляется ванной и обнимает меня, кладя руки на живот. Я улыбаюсь, когда мой будущий муж задает теперь уже привычный вопрос:

— Как мы себя чувствуем? Все хорошо? — я киваю, морщась от воспоминаний совсем недавно прошедшего пока первого в моей жизни токсикоза. И решаю рассказать свежие новости:

— Алиска в больницу попала, ее любимый Соболев постарался. Лоб пробил дверью, и подруга наша в обморок упала. Так что сегодня поедем затягивать раны Громовой и заодно расскажем свою новость, — Ваня сначала удивленно поднимает брови, потом хмурится и наконец с легким смешком говорит:

— Да она ведь съест нас за то, что сразу не сообщили.

— Мы ее задобрим вкусняшками, которые и собой возьмем, и купим. Посидите и выпьете с ней за здоровье нашего малыша, а на утро, когда наша ворчалка отойдет, скажем ей, что она будет нашей крестной матерью.

— Так и поступим, — бормочет Ваня и целует меня в макушку, после чего мы как обычно умываемся и переходим на кухню. Точнее, я делаю чай и легкий завтрак в виде омлета, а Ваня собирает походную сумку.

— Пойдем кушать, хватить там возиться! — зову я Ваньку, когда все готово и мой любимый почти сразу приходит. Мы поглощаем омлет в течение десяти минут и быстро все убрав за собой, спешим выехать к Алисе. Лишь бы все было не так плохо, иначе я точно угроблю этого Соболева.