Максимальное благоприятствование (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 95

— Нет, не помню такого, — насторожился японец, — возможно, это атаман Семёнов…

— Значыт — вспомните! Очень удобное время, свэсти с вами кое-какие счёты: эвропейцы заняты новой «великой» войной, которую мы ловким финтом избежали… Американцы же скоро займутся делёжкой «пирога», что останется от рухнувших старых колониальных империй…

Вождь плотоядно ощерился:

— …Когда вы объявите нам войну, будэм считать свои руки развязанными и, за нашего Серёгу — мы будэм жечь с воздуха ваши фанерно-бумажные города строго по графику: вот — можете полюбоваться…

Сталин показал соответствующий документ-график с осью абсцисс, над которой проплыва какая-то загогулина-синусоида и задумчиво почесал в затылке:

— Наши военные почему-то выбрали первоочередными целями Хиросиму и Нагасаки… Типа: идеальная цель для «ковровой» бомбардировки напалмом — после которой, остаётся много-много вот таких съёжившихся головёшек.

Он ещё раз нашёл фотографию сильно обгоревших японских солдат и ещё раз сунул её под нос собеседнику, спросив:

— У Вас есть родственники в этих городах? Дайте телеграмму — чтоб срочно нанесли себе какую-нибудь «особую примету», иначе не опознаете…

Побледневший до состояния знаменитой скульптуры безрукой Венеры, посол промямлил:

— Нет… В этих городах у меня родственников нет…

— Нэт? Вы, что — из сельской мэстности?! Ну значит, ничего страшного — а я сыльно пэреживал, что абижу очэнь харошего чэловека… Так, вот: дэнь за днём, город за городом мы будем жечь вас — пока, не загоним вас туда, откуда не так давно слезли — на дэревья, макаки мокрохвостые!

Окуджака Какасутра весь вскипел в праведном возмущении — от сталинской не политкорректности:

— Ну, знаете ли… Это уже слишком! Это — РАСИЗМ!!! Я буду жаловаться в Совет Безопасности Лиги Наций!

Вождь, за словом в карман не полез:

— Лучше в Лигу сэксуальных рэформ жалуйтесь — там, хоть утешат!

Японский посол надулся как рыба фугу, но не уходил — всем своим многоопытным дипломатическим нутром чуя, что самое интересное ещё впереди.

— Харошо…, — смягчил свою позицию Сталин, — нэ хотите на деревья — как макаки, загоним вас в каменный век — в пещеры и, будете там жить, как бубуины мозолистозадые.

У посла остался один — самый сильный козырь:

— Вам никогда не победить Японию — наш флот…

— Конэчно, ваш «Объединённый флот» нэпобедим, а наш «Флот открытого моря» только-только создаётся. Однако, ми нэ собираемся высаживаться на ваших островах и захватывать вашу страну — чтоб поработить, подобно какому-нибудь варвару Аттиле или страдающему аутизмом Гитлеру… Двадцатый век на дворе, как-никак! Век новых тэхнологий — в том числе и, в политике. Ми будем с воздуха жечь ваши города и топить ваших рыбаков: чтоб, рыбу те ловили не иначе — как только удочкой из окопа! А зэмли нам и, своей хватает — можем даже вам Сэверный Сахалин «подарить»… Всё равно, все нефтяные объекты там заминированы и, рванут — как только ваши солдаты пересекут границу.

Последнее видать, посла доконало окончательно: ведь, в свете ухудшающихся отношений с США — из-за Китая, значительную часть ГСМ Страна Восходящего Солнца получала именно с северосахалинских НПЗ!

Сталин, долго задумчиво смотрел на враз побледневшее лицо своего визави, хватающего воздух ртом — как посаженная в микроволновку полинезийская жаба, наконец спросил:

— Как сами считаете: долго ви провоюете без нэфти? А, японский народ долго сможэт прожить бэз рыбы — на одном лишь кормовом рисе?

Хочу открыть небольшую тайну: в послы не абы кого — а только очень умных берут! Поэтому не прошло и полчаса тягостного молчания, как Окуджака Какасутра задал вопрос:

— Вы ведь не для того меня вызывали Сталин-сан, чтоб только проинформировать меня об своих намерениях? Ведь, не имей вполне конкретных предложений по урегулированию ситуации — возникшей исключительно из-за досадного недоразумения между нашими странами, Вы бы проделали всё это — не ставя в известность заранее?!

Сталин, миролюбиво улыбнулся:

— Ви просто фэноменально догадливы, господын посланник! Вот мои послэдние прэдложения — от которых, ваша «Дай Ниппон Тэйкоку» нэ сможет отказаться.

Он достал из ящика стола ещё одну папочку и протянул её своему визави… Тот, пролистнул несколько страниц и глаза его расширились максимально возможно для одного из видов приматов, каковым — если отбросить всякие понты и, является человек:

— Это… Это… ЭТО НЕВЕРОЯТНО!!!

— «Нэвероятно» — спать на потолке, а всё остальное в наших с Вами силах, Окуджака Какасутра-сан!

Не успев на радостях порозоветь как сакура в цвету, посол снова налился мертвячьей бледностью утопленника трёхдневной давности и, торопливо зашарил по карманам — в поисках подходящего блудняка для совершения ритуального животовспарывания. Не найдя, он буквально взмолился:

— ТРИ ДНЯ!!! Мне надо срочно в Токио! ТРИ ДНЯ!!! Я не успеваю!

— Да, нэ успэваете, однако… По-любому, нэ успэваете — даже, если я вам кобылу самого Ворошилова дам… Как я Вам сочюствую…

Понимающе кивнув, Всероссийский Староста обыскал внутренности своего стола — в поисках чего-нибудь острого и, не найдя, взялся было за трубку — чтоб позвонить маршалу Будённому: у того то, обязательно найдётся какая-нибудь лишняя саблюка… Как вдруг телефон зазвонил сам.

Поговорив, в основном междометиями и отдельными фразами из командного диалекта русского языка, Вождь раздражённо бросил трубку и, в сердцах сказал:

— БИЛИЯТЬ!!! Нэ даром же говориться: «хочэшь чтоб всё получилось хорошо и, в срок — сдэлай это сам»!

— …???

— Вам исключытельно повэзло, господин Чрезвычайный и полномочный посланник! Наши нэрасторопные военные просят ещё три дня для подготовки операции «Шок и ступор»… Итого, у Вас в запасе шесть дней. За такой срок Господь сотворил Мир… А, Вы?

Окуджака Какасутра, сложил молитвенно руки и завыл по-волчьи на люстру:

— А, я… О, если бы я смог попасть в Токио хотя бы через два дня…!

Японский посол, в отчаянии стал ломать себе руки — начав с пальцев. После третьего сухого «щелчка», Сталин предложил:

— Чисто из уважэния — после нашей многолэтней дружбы, Окуджака-сан… Можэт, воспользуетесь моим лычный самолёт с лётчицей Грибоедовой…?

— Памелой Грибоедовой?! Это той — участницей знаменитых перелётов? — ожил посол, — О, ПАМЕЛА…!!!

— Ну, да… С ней самой. Долэтите за сутки с двумя дозаправками и, нэ успэете заскучать — родной мамой вашего Микадо клянусь!

Уже в дверях, резко стартовавшего посла остановил сталинский возглас:

— Окуджака Какасутра-сан! Докумэнты забыли. Думаю, как и у нас в России, в Японии тоже — без бумажки на слово нэ вэрят.

— Я ВСЁ(!!!) это могу взять?! — тот, не поверил своим ушам.

— Канэчно бэрите — у мэня ещё есть! Давайте я Вам помогу — вот у мэня тут два кэйса-дипломата прыпасено, как спэцыально для такого случая…

«Не успевший заскучать» посол, по прибытию на Родину, еле-еле выполз на раскоряку из самолёта — ибо уже над Уралом его стало изрядно штормить-покачивать — из-за непрекращающейся повышенной турбулентности нисходяще-восходящих воздушных потоков и, тут же — оседлав первого же встреченного рикшу, большими скачками помчался…

Догадайтесь куда?

Надо сказать, что в столице Японии в эти дни было неспокойно! Воспользовавшись смертью в Маньчжурии — в результате диверсии китайских террористов, лидера «умеренных» генерала Хидэки Тодзё, «отмороженные» — «Группа Императорского пути» под руководством самого генерала Садао Араки, решили — что их время пришло и, прямо накануне прибытия посла, подняли мятеж…

В Токио уже вовсю постреливали — поэтому Окуджака-сан, подумав, не заезжая в столицу направил свои стопы…

Куда, говорите?

Правильно! К главе своей «мафии» — Главнокомандующему Объединённым флотом Империи — адмиралу Исороку Ямамото.

После трёх-круглосуточного совещания, с которого японских адмиралов и политиков — срочно прибывших из столицы и изо всех японских провинций, порой буквально выносили — зарезавшимися, застрелившимися или просто откинувшими копыта в результате инсульта вместе с инфарктом миокарда, флот заявил — что берёт ситуацию в стране под свой контроль. Тут же — на том же самолёте, японский посол вылетел в Москву и, через сутки — пошатываясь, предстал перед Сталиным: