Максимальное благоприятствование (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 90

Перед завершением Европейской войны, в составе Объединённой Коалиции Евразийского Союза было девять групп армий — «фронтов», по-старому. И вот, от каждой из них было выслано по одному сводному полку — по тысяче лучших, наиболее отличившихся офицеров, сержантов и солдат. Плюс отдельные батальоны, роты и взводы от стран-союзниц, присоединившихся к Коалиции уже в ходе войны. Во главе каждого сводного полка — лично сам командующий группой армий и все подчинённые ему командующие полевыми армиями, затем — знаменосцы с боевыми знаменами отличившихся в боях частей и соединений.

Кроме этого, сводные батальоны от трёх действовавших военно-морских флотов — Северного, Балтийского и Черноморского и семи боевых речных флотилий…

Сводные полки от пяти танковых армий и стольких же конно-механизированных групп…

Сводные батальоны от пяти авиаполевых армий и двух корпусов авиации стратегического назначения…

Отдельные роты от Генерального Штаба, Военной Академии, Наркомата обороны, военных училищ…

Пограничники, спецназ ГРУ, ФСБ, КГБ, НКВД, Службы Внешней Разведки Российской Федерации…

За пешими колонами сводных частей, грозно выстроилась в ряды техника: танки, самоходная и буксируемая артиллерия, мотопехота…

На правительственной трибуне близ кремлёвской стены — высшее руководство Российской Федерации, Евразийского Союза и других стран Объединённой Коалиции, недавно получивших статус ассоциации в ЕАС.

На почётных «гостевых» трибунах пониже — слева и справа, делегации от стран Антигитлеровской коалиции, от нейтральных стран и от… От стран — бывших противников! Даже, делегации до сих пор воюющих меж собой США и Японии здесь, на противоположных трибунах — так как и, от обоих Китаев: коммунистического и гоминдановского…

За специальным ограждением у подножья трибун, отделённые от происходящего на Красной Площади «живой стеной» почётного караула, толпились представители отечественной и международной общественности, журналисты и репортёры… Ну и, просто почётные гости.

Вдруг, оглушительный рёв оркестра — казалось достигших самых «звёздных» высот, оборвался посередине самой высокой ноты — оставив всё оглохшее на Земле в гробовой тишине. Над Красной площадью повисла щемящая каждую человеческую душу, томительная пауза.

Ожидание, кажется бесконечным…

Но, вот адским грохотом взревели барабаны и тут же смолкли!

Ровно в десять часов, вместе с боем кремлевских курантов, раскрылись кремлёвские ворота и принимающий парад Победы — Верховный Главнокомандующий генералиссимус Сталин, на белом танке выехал на Красную площадь и остановился.

Трибуны, буквально взорвались аплодисментами ПОБЕДИТЕЛЮ(!!!) и ослепительно засверкали «блицами» фотовспышек, послышались возгласы: «See — «Black Tiger»! Awesome!». Подъехавший на чёрном танке командующий парадом фельдмаршал Рокоссовский отрапортовал Вождю и, начался их совместный объезд войск… Верховный Главнокомандующий, поочередно останавливаясь перед каждой колонной, здоровался с воинами-участниками Парада и поздравлял их с ВЕЛИКОЙ ПОБЕДОЙ(!!!), а те отвечали ему могучим «УРА!!!».

Это был величайший апофеоз победы! Великий триумф, испытать который на своём веку, доводилось далеко и очень далеко не каждому — когда-то жившему на этом Белом свете. Поэтому, прошедшие через огненное горнило войны суровые воины, плакали и не скрывали своих слёз…

Объехав полки и подразделения, Иосиф Виссарионович поднялся на трибуну. Генералиссимус, в короткой речи поздравил народы Евразийского Союза и их доблестные вооруженные силы с Победой. Затем, прозвучал гимн ЕАС в исполнении 2400 военных музыкантов, громом грянули 75 залпов артиллерийского салюта, над площадью разнеслось троекратное «УРА!!!» и…

Фельдмаршал Рокоссовский скомандовал и под торжественный «Русский военный марш», получивший в зарубежных СМИ неофициальное наименование «Адский марш»[109], началось торжественное прохождение войск…

«Это не просто парад! Это начало новой эпохи, нового миропорядка…», — стоя на трибуне среди соратников, с поднесённой к фуражке ладонью, Вождь смотрел на проходящие снизу колонны победителей и вспоминал…

…Мировая военная история, а значит — автоматически и всякая другая, с «реальной» на «альтернативную», начала решительно меняться с осени 1939 года. В 1938-ом году, в боях у озера Хасан, всё было ещё как-то непонятно: после вполне «хрестоматийных» боёв, подошедшие части «Сил Быстрого Реагирования» погранвойск Российской Федерации, вытеснили вторгшихся на их территорию японцев — тем и дело кончилось.

Летом следующего — тридцать девятого года, начавшиеся с весны бои на Халхин-Голе до августа шли тоже — «ни шатко, ни валко»… Всё, как в «реальной» истории! Ну, или почти всё.

Здесь надо объяснить такой момент: догитлеровское сотрудничество РФ и Германии имело множество нюансов и двойное… Вернее, «многослойное» дно: конечно, опытные немецкие офицеры и фельдфебели — ветераны Великой Войны, внесли неоценимый вклад в воссоздание русской армии и поднятия до вполне приемлемого уровня её боеспособности — в сравнении с «реалом», а немецкие генералы-штабисты, буквально на пустом месте создали российский Генеральный Штаб. Сами германские военные эксперты (хотя и, отмечали «неисправимый славянский дух» неорганизованности, разгильдяйства и анархии — в значительной степени портящий эффект от прививаемого ими немецкого «die Ordnung»), сравнивали 350-ти тысячную РККА (на 1 января 1939 года) ни с чем-нибудь, а со своим стотысячным «Рейхсвером»! И по многим показателям — в частности по технической оснащённости, сравнение было явно не в пользу последнего.

Обратной стороной медали было то, что на этот раз Гитлер и его генералы очень серьёзно относились к России в целом и к её Красной Армии в частности. Никаких тебе «Колоссов на глиняных ногах»: только толкни — само рассыпится! Наоборот, что сам бесноватый Адик — что его не в меру говорливый рейх-министр пропаганды Йозеф Геббельс, очень часто приводили РККА в пример, как доказательство превосходства арийского духа — способного, даже из диких орд недочеловеков-славян и прочих угро-болгар, сделать хотя бы подобие настоящих солдат.

Отрицательным же следствием было, гораздо большее влияние сторонников сближения со странами бывшей Антантой в политическом руководстве Третьего Рейха — чем «в реале», готовых даже плюнуть на проблему Версаля — перед лицом «красной угрозы»! Поэтому, в «этом мире» был аншлюс Австрии, был Мюнхенский сговор — но вот ввода войск в демилитаризированную Рейнскую область, не было. И, ответные «экивоки»: «невмешательство» западных стран в испанскую гражданскую войну было более «плотным» и, хотя российские истребители «И-180» и пикировщики «Су-2» (с реальными прототипами их единит лишь название. Авт.) показали себя не хуже «Мессеров» и «Штук», Республика потерпела поражение ещё в середине тридцать восьмого годы… Все российские предложения по налаживанию взаимоотношений между двумя странами, гитлеровским руководством — хотя и, прямо не отвергались, но наглухо игнорировались.

Если бы у штурвала Великобритании, в тот период был Черчилль или человек его масштаба — то, как знать, как история дальше повернулась! Однако, внешнеполитическое руководство, что Германии — что Англии с Францией, отличалось на редкость узостью мышления… Как и, «в реале», слава Богу!

Сам Канцлер Германии пружинил хвост на Запад — «пепел» Вердена, Соммы, Камбре и Амьена «стучал ему в сердце»! Генералы, знавшие силу и мощь РККА не понаслышке, его сдерживали — указывая на опасность оставления за спиной такого опасного противника, пусть даже связанного каким-то договором. «Снизу» на Гитлера давила немецкая общественность в виде всей многомиллионной «НСДАП»: мол, что ж ты, Адик Алоисович? Обещал смыть позор Версаля, а сам в кусты?! Гов…но ты, а не «Фюрер германской нации»! Притесняемые поляками соотечественники из Данцига, слали делегацию за делегацией: чем мы хуже жителей чешских Судет? Мы — такие же немцы, как и они. Сам не можешь нас освободить от угнетения — уступи «кресло» тому, кто может — а сам иди в богадельню, мемуары писать на тему: «Как всё прос…рать и ничего не понять при этом».