Старое платье королевы (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 36

   – А что это за молодой человек, который был первым «охотником»? – шепнула я.

   – Не узнали? – недоуменно спросил канцлер.

   – Нет, как ни пыталась.

   – Это же друг детства Эвы, – вовсе уж неверяще произнес он. - Эддар Лорай, виконт Гальси.

   – Я даже имени такого не помню, - созналась я. – Вот дядю Рея

узнала сразу же , а этого Эддара будто впервые увидела, клянусь!

   – Эва называет его просто Эдом или даже маленьким Эдом , потому что он долгое время был ниже нее ростом и только недавно вытянулся, – сказал канцлер. - Не путайтесь, не то он решит, будто вы за что-то на него обижены, начнет расспрашивать – а он очень настырен... Словом, это ни к чему.

   – Запомню.

   – Кстати, о чем вы так долго беседовали с Тамаем?

   – О том, что мне пора замуж , потому что страна, считай, бесхозная. Я, правда, была резка... Но он сказал правду: если вы очень быстро не найдете королеве мужа, кто-нибудь может возжелать взять Дагнару силой, - шепотом сказала я. – Дядя обещал поддержать, но...

   – У него войско – курам на смех, - перебил канцлер. - Конкретные имена он называл?

   – Нeт. Сказал только, что ларидийцы, наверно, хотели бы, но у них нет подходящих кандидатур. А про остальных вам лучше знать, разве нет? Про младшего иссенского принца мы ещё когда говорили, к примеру.

   – Да, верно...

   Мы замолчали. Я смотрела на танцующих c королевского помоста – в глазах начало рябить oт ярких движущихся пятен , а ещё меня немного мутило, от духоты, наверно, и от волнения.

   – Сударыня, – пальцы канцлера легли на мое запястье. - Вам дурно?

   – Пока нет, – честно сказала я, - но еще немного,и я опозорюсь...

   – Все в порядке. Праздник продолжится, как ему и полагается , а нам лучше уйти. Вы и так сделали больше, чем сумела бы любая на вашем месте. Встать можете?

   Я кивнула и уже привычно взялась за егo локоть. Идти было тяжело, меня шатало на ходу, ноги подгибались, голова шла кругом, но я старалась не выдавать себя – нельзя допустить,чтобы кто-то увидел мою слабость, нельзя...

   Потом был знакомый провал портала , а затем – темнота...

   Когда я пришла в себя, кругом было тихо и темно. Судя по всему, я лежала на диване – попытавшись шевельнуться, я ощутила жесткий подлокотник под съехавшей маленькой подушкой. Раздеть меня никто не удосужился, однако корсет был заметно расслаблен, на ногах не оказалось туфель.

   Кажется, я покраснела, сообразив, что проделал все это сам канцлер , почему-то не пожелав позвать Нэну. Зато чем-то укрыл... Если судить на ощупь, это был никак не плед и не одеяло , а его мундир. Точно, вот ряд пуговиц, вот эполеты... Ну, однажды он уже так делал, хотя тогда это было не парадное одеяние.

   Я хотела встать, но расслышала голоса: разговаривали совсем рядом, в соседней комнате, оба голоса были мне хорошо знакомы, – и тут же затаилась в надежде узнать что-то новое.

   – Я в очередной раз спрашиваю: что вы с ней сделали, мэтр Оллен? – в голосе канцлера сквозило отчаяние,и я понимала егo.

   Он ничего, совершенно ничего нė мог поделать: настоящая королева не отличалась разумом от пятилетнего ребенка , а я... Если я умру, вряд ли кто-то заплачет обо мне, но что тогда станет с Дагнарой? Пускай я всего лишь фальшивка, но я... я очень убедительная фальшивка, во всяком случае, гожусь на то, чтобы обманывать если не самых дотошных и наблюдательных свитских дам, то послов и даже дядюшку...

   – Что вы сделали?

   Судя по всему, вопрос повторялся не первый раз , а ответа все не было. Если бы канцлер мог, он вытряс бы его из мэтра Оллена силой, но... он же еще не сошел с ума, чтобы бросаться на мага с кулаками!

   – Всего лишь испробовал новую методику, - сказал наконец придворный маг. – Хотя как посмотреть. На самом деле этому приему бoльше лет, чем Дагнаре. Нашел, знаешь ли, в одном манускрипте, да не представлялось случая использовать. Любопытнейшая вещь!

   – И что же? Я имею в виду – в связи с нашим случаем?

   – Ты будто не видишь?

   – Я вижу лишь,что эта девушка ведет себя странно. Вы скажете – чудо, что она вообще выжила, чудо, что не сошла с ума, в отличие от предыдущих, я же отвечу: вы сделали с ней что-то совершенно иное, нежели с прежними. Недаром она упоминала, что на вашем теле проявились какие-то рисунки, когда вы работали, тогда как я ничего подобного не различил!

   – Ах она ещё и это углядела? - сухой старческий смех дробно рассыпался тишине. – Значит, я не ошибся.

   – Не ошиблись – в чем?! – судя по голосу канцлера, он готов был вцепиться магу в горло, но не осмелился этого сделать. - Вы же сказали – она... «слабенькая», разве нет?

   – Ну, эта слабенькая оказалась сильнее прочих. Голова у нее уж точно крепче... Ладно тебе, Одо, ты сейчас начнешь дышать огнем, как зверь-дракон! Чего ты от меня добиваешься?

   – Хочу, чтобы вы сказали, что именно сотворили с девушкой. Чего от нее теперь ждать. Ну?..

 – Кобылу свою понукать будешь, - прозвучал ответ, и я поняла, что сжала кулаки так, что ногти впиваются в ладони. –

Я не твой слуга, Одо Химмелиц.

   – Вы забыли прибавить – герцог Mейнард, – ледяным тоном произносит канцлер.

   – Я прекрасно помню, что этим титулом твой отец обязан мне. И женитьбой на родственнице его величества – тоже.

   – Ах вот как... Ну что ж, мэтр Оллен: возможно, вы сожалеете об участии в жизни моей семьи, однако былого не воротишь. А вот настоящее все еще в наших руках, и поэтому я спрашиваю: чей же вы слуга, если не мой, законного регента?

   Я вспомнила, что он говорил о клятвах,и зажмурилась сильнее.

   – Не твое дело, – любезно ответил маг. - Со своим ты и без меня неплохо управляешься. Α уж с этой девчонкой...

   – Вы ни разу даже не зашли к Эве, – сквозь зубы проговорил канцлер. Я понимала,до чего ему неприятно выпрашивать помощь, но что ещё оставалось делать? - Ее больше не мучают припадки, но она... Возможно, вы сумели бы помочь!

   – Кто тебе сказал, что я не был у нее?

   Воцарилась тишина.

   – Я не в состоянии ее вылечить, – добавил мэтр Оллен. - Даже я на это не способен. Я могу только избавить ее от бoли, но на самые радикальные методы ты бы согласия не дал, верно? Поэтому пришлось экспериментировать... И то – это поможет лишь на время. Думаешь, мне доставляло удовольствие наблюдать, как бедная девочка страдает? Как только я изыскал способ...

   – Но чтo вы...

   – Спрятал ее разум в детстве, когда самой страшной пыткой было то, что мама с папой не придут поцеловать ее на ночь.

   – Не понимаю... Какое это имеет отношение к ее болезни?

   – Слишком долго объяснять, Одо,да и вряд ли ты поймешь, - был ответ. – Нo скажи: ведь лучше, когда Эва просто хнычет, когда никто, кроме тебя, не приходит к ней вечером, чем когда она бьется в припадке и костерит окружающих такими словами, что даже я краснею?

   Воцарилось молчание.

   – И что будет потом? – негромко спросил канцлер.

   – Не имею ни малейшего понятия. Повторяю, Одо: я сумел облегчить ее состояние, но излечить не способен. Никто на это не способен. Поэтому, Богиней тебя заклинаю , поскорее найди Эве мужа , а уж о том, чтобы она сумела зачать и выносить наследника, я позабочусь. Тело ее вполне здорово , поэтому препятствий не вижу. Немного зачаровать супруга – не проблема,даже твои маги на это способны!

   – Я подумаю об этом, - после долгой паузы ответил канцлер. – Благодарю вас за участие, мэтр Οллен. Εсли бы вы только еще не пропадали бесследно...

   – Ну, я ведь появился, когда в том возникла необходимость.

   – А если бы... двойник погиб сегодня?

   – Эту девицу, скажу я тебе, Одо, оглоблей не перешибешь, – доверительно произнес маг. – Приютские серые мышки – не все, но некоторые, и эта из их числа, - вовсе не мышки, а крысы, которые, как тебе известно, живучи донельзя и очень опасны, в особенности если загнать их в угол.